Идущий

Колосов Игорь Анатольевич

— Я кое–что придумал. Не знаю, получится что–нибудь или нет, по крайней мере, ты не потеряешь деньги, если мальчик не обнаружится. Садись.

Повозка двинулась дальше. Драго потребовал увеличь скорость.

— Спокойно, спокойно. Если мальчика ищет ещё кто–то, с ними ты не увидишься.

Сказав так, Морон почти тут же свернул на едва заметную лесную просеку.

— Мы пропустим их? — с сомнением спросил Драго.

Морон покачал головой.

— Эта тропа уходит к юго–востоку. Ты сказал, мальчик почти всё время шёл на восток.

— И что с того?

—

Мальчик не пошёл по дороге, мы бы его догнали, так? Значит, он идёт лесом. Он лечит людей, так? Рано или поздно он должен зайти в какую–нибудь деревеньку, хотя бы для того, чтобы ему дали еды. В какой–нибудь город он зайдёт не скоро. Сейчас он испуган, к дороге и близко не подойдёт.

Драго вопросительно смотрел на него. Морон повёл рукой.

— В этом направлении деревни лежат строго возле дороги. Есть только одна в стороне. Надеюсь, мальчик заглянет туда.

Драго задумался. Стоило признать, более существенных вариантов у него не было. Конечно, мальчик мог пойти на Лоредо, придерживаясь дороги, хотя и не выходя на неё. Он мог даже пойти назад, к Антонии, или вообще повернуть к северу, к Столице. Однако в предположении Морона было больше логики, Драго понимал это.

Повозка тихо поскрипывала, Морон молчал, и Драго показалось, что он слышал галоп пронёсшихся по дороге лошадей. Это произошло спустя четверть часа, как они свернули на тропу. Гвардейцы проскакали мимо, направляясь в сторону Лоредо. Если Морон ошибся, и воины Правителя обнаружат мальчика на подступах к городу, для Драго всё будет кончено. Вряд ли он снова возьмёт их след, к тому же неизвестно, сколько времени они с Мороном потратят на деревеньку, к которой лежит их путь.

Несмотря на то, что они были одни, Драго прислушивался к лесу. Морон уже не спешил. Он считал, что они и так опережают мальчика, и, судя по рассказам Драго, ребёнок должен задержаться в деревне. Чем дольше монах вслушивался в лесную глушь, тем сильнее ему казалось, что он улавливает какой–то звук где–то позади. Звук напоминал приглушённый стук копыт.

Драго глянул на Морона. Тот, похоже, ничего не слышал. Драго сам не был уверен, что ему не мерещится, настолько слабым был звук. В конце концов, монах решил с этим покончить. Он коснулся спины Морона и сказал:

— Остановись.

Морон не понял, в чём причина, но голос его пассажира был непреклонным, и он остановил коня.

Драго сделал знак молчать. Выждал минуту и, не обнаружив подтверждения, обратился к Морону:

— Тебе ничего не послышалось?

После короткой паузы Морон покачал головой. Драго медленно обвёл взглядом лес.

— Мне кажется, кто–то ехал за нами. Может, не всадник, а повозка.

Морон ничего не говорил. Драго спрыгнул с повозки, прошёл назад пару десятков метров, остановился, снова прислушался. Ничего. В лесу слышалось лишь пение птиц. Монах простоял минут пять, спрашивая себя, пройти ли ещё дальше.

В последний момент Драго отказался от этой идеи. Нужно было поступить так сразу. Он вернулся к повозке.

— Поехали к деревне, Морон.

5

Они остановили повозку недалеко

от первых домов, и Драго не пришлось предлагать Морону спрятаться. Тот сразу завёл коня и повозку в густой кустарник, не просматривавшийся с дороги. Вход в деревню оказался как на ладони.

— Ты считаешь, мальчик войдёт в селение с этой стороны? — спросил Драго.

Морон усмехнулся одними губами.

— С другой стороны непроходимое болото. Здесь и вход и выход.

Драго помедлил и задал ещё один вопрос, теперь уже самый важный.

— Сколько нам тут быть? Когда станет ясно, что мальчик пошёл другой дорогой?

Морон ответил не сразу.

— Думаю, если через сутки мы его не увидим, он тут никогда уже не появится.

Драго нахмурился, но больше уже ничего не спрашивал. Всё и так ясно. Завтра к полудню станет ясно, проиграл он или нет.

Монах расслабился, сказал Морону, что вздремнёт. Драго понимал, что днём, если Морон задумал что–то нехорошее, он не рискнёт действовать. Вероятность подобного увеличится ночью, вот тогда–то Драго и нельзя спать. Пока же он в относительной безопасности.

Несмотря на полудрёму, Драго размышлял над тем, что случилось в лесу. Уверенности в том, что конский топот позади не послышался, не было. Когда Морон сообщил, что деревня близка, Драго решился на небольшой эксперимент. Предложил Морону ехать вперёд, сам же спрыгнул с повозки и сошёл с тропы под защиту подлеска. Пока скрип удалявшейся повозки слабел, Драго снова мерещилось, что он слышит тихий–тихий топот. Однако всадника он так и не увидел. Морон проехал две сотни метров, как и просил его Драго, и остановился. Драго прятался в зелени, ожидая предполагаемого преследователя достаточно долго, чтобы тот, наконец, явил себя, но тщётно.

В конечном итоге, Драго медленно побрёл следом за повозкой, останавливаясь время от времени и прислушиваясь к чаще.

Сейчас монах спрашивал себя, если кто–то действительно ехал сзади и не обнаружил себя, значит, это была слежка? Если так, то кто за ним следит? Кто–то из гвардейцев послан тропой к уединённой деревеньке? В последнее Драго верил с трудом. Однако и другие варианты не укладывались в разумное объяснение.

Драго вспомнил о собственном ощущении в Лакаслии, когда следил за домом коменданта. В лесу он об этом не думал. Тогда, в городе монаху почудился чей–то взгляд. Драго подумал, что два совпадения — это уж слишком. Похоже, за ним действительно следят.

Драго повернулся на другой бок. Даже сон отступил, хотя Драго по–прежнему лежал с закрытыми глазами. Только приоткрыл их, взглянул на Морона. Тот сидел к нему спиной, наблюдал вход в деревню.

Драго некоторое время изучал его спину. Может, слежка как–то связана с Мороном? Чем дольше монах об этом думал, тем больше убеждался, что иных вариантов попросту нет. Неужели Морон взял с собой ещё кого–то, но посчитал, что Драго об этом лучше не знать? В пользу этого говорило и то, что Морон казался слишком уж ловким для обычного горожанина. Он вполне мог взять напарника, чтобы, например, одолеть Драго наверняка, избавив его от всех денег.