Ice rose
Шрифт:
Эмбер Ирина Ховард, моя сестра и подруга, мы вместе учились на медицинском факультете, но потом я решила поступить на второе высшее образование. Мы пережили вместе всё, что только возможно. Нас обеих предавали, и, конечно, побросала жизнь по всем сторонам; после того, что с нами происходило в прошлом, мы просто обязаны были жить вместе дальше. Пока хотя бы одна из нас не выйдет замуж и не родит себе кучу детишек. Это был наш пакт, и он действует до сих пор. Со страстью Эмбер к горнолыжному спорту и полностью порабощением её жизни медициной она так и не выйдет замуж. А уж мне это не грозит вообще!
—
Наши родители умерли три года назад. Когда мне было девятнадцать, а Эмбер — двадцать один. Нам было очень тяжело, и мы не могли прийти в себя очень долгое время, но нас спасли тети и дяди, позже переехали в институт и начали новую жизнь. Теперь мы повзрослели и получаем пособия по потере кормильцев. Этих денег хватает на еду и приборы личной гигиены.
Эмбер любит баловать меня изысками в кулинарии. А я баловала её летом, когда моя любимая старшая сестричка выступала и готовилась к соревнованиям по сноубордингу. Мы переехали на два месяца в Аспен, у нас там собственный домик в горах. Ездим туда два раза в год. На зимние каникулы и два месяца летом.
— Спасибо тебе, родная моя, — благодарю я и смотрю на сестру, улыбаясь и успокаиваясь. Она натирает мои указательные пальцы на ладонях.
— Знаешь, хвостик, — говорит любимая сестрёнка, поднимая меня и направляя к моей машине. — У меня много знакомых и друзей, но такой как ты нет и никогда не будет. Ты — единственная и самая неповторимая! Я уверена, что ты справишься со всеми трудностями! А я буду тебе помогать всегда и во всём!
Хвостиком я была с рождения. Благодаря моему пигментному дефекту, который со временем прошёл и аллергии на любую краску для волос. Я родилась с пигментным дефектом — то есть у меня разный цвет на разных участках волос с рождения. Практически все волосы чисто чёрного цвета, а локон с правой стороны, находящийся в двух пальцах ото лба, имеет тёмно коричневый цвет. Эмбер говорит, что это милая особенность, и я с ней согласна. Но, честно говоря, я уже устала говорить, что это мой естественный цвет волос. Не понимаю, как окружающие замечают разницу в цвете. Её, практически, не видно.
Я киваю сестре и сажусь за руль моего любимого автомобиля. Внедорожники — самые популярные сейчас машины. Вот и я решила купить себе такого монстра. Зато есть климат-контроль и автоматическая коробка передач. Машина совершенно по-другому везёт нас, если я переключу компьютер на климат-контроль.
Выруливаю в сторону нашей башни, в которой мы владеем двумя этажами. У нас огромная квартира, и я понятия не имею, зачем нам разъезжаться, когда мы выйдем замуж. Нажимаю на газ, а Millennium tower становится всё ближе и
— Слушай, я предлагаю тебе отличный вариант. У нас в здании есть замечательный, очень удобный ресторан«RN74». Давай вместо обеда пойдём туда и всё хорошенько обсудим? — предлагает блондинка с голубыми глазами.
Я смотрю на неё и киваю. Мне нравится цвет её глаз тем, что он очень ровный. Словно океан. Я не понимаю, почему у неё нет парня, она очень красивая. И я отличаюсь красотой, но мы обе не помешаны на ней.
Если бы моя сестра не покрасила волосы в блонд, то нас можно было бы назвать близнецами.
Внешностью мы пошли в маму. Только вот ростом и одинаковыми ладонями — в папу. Меня это раньше напрягало, ведь наши родители очень рано умерли в авиакатастрофе, а мама не успела третий раз родить. Я тогда очень долго плакала и жила несколько месяцев в полнейшем забвении. Моё прошлое очень печальное, и не хочется о нём рассказывать или даже вспоминать, но всё равно приходится. Кто-то спрашивает о нём, кто-то помнит меня в прошлом. А сейчас во мне растёт и развивается напоминание о самом худшем.
Я не помню, кто был первым во мне спереди, и даже не хочу это вспоминать, ибо после этого случая, меня нашли в бессознательном состоянии. Впоследствии я прошла курс лечения. Была угроза бесплодия, но всё обошлось.
Мы проходим длинный коридор и входим в наше кафе в здании Millennium tower. Бело-металлическая стойка с шампанским и цветами стоит прямо в центре ресторана. Его решили украсить в стиле Джокера и его друзей. Наверное, в этом году в«RN74»планируется специальное меню Хэллоуина и тематическое оформление. Ресторан уже практически готов, осталось только поставить тыквы со свечами и включить зловещую подсветку.
— Здравствуйте, у вас заказан столик в нашем ресторане? — задаёт традиционный вопрос администратор по имени Фред, и я отрицательно мотаю головой.
Брюнет с зелёными глазами осматривает свой планшет.
— Можно ли нам полукруглое сиденье в той стороне? — показывает пальцем Ирина, а я смотрю на очень удобный столик из тёмно-коричневого дерева.
— Можно, именно он совсем недавно освободился. Пройдёмте со мной, — говорит мужчина в чёрно-белой одежде и провожает нас к столику. Мы садимся под вереницу рыжих лампочек и смотрим предложенное нам меню.
Я решаю заказать у девушки-официантки спагетти с фрикадельками и соусом, салат мясной и морковный сок. Сестра заказывает то же самое и смотрит на меня с интересом.
— Стеф, ты же понимаешь, что это большущая ответственность. И с ним не поиграешь как с пупсом в нашем глубоком детстве, — начинает она, смотря мне в глаза, а я лишь смотрю с укором на неё. Опять она издевается. — И не смотри на меня так, я не издеваюсь! Просто я не ожидала, что ты забеременеешь, прости. Для меня такие перемены уж слишком сильные. Но я успокоюсь, ты знаешь.