Идея в семь миллионов
Шрифт:
Противоречивые чувства обуревали майора Качановского, когда он возвращался в Варшаву. Прежде всего чувство обиды, что опоздал — подумать только, всего на двадцать четыре часа! Арестуй они Павла Выгановского — и преступление, считай, раскрыто. Студент наверняка выдал бы своих сообщников, чтобы смягчить наказание. И тем не менее Качановский понимал, что кое-чего удалось добиться. Не ахти как много, но все-таки. Один из преступников обнаружен. Найдена и часть похищенной суммы — около шестисот тысяч (уже на следующий
Теперь, когда вскрылись эти новые факты, прокурор Бочковский, конечно, возобновит дело. В этом майор не сомневался. Не сомневался он и в том, что доведет его до конца. А начнет с того, что разыщет остальные деньги из причитающейся на долю Выгановского суммы.
Радость майора всецело разделял полковник Немирох, который сердечно встретил своего друга. Надо прибавить, что возвращению майора обрадовалась и одна девушка, которая даже словечком не намекнула, что за оказанную услугу ей не мешало бы подарить хоть цветочек. А сам майор, конечно же, не догадался. Голова его была занята другим.
Прежде всего произвели тщательный обыск в доме Янины Выгановской. Денег там не нашли, зато в дальнем углу на чердаке обнаружили перевязанный веревкой пакет из серой бумаги. В нем находилась маленькая ручная дрель, сверла и около трех метров тонкого провода. Точно такого же, который используется в электропроводке автомобилей марки «фиат». Тут же был и запасной выключатель.
Итак, если у майора оставались еще какие-то сомнения в том, какая роль отводилась Павлу Выгановскому в бандитской шайке, то теперь они окончательно рассеялись.
Что касается денег, майор и не надеялся обнаружить их в маленьком домике под Надажином. Откровенно говоря, даже найденная там дрель удивила его. Такой ловкий малый — и столь непростительная ошибка? Неужели он рассчитывал, что милиция не сумеет ее найти?
Допрос Янины Выгановской, матери убитого, никак нельзя было назвать приятной процедурой. Обязанности такого рода — самые тягостные. Бедная женщина горько плакала.
Качановский подождал, пока пани Выгановская немного успокоится, и спросил:
— У вашего сына были какие-нибудь друзья?
— Когда он еще работал на заводе, приходили к нему товарищи, те, с которыми он в школе учился. А когда перешел в вечернюю школу в Варшаве, времени у него для приятелей не оставалось. Одна только учеба на уме.
— Как звали его школьных друзей?
Выгановская назвала фамилии.
— А девушка у него была?
— У Павла? Что вы! Ведь он совсем еще молодой.
Двадцатилетний Павел для матери по-прежнему оставался маленьким.
— Не расспрашивал ли кто-нибудь вас о Павле в последние дни? Может, кто интересовался его адресом в Познани? Писем на его имя сюда не приходило?
— Нет-нет. Он был таким хорошим мальчиком… — Мать опять принялась плакать. — А как он умер? Очень мучился перед смертью? Его истязали?
— Нет, он умер сразу, даже не знал, что умирает. — По крайней
— А мне выдадут его тело? Я хотела бы похоронить его по-христиански. На нашем кладбище, рядом с отцом.
— Это решит познанский прокурор, но, думаю, он возражать не будет.
Продолжая плакать, женщина вышла из кабинета, а Качановский отправился к начальству, чтобы доложить о результатах обыска в доме Выгановских и о допросе Янины Выгановской.
— Не мешает поинтересоваться школьными товарищами Павла, — решил полковник Немирох. — Да и варшавской вечерней школой надо заняться. С кем он учился последний год? Поговорите с ними. Может, они смогут пролить свет на его знакомства. Как правило, молодые люди не живут отшельниками. И Павел наверняка не был таковым. А на столь рискованный шаг, как ограбление, он не пошел в компании случайных знакомых из уголовного мира — это были люди, которых Павел хорошо знал. Только вот где искать этих его хороших знакомых?
— Разрешите задать вам один вопрос, пан полковник?
— Давай валяй.
— Представьте себе, что вам двадцать лет и что у вас два миллиона злотых, которые надо спрятать. Что бы вы с ними сделали?
Немирох улыбнулся:
— Наверное, дал бы их своей девушке, чтобы спрятала. И сказал бы ей, что от этого зависит судьба нашего будущего.
— И я бы сделал так же, — согласился Качановский.
— С той разницей, что тебе пришлось бы разделить эти деньги на много частей, — рассмеялся полковник. — Кстати, что слышно о той милой девушке из Надажина? Ты ее уже бросил?
— Как плохо ты обо мне думаешь! — возмутился майор и тут же спохватился: — Ведь надо же мне поддерживать контакты с Надажином!
— Хорошо, что ты заботишься только об интересах дела.
Сказано это было таким тоном, что Януш не понял, говорит ли полковник серьезно или смеется. На всякий случай он решил оставить эту опасную тему.
Полковник взглянул на часы. Каждая минута была дорога. Поэтому он добавил лишь четыре слова:
— Итак, ясно. Ищи девушку!
По решению прокуратуры следствие по делу об убийстве Павла Выгановского было объединено со следствием по делу об угоне машины завода точных приборов в Надажине. Оба дела поручили прокурору Бочковскому. Познанская прокуратура передала свои материалы в Варшаву. Та же прокуратура разрешила матери взять тело сына.
Когда Выгановская обратилась к директору Надольному за помощью, он решил вопрос просто: перед ним была лишь несчастная мать, много лет проработавшая на заводе, а то, что ее сын — преступник, в данном случае значения не имело. Директор распорядился послать машину в Познань и выдать Выгановской материальную помощь на похороны сына. За бензин он заплатил из собственного кармана.
За гробом шли Янина Выгановская с тремя детьми и несколько мужчин и женщин среднего возраста — видимо, соседи и знакомые Выгановских. Молодежи было очень мало.