Идеальный круиз

Мур Лана

Господи, из-за меня не дрались, наверное, со времен школы.

Руки сами потянулись закрыть глаза, но любопытство и бьющий ключом адреналин оставили стоять с широко распахнутыми глазами, чтобы не упустить ничего интересного.

– Что происходит? – подошел плечистый мужчина в строгом черном костюме, сильно смахивающий не секьюрити.

Видимо, не я одна заметила напряжение между мужчинами.

– Господин пересел не за свой столик, – пренебрежительно махнув на Джеймса, сказал Азат, а Загид скривил

сочные, как у девушки, губы.

Охранник что-то сказал по рации, и к нам сразу же подошел метрдотель.

– Какие-то проблемы, господа, мадам? – галантно поклонился мне. Обхождение здесь, конечно, на высшем уровне.

Азат, видимо, самый нетерпимый, обрисовал проблему, а распорядитель, сверившись с картой на планшете, подтвердил версию Джеймса, и ребятам пришлось смириться.

– Раз все выяснили и конфликт улажен, – не обращая больше внимания на сверкающих глазами парней, Джеймс повернулся к мне. – Не желаете прогуляться по палубе?

– Конечно, желаю! – не давая ему времени, чтобы передумать, сразу же согласилась. – Я практически не видела еще лайнер, и буду очень рада, если согласитесь быть моим гидом.

Наконец-то, будем только я, ночь, звезды и блондин моей мечты. Без южных джигитов и вездесущих Славиков.

– Счастлив оказаться полезным, – Джеймс протянул мне руку, за которую я, возможно, излишне поспешно ухватилась, и, провожаемые двумя парами мрачных черных глаз, мы направились к выходу.

В спину, словно подталкивая, ударялись упругие волны музыки.

Наступила ночь, и светильники в коридорах горели через один. В их приглушенном свете кристаллы Сваровски не сверкали безумным блеском, а мягко переливались, и создавалось ощущение, что идем по звездной дорожке.

Вообще, чем дольше я находилась на лайнере, тем больше казалось, что попала в сказку. Такого в реальности просто не может быть.

Дверь на палубу показалась мне порталом в другую реальность – черное небо с яркой россыпью звезд отражалось в море, и среди этой теплой бархатной черноты словно огромный бриллиант сверкала Сплендида.

– Как же здесь красиво! – осматриваясь прошептала я.

За лайнером, словно кружево, шлейфом расходились пенные волны. Палубные огни пронзали синюю глубину, и в ее толще мелькали неизвестно чьи темные тени.

– Не более красиво, чем вы, – ответил Джеймс.

Я распрямилась, обернулась и невольно отшатнулась, потому что серые глаза и красивые губы оказались так близко… слишком близко, чтобы сохранять самообладание.

Теплый бриз растрепал его светлые волосы, и они спутанными прядями упали на высокий лоб.

Тихо шептал ветер. Ударяясь о борт, томно вздыхали волны, палуба дрожала, словно в нетерпеливом предвкушении того, что вот-вот должно было случиться, и я дрожала вместе с ней.

Джеймс склонился надо мной,

и глаза захлопнулись сами собой. Дальше я только чувствовала как воздух мягко оглаживает теплом лицо и обнаженную спину. Потом не менее осторожные касания горячих пальцем, и меня от макушки и до пят пробило током.

Поддаваясь давлению сильной руки, я невольно прогнулась в пояснице приподняла голову, подставляя губы. Джеймс очертил овал моей щеки, убирая от лица раздуваемые ветром волосы. Почувствовала его обжигающее дыхание и приоткрыла губы.

Вот он задержал дыхание… Ну!

Я подалась вперед, прижимаясь еще сильнее…

– Дорогой, я не хочу на корму. Пойдем на нос! – неподалеку раздался капризный голос.

– Это самое прекрасное свадебное путешествие, которое у меня когда-либо было!

– Ты мне сделаешь здесь предложение?

Я распахнула глаза и осмотрелась – откуда они все набежали?

К сожалению, не мы одни решили насладиться романтикой первой ночи.

– Са-аш! – пронзительный голос вспорол ночную тишину.

Я схватилась за голову.

Нет! Только не это! Не сейчас!

– Давай, сбежим? – перехватив мой несчастный, обшаривающий палубу взгляд, заговорщицки прищурился и ухмыльнулся Джеймс.

– Давай, – я схватила его за руку и подобрала длинный подол платья, готовая тут же бежать сломя голову.

И мы действительно побежали. К лифтам.

Прозрачная кабина подняла нас на шестнадцатую палубу с бассейнами и садом.

Я вышла и словно попала в свою собственную грезу.

Точно так же колыхалась вода в подсвеченном бассейне, а над головой мерцали звезды.

На наше счастье в первую ночь никто не решался уйти с ярко освещенной ресторанной палубы, и в полном одиночестве мы уселись на бортик бассейна и болтали в воде ногами.

Сброшенный пиджак Джеймса валялся забытым где-то за спиной. Открытые закатанными рукавами руки выглядели очень мужественно в лунном свете. Хоть он и блондин, но моя кожа на его фоне казалась особенно бледной и нежной, а тонкая ткань платья обрисовывала малейший изгиб тела, и взгляд, которым Джемс меня ощупывал, говорил о том, что и у него мой вид не вызывает ни малейших нареканий.

– Как хорошо, что здесь никого нет, и можно слушать ночь, – едва слышно прошептал Джеймс. – Знаешь, у тебя очень красивая шея, – горячая ладонь легла на плечо, и звезды закружились в безумном хороводе. – Такая хрупкая, беззащитная, – рука двинулась выше, зарываясь в волосы на затылке, а шею обожгло прерывистым дыханием.

Под веками сверкали ослепительные фейерверки, я выгибалась навстречу поцелуям, а сама уже расстегивала пуговицы рубашки.

– Может, не здесь? – он накрыл ладонью мои пальцы. – Мало ли, кто может прийти. Например, твой малолетний поклонник.