И снова весна...
Шрифт:
— Вам помочь? — спросила Мелани.
— Нет, спасибо, я сама все проверю и поставлю на охрану.
Но Мелани явно медлила. Марджори догадывалась о ее чувствах к своему боссу и понимала, насколько та обеспокоена происходящим.
— Успокойтесь, Мелани, я уверена, что ничего страшного у Кристофера не произошло. Идите домой, уже поздно.
Мелани собралась уходить, когда на ее столе зазвонил телефон. Она сняла трубку.
— Это вас, — удивленно сказала она и передала трубку Марджори.
— Слушаю, — сказала в трубку Марджори.
—
— Жаль тебя огорчать, но завтра я выхожу замуж за Кристофера, — ответила Марджори. Голос ее звенел от волнения как натянутая струна, хотя ноги предательски ослабели и она вынуждена была сесть на стул, который догадалась подвинуть ей Мелани.
— Свадьба не состоится, — спокойно возразил Эрнест. — Жду тебя сегодня вечером в гостинице, где я остановился. Если дальнейшая судьба Кристофера Эйкройда тебе небезразлична, ты вернешься ко мне.
— Это шантаж? — заикаясь выдавила из себя Марджори.
— Называй, как хочешь. Но лучше запиши мой номер телефона. Позвонишь мне из дома Кристофера, и, как только соберешься, я пришлю за тобой машину. С собой возьми минимум вещей. Все остальное для тебя купим в Лондоне.
Марджори машинально взяла ручку, лежавшую на столе Мелани, и дрожащими пальцами записала в ее блокноте цифры, которые Эрнест продиктовал ей. Набравшись духу, она спросила:
— Что все это значит?
Но в трубке уже раздался щелчок, и ответа на свой вопрос Марджори не получила. Опустив руку с трубкой на стол, она тупо смотрела прямо перед собой невидящим взглядом. Мелани осторожно разжала ее пальцы, взяла трубку и вернула ее на место. Только тогда Марджори очнулась и увидела перед собой лицо Мелани, в глазах которой светилось любопытство.
— Как вы себя чувствуете, Марджори? Вы так побледнели!
— Спасибо, Мелани, со мной все в порядке, — тихо произнесла Марджори. — Я думала, его уже нет в Нью-Йорке.
— Вы говорите о красивом мужчине, который приходил в галерею в тот день, когда вас не было на работе. Я узнала его по голосу. Он тогда довольно долго пробыл у Кристофера в кабинете, а когда они вышли, я заметила по их лицам, что разговор был неприятен для обоих.
— Да, наверное, — рассеянно обронила Марджори. Голова ее в этот момент была занята другими мыслями. — Скажите, Мелани, вы ведь любите Кристофера? Впрочем, можете не отвечать, я и так это знаю, — поспешно произнесла она, увидев, как напряглось лицо собеседницы. — Нет-нет, я не из ревности это сказала. У меня к вам, просьба. Если вы увидите, что Кристофер нуждается в вашей поддержке, не оставляйте его в одиночестве.
— Кристофер будет нуждаться в поддержке? — удивленно спросила Мелани.
— Боюсь, что да, и мне бы хотелось, чтобы вы тогда оказались рядом с ним.
Глаза их встретились, и несколько минут они смотрели друг на друга. Потом Мелани молча кивнула, взяла свою сумочку и вышла.
Марджори с окаменевшим лицом заперла за ней дверь главного входа, включила сигнализацию и покинула
Дома пришлось всю одежду бросить в стиральную машину. Накинув халат, Марджори приготовила себе на скорую руку ужин, поела, не почувствовав вкуса, и, не находя себе места от беспокойства за Кристофера, стала бродить по дому. Куранты отсчитывали часы, а его все не было. Только в начале одиннадцатого физическая усталость вынудила Марджори прилечь в своей спальной комнате. А в одиннадцать она услышала, как Кристофер открыл и закрыл входную дверь.
Выждав немного, она спустилась вниз и нашла его сидящим на кухне у стола с опущенными плечами. Лбом он упирался в ладони рук. Вся его поза была настолько необычной, что Марджори не сразу решилась переступить порог кухни. Но Кристофер, видимо, почувствовал ее присутствие спиной. Он оглянулся, увидел ее и мгновенно выпрямил плечи. Ему даже удалось изобразить на лице улыбку. Сердце Марджори разрывалось от сострадания к нему.
Она села напротив и дотронулась до его руки, которая оказалась холодной как лед.
— Ты замерз! Я сейчас приготовлю тебе горячий чай.
— Спасибо, Мардж. — Голос Кристофера прозвучал надтреснуто, по-стариковски.
Марджори вскочила и захлопотала у плиты, радуясь, что может хоть чем-то быть ему полезной. Кроме чая, она приготовила гренки с сыром и быстро подала все на стол.
— Понимаю, у тебя большие неприятности. — Заговорив на эту тему, Марджори интуитивно догадывалась, что ступила на минное поле и обратного пути у нее нет. — Не хочешь поделиться со мной?
Кристофер поперхнулся и долго кашлял. Приведя себя в порядок, он тяжело вздохнул, отодвинул от себя тарелку с гренками и чашку. Потом сложил перед собой руки на столе и, глядя на них, глухо произнес:
— Рисунок Ватто, который я приобрел и продал, оказался подделкой, копией. — Он помолчал, словно заново осмысливал то, что с ним произошло. — Но я держал рисунок в руках, это был подлинный Ватто! — В голосе его звенело гневное отчаяние.
— Успокойся! — Марджори положила ладонь на его нервно сжатые руки. — Кто тебе сообщил, что ты приобрел фальшивку?
— Посредник между мной и покупателем, мистер Эндрю. Он потребовал вернуть деньги и обещал, что тогда не станет предавать этот факт огласке. В противном случае мне грозит тюрьма.
— А если он блефует? — высказала предположение Марджори.
Кристофер покачал головой.
— Я уже все проверил. Нашел владельца подлинника и даже съездил к нему по его приглашению. Я ничего не могу понять.
— Ты не пытался разыскать того посредника, который предложил тебе купить этот рисунок у наследника коллекции Уайкса? Забыла, как его звали.