И ты, Брут...
Шрифт:
— Ага, сейчас! — с сарказмом воскликнул Чума. — Собака его покусала, мы ей перерезали горло, а теперь заявимся в поликлинику с укусами. Это же равносильно тому, что мы добровольно сдадимся в милицию. Нет-нет, про поликлинику забудьте.
— А если он умрет от бешенства?! — возмутилась Настя. — Что тогда?
— Ничего с ним не случится, — с видом специалиста по собачьим укусам изрек Чума. — Собака, скорее всего, не бешеная. Да, конечно же, не бешеная. Она же не бродячая какая, а породистая. У крутых хозяев живет.
Я больше не желал слушать, как два
— Все! — сказал я сердито. — В поликлинику мы не едем, а отправляемся ко мне домой.
Настя неохотно согласилась.
— Хорошо, но только у тебя дома осмотрим и обработаем твою рану. — Девушке очень хотелось сыграть при моей особе роль няньки, против чего я, в принципе, не возражал. Возражения нашлись у Чумы.
— Дома только переоденешься! — заявил он жестко. — Осматривать друг друга и сюсюкать будете после. Дело важнее всего. Итак, проваландались с сейфом лишний час. А если кому-то не нравятся мои условия, может выметаться из машины. К Валере за деньгами я и один могу съездить.
Мы с Настей тоже хотели съездить к Валере, поэтому условия Чумы приняли, и больше уже не заикались ни о ранах, ни об их обработке.
Лидия Ивановна как обычно шаталась по двору в поисках парочки свежих ушей, за которые можно было бы зацепиться языком. Легко можно представить, что произошло бы, пройди я сейчас перед ней в окровавленных и разорванных штанах. Да она бы замучила меня глупыми расспросами. Я решил не попадаться на глаза старухе, а за брюками отправил Настю, снабдив ее ключами от квартиры, и объяснив ей, где лежит необходимая мне одежда. Пока Настя выполняла мою просьбу, мы с Чумой отсиживались в машине неподалеку от дома, вызывая жгучий интерес у седой старухи. Лидия Ивановна недолго боролась с искушением узнать, кого же это там черти принесли в такси, и не спеша, окольным путем отправилась в разведку, заходя к нам с левого фланга. Чума дал задний ход. Старуха в нерешительности остановилась, сделала вид, будто разглядывает деревья, а потом снова стала приближаться. Маневр старухи зайти к нам в тыл, скорее всего, удался бы, не появись Настя. Девушка запрыгнула в машину, Чума развернулся, и мы умчались, оставив мою соседку с носом.
Брюки Настя принесла именно те, какие я просил. Я переоделся прямо в машине и к учреждению, в котором нас должен был поджидать Валера, прибыл при полном параде. У здания, как и в прошлый раз, стояли несколько машин. Припарковались и мы. Посовещавшись, решили отправиться к Валере в полном составе.
В фойе дежурил другой сторож — худой, очевидно, страдающей язвой старик.
— Куда? — спросил он нас строго.
— К Валере, — нахально заявил Чума и прошел через турникет.
Ответ Санька удовлетворил сторожа. Он потерял к нам интерес и уткнулся в лежащую перед ним на столе газету. Проскочили через вертушку и мы с Настей. А вот и знакомый лифт. Сложнейшая комбинация из трех пальцев, удар и кабина, кряхтя, потащилась вверх. На четвертом этаже лифт поджидали парень и девушка. Мы поменялись с ними местами
— Не понял! — растерянно сказал Санек и снова с силой толкнул дверь. Однако с таким же успехом можно было давить на глухую стену.
— Хоть караул кричи, тебе все равно не откроют, — произнес я обречено.
Чума покосился на меня.
— Это еще почему? — спросил он так, будто подозревал, что я знаю о Валере и его делах намного больше, чем он.
Знал я о толстяке ровно столько же сколько и Чума, но меня не оставляло чувство, что нас всех крупно облапошили.
— Мне кажется, — произнес я, — что Валере не нужны никакие документы, и он сегодня в офисе нас не ждал.
Санек издал звук, похожий на рычание.
— Тем хуже для него. Я все равно его найду и заставлю заплатить то, что мне причитается!
Чума отпустил ручку двери и, шагнув через коридор, постучал в двери напротив.
— Войдите, — отозвался низкий женский голос.
С заготовленной заранее улыбкой, Санек открыл дверь. В комнате с несколькими стеклянными шкафами с медицинскими препаратами за компьютером сидела уже знакомая мне по первому посещению бывшего здания метеоцентра полная женщина с пигментными пятнами на смуглом лице. На этот раз на ней был надет белый халат с вышитыми на кармашке красными нитками инициалами.
— Вы на диагностику? — приветливо спросила она и указала на стул. — Проходите, пожалуйста, садитесь.
Чума кашлянул и ступил в комнату.
— Нет, мы по другому вопросу.
Прямоугольное, похожее на раздутую грелку, лицо женщины поскучнело.
— И по какому же? — спросила она без особого энтузиазма.
Чума был зол как черт, однако виду не подавал.
— Напротив вашего кабинета фраер… э-э… пардон, мужчина один помещение под офис снимает. Не видали его сегодня?
Вместо ответа женщина подняла руку и помахала ей из стороны в сторону. С трибуны это сошло бы за приветствие, в данном случае — за отрицание.
— Ну как же, — не отставал Чума. — Валера, крупный такой мужик!..
— Не знаю я никакого Валеры, — тоном, каким говорят, когда хотят отвязаться от докучливого человека, произнесла женщина. — И никогда его не видела. Спросите у директора. Он занимается вопросами сдачи помещений в наем. Может быть, он вам поможет. У него сто пятый кабинет на первом этаже. — И женщина, чтобы избежать дальнейших расспросов, взялась за мышку и уткнулась в экран монитора.
Мы были вынуждены удалиться.
— Ну что я тебе говорил насчет Валеры! — сказал я, шагая по коридору между Чумой и Настей. — Не было его сегодня в офисе.
Девушка — молодец, знала свое место, не лезла с глупыми расспросами, не высовывалась, и вообще, нравилась мне все больше и больше, чего я не мог сказать о Чуме. Он раздражал, меня, точно так же, как и я его.
— Что ты все время каркаешь! — вспылил Санек. — Без тебя тошно! — и он ускорил шаг.