И снова весна...
Шрифт:
Марджори испуганно отступила, увидев, как полыхнули глаза Эрнеста.
— Ты поняла меня неправильно. Женщин я не бью, у меня есть другие средства воздействия на них.
С угрожающим видом он шагнул к ней, и Марджори в панике бросилась бежать по аллее парка. Эрнесту не понадобилось много времени, чтобы догнать женщину, пытавшуюся убежать от него в туфлях на высоких каблуках. Он схватил ее за руку, развернул к себе лицом и через секунду уже прижимал ее своим телом к стволу ближайшего дерева. Попытки
Окончательно беззащитной Марджори почувствовала себя, когда Эрнест закрыл ей рот грубым жадным поцелуем, свободной рукой расстегнув пуговицы на лифе платья. Если бы Марджори еще могла что-нибудь соображать, она сравнила бы себя с бабочкой, посаженной на булавку. Пальцы Эрнеста ласкали ей грудь, эротический танец языка дразнил нёбо, возбужденной плотью он прижимался к ее животу. Отуманенная желанием, она бездумно подчинялась ему какое-то время, пока жажда наслаждения не захлестнула ее с такой силой, что она сама обхватила его шею руками, стремясь слиться с ним.
— Вот так уже лучше, — прокомментировал Эрнест, оторвавшись от нее. Он застегнул пуговицы ее платья, оправил на себе одежду и, взяв под руку, вывел ее снова на аллею. Обезоруженная, униженная, без малейшей мысли в голове, Марджори послушно шла рядом с ним. Щеки ее горели, кровь пульсировала в ушах. — Может, пойдем в летнее кафе и съедим мороженое? — спросил Эрнест как ни в чем не бывало.
Говорить Марджори еще была не в состоянии и только кивнула в знак согласия.
Оказавшись за столиком летнего кафе, под большим полосатым зонтом, укрывавшим от солнечных лучей, Марджори почувствовала, что ее слегка знобит. Думать ни о чем не хотелось, и она просто наблюдала за Эрнестом, который разговаривал с хорошенькой девушкой, работавшей за стойкой, улыбался ей, расплачиваясь и принимая поднос, на котором стояли вазочки с красиво оформленным мороженым, два высоких стакана с водой и две чашки дымящегося кофе.
Марджори сразу принялась за кофе.
— Осторожно, кофе очень горячий! — поспешил предупредить ее Эрнест. — Не обожгись.
Наверное, от холода, сотрясавшего ее изнутри, Марджори большими глотками торопливо пила обжигающий кофе, а Эрнест озабоченно смотрел на нее, ни к чему не притрагиваясь. Вкуса она не почувствовала, но горячая жидкость согрела ее, помогла прийти в себя.
— Сколько времени ты уже в Нью-Йорке? — неожиданно спросила она.
— В этот приезд уже почти две недели, — растерянно ответил он.
Значит, он не в первый раз сюда приезжает, отметила Марджори. Наверное, по делам магазина, какие-нибудь заказы. Впрочем, ее это давно не интересует.
— В этом году я прилетал сюда каждый месяц, — добавил он, словно прочитав ее мысли.
— Какое-нибудь дело? — безразличным тоном спросила она.
—
Хоть бы ты его скорее закончил и улетел в Лондон, мысленно пожелала Марджори.
— Когда собираешься домой? — с невинным видом спросила она и затаила дыхание в ожидании ответа.
— Когда закончу свое дело. — Он сделал паузу. — И получу то, чего добиваюсь, — с таким же невинным видом ответил ей Эрнест, но не выдержал и улыбнулся.
От его улыбки Марджори почувствовала уже знакомое беспокойство. Похоже, он готовит ей очередную пакость. Продолжать разговор в прежнем тоне она не решилась и замолчала.
— Ты до сих пор не ответила мне на вопрос: почему ты сбежала от меня практически из-под венца? — неожиданно кротким голосом спросил Эрнест.
— Не могу. Ты же до сих пор не объяснил мне, почему тебе так скоропалительно понадобилось жениться.
— А тебе не приходило в голову, что я влюбился в тебя с первого взгляда?
— Давно выбросила это из головы как самую большую ложь в моей жизни, — резко ответила Марджори, не сумев скрыть горечь от утраты этой иллюзии. — Говорить об этом больше не будем. Все кончено и забыто. Не стоит ворошить прошлое.
Мучительно больно было говорить эти слова мужчине, одно прикосновение которого наполняло ее желанием. Марджори захотелось плакать, но, чтобы избежать очередной унизительной сцены, она сказала:
— Извини, я должна идти. Мне пора домой.
Она встала, но он удержал ее за руку.
— Когда я утром разговаривал с Кристофером, то не мог понять, в чем он конкретно меня обвиняет. Мне нужно услышать от тебя, почему ты бросила меня.
— Потому что не хотела служить ширмой, прикрывающей ваши любовные отношения с Клэр.
— Ты видела, как она меня поцеловала в тот вечер! — догадался Эрнест. — Клянусь, между нами ничего не было.
— Не надо лгать, Эрнест! Клэр сама пришла ко мне в тот вечер и все рассказала.
— Что все? — нахмурился озадаченный Эрнест.
— Что вы были любовниками, хотели пожениться, но Ирен вас разлучила, а потом вы поссорились из-за твоего намерения жениться на мне, но ваша взаимная страсть вспыхнула с новой силой… и что в тот вечер она пришла ко мне из твоей постели. Тебе этого кажется мало? Тогда последний штрих. Из рассказа Клэр я также узнала, что ты решил жениться на мне для того, чтобы продолжать с ней любовную связь, несмотря на то, что она стала невестой твоего брата. Красивая история, ничего не скажешь! Но я в такой грязи жить не собиралась. Только не надо все отрицать. Твоя сестра как-то в разговоре обмолвилась, что вы с Клэр были любовниками. Тогда ее обмолвке я не придала значения и вспомнила об этом уже после визита ко мне Клэр.