Иден
Шрифт:
— Почему ты не отвечаешь на мои звонки?
Она не смотрит на меня, просто пожимает плечами.
Я сажусь рядом и смотрю ей прямо в глаза.
— Что случилось?
Я наблюдаю, как ее глаза переходят к моим губам, они все еще красные и припухшие.
— Я думаю, нам не стоит больше встречаться, — хрипло шепчет она.
Каждая клеточка моего тела не согласна с ее заявлением, при этом лицо остается полностью спокойным, голос звучит размеренно:
— Почему нет?
— Потому что я веду себя как животное, когда с
Я беру ее руки в свои. Она пытается отстраниться, но я не позволяю ей.
— Мы будем вести себя как животные, пока у нас будет в этом потребность, — говорю я совершенно спокойным, своим самым убедительным голосом, на какой я вообще способен в данную минуту.
Она как-то странно, задумчиво смотрит на меня своими красивыми глазами. И Бог мой! Я просто хочу сорвать с нее этот никчемный халат и трахнуть прямо здесь на этом дешевом диване. Это действительно так, но я не говорю ей об этом. И я не хочу заверять ее, что в дальнейшем все у нас будет хорошо. Я просто хочу затрахать ее до бесчувственного состояния, как только она появляется рядом, я теряю с ней весь свой контроль. Я сам превращаюсь в дикое животное.
— Любовь не должна быть такой. Она должна быть красивой.
Я не позволяю показать ей, как реагирую на ее слова. Я не позволю ей увидеть то, что она подсознательно назвала, что мы занимаемся любовью. Но ее слова начинают стремительно кружить мне голову.
— Давай двигаться постепенно, шаг за шагом. Давай получше узнаем друг друга. Я приглашаю тебя на ужин, — бормочу я.
— Я не могу сегодня. Я работаю, — ее голос звучит безрадостно, просто сообщая мне этот факт.
Я чувствую, как что-то горячее, похожее на ревность, ударяет меня прямо в живот. Я стараюсь держать себя в руках, но не могу. Я встаю и спокойно отхожу подальше, руки сжимаются непроизвольно в кулаки.
— Нет, ты не работаешь сегодня вечером.
— Я должна. Брианна ждет меня сегодня и завтра. Мы можем пойти после завтра.
Похоже она даже не понимает, о чем говорит, или с кем.
— Ты не работаешь в «Эдеме», Лили.
Она резко вскакивает на ноги.
— Что? Мне нужна эта работа.
— Я не позволю тебе снимать свою одежду перед другими мужчинами. Сама даже мысль об этом убивает меня.
— Это не справедливо. У меня есть обязательства, которые я должна заплатить.
Я подхожу к ней.
— Какие обязательства?
Она смотрит на меня.
— Я не хочу, чтобы ты платил по моим обязательствам.
— Что за обязательства, Лили?
— Это мое дело.
— Все, что касается тебя, мое дело.
— Я не готова об этом говорить. Просто давай оставим это, пожалуйста. Это личное.
Я хмурюсь от возникших новых сложностей, настолько запутанных. Чем черт побери она занимается? Я не показываю ей свои ужасные мысли, роящиеся у меня сейчас в голове.
— Я не хочу, чтобы мою женщину преследовали сборщики долгов, — разумно говорю я.
— Пожалуйста,
— Немного времени? Это то, что ты хочешь от меня?
Я вижу вспышку чего-то неистового в ее глазах. Нет, она не хочет немного времени. Она также хочет содрать с меня эту чертову одежду. Я хватаю ее за предплечья и опускаюсь на ее рот. Сладкий. Мягкий. От одного вкуса ее я становлюсь диким, словно вчера ничего и не было, словно я по-прежнему до сих пор не поимел ее, я хочу ее с такой страстью, что она просто пожирает меня изнутри.
Я заставляю ее открыть губы, и она проходится своим гладким языком по моему, и начинает усердно сосать, словно пытаясь насытиться мной. Ее живот упирается в мой полностью эрегированный член, желая заполучить его. Я чувствую, как начинаю полностью растворяться в ней.
Раздается звук рядом у нас за спиной, и она со стоном, с трудом отстраняется от меня. Мне кажется, словно она оторвала от меня какую-то часть. Ее соседка по дому поднимает вверх руки.
— Не обращайте на меня внимания, я просто иду на кухню.
Я мельком бросаю на нее взгляд, прежде чем мое внимание возвращается к Лили.
Она закрывает дрожащей рукой рот.
— Тебе лучше уйти, — говорит она. Она выглядит побелевшей, одинокой и слегка смущенной, единственное, что мне хочется сделать, скрутить ее в своих объятиях, но я понимаю, что это будет неправильно.
— Я заеду за тобой в семь сегодня вечером.
Она кивает, и я выхожу из ее квартиры, набирая номер Брианны.
12.
Лили
Я выхожу из душа и тщательно выбираю себе нижнее белье: дорогое, все в кружевах, прозрачное. Жара не спадает, по-прежнему жарко и влажно, укладываю влажные волосы вверх и надеваю белое платье с обнаженной спиной. Я завязываю ремешки на шпильках и по какой-то совершенно мне не ясной причине, скорее всего из-за того, что раньше я никогда не видела, чтобы мои губы были настолько опухшими, крашу их в темно-красный. Они выделяются на лице, и я сама себе напоминаю самку обезьяны, чья задница светится ярко-красным, когда она возбуждена и готова к спариванию.
Без пяти минут семь раздается звонок в дверь.
Я открываю и вижу, как изумрудным огнем зажигаются его глаза.
— Господи, — восклицает он, мягко проходясь по моей щеке костяшками пальцев. Он одет в темно-красную рубашку, верхние две пуговицы расстегнуты, показывая красные хрустальные бусы, которые колышутся при каждом его движении, и черные брюки, с острыми отутюженными складками, а ботинки такого же цвета, как рубашка.
Он выглядит как гангстер и ведет меня к нелепому затонированному Range Rover с массивными колесами и рядом фар спереди. Я приподнимаю брови, он улыбается, бесхитростно, словно ребенок.