Шрифт:
Алексей Высоцки й
И пусть наступит утро
ПРИКАЗ МИНИСТРА ОБОРОНЫ СССР
г. Москва
О зачислении Героя Советского Союза гвардии полковника Богданова Н. В. навечно в списки Коломенского высшего артиллерийского командного ордена Ленина, Краснознаменного
Воспитанник училища гвардии полковник Богданов Н. В. в боях с немецко-фашистскими захватчиками проявил образец мужества, геройства и отваги.
С первых дней Великой Отечественной войны 265 корпусной артиллерийский полк, которым командовал Богданов, непрерывно громил врага и нанес ему значительные потери.
Особо высокое мастерство в управлении полком, организованность и личную храбрость гвардии полковник Богданов проявил при обороне городов Одессы и Севастополя. Только за два с половиной месяца боев за Одессу полком было уничтожено свыше 6000 вражеских солдат и офицеров, до 40 танков и подавлено более 10 батарей противника.
Находясь с орудиями в боевых порядках пехоты, Богданов умело руководил действиями артиллеристов, а в решающие периоды лично возглавлял воинов в контратаках и рукопашных схватках с гитлеровцами.
За героизм и стойкость в этих боях 265 корпусной артиллерийский полк был награжден орденом Красного Знамени и переименован в гвардейский.
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 8 октября 1942 г. за образцовое выполнение боевых заданий командования и проявленные при этом мужество и отвагу гвардии полковнику Богданову Н. В. присвоено звание Героя Советского Союза.
В последующих боях с немецко-фашистскими захватчиками гвардии полковник Богданов пал смертью героя за нашу Родину, будучи командиром 20 артиллерийской дивизии РВГК.
Его беззаветная преданность социалистической Родине и верность военной присяге должны служить примером для всего личного состава Вооруженных Сил СССР.
ПРИКАЗЫВАЮ:
Героя Советского Союза гвардии полковника Богданова Николая Васильевича зачислить навечно в списки 7 батареи Коломенского высшего артиллерийского командного ордена Ленина, Краснознаменного училища имени Октябрьской революции
ДОВЕРИЕ
Две точки зрения
Командир 265-го корпусного артиллерийского полка майор Богданов, русоволосый, с аккуратным пробором, внимательно слушал собеседника.
– Ваш лейтенант Березин так и не освободил комнату, - говорил заместитель начальника гарнизона.
– Дознание закончено, осталось передать дело в прокуратуру...
– Что же получается, - поднял брови Богданов, - с юнцом сами не в состоянии справиться? Темно-серые глаза майора с укором смотрели на собеседника.
– Это не первая провинность юнца. Мне рассказали о нем. Напрасно у вас в полку с ним так много возятся.
–
– Майор задумался.
– В одном вы, бесспорно, правы, - сказал он после небольшой паузы, мы виноваты, мы обязаны были предотвратить это... И все же я согласен со старшим политруком Иващенко - в Березине действительно располагает искренность.
Майор встал из-за стола и, чуть сутулясь, подошел к окну. Солнечные лучи, пробившиеся сквозь густую крону каштанов, зеленевших за окнами, веселыми бликами заиграли на его гимнастерке, багрово-красными вспышками загорелись на шпалах петлиц.
– Поэтому вы против передачи дела в прокуратуру?
– спросил собеседник, скользнув взглядом по невысокой, худощавой фигуре майора.
– Не только поэтому. Хотя искренность в человеке мне по душе.
– Так что же, какое решение: судить или простить?
– Прощать не надо, - отозвался Богданов, - он арестован командиром батареи на трое суток и еще на двое суток мной за другой проступок. Я думаю этого достаточно. Молодые командиры наш золотой фонд.
Майор вспомнил, как год назад в полк прибыла группа выпускников училищ. Одного из них ему рекомендовали адъютантом.
– Адъютантство, простите за откровенность, мне не по душе, - прямо заявил ему лейтенант. Это и был Сергей Березин.
Богданов не придал тогда особого значения его словам, но вскоре Березин снова попал в поле зрения командира.
В полку проходила проверка. Инспектирующий полковник сообщил Богданову:
– Получен сигнал. Командиры взводов жалуются. Оказывается, служа в полку, они забывают многое
Богданов удивился:
– Кто мог придумать подобное?
– Это сказал лейтенант Березин.
– Березин?! Хорошо, я проверю, - решил Богданов.
Вызванный им лейтенант рассказал все без утайки, и Богданов ясно представил себе, как это было.
Шла командирская учеба в дивизионе. Разбирали стрельбу с помощью самолета-корректировщика. Березин сидел задумавшись. Тема занятий была интересной. Сергею нравнлась работа летнаба. Воображение рисовало ему картину стрельбы, которую он, летнаб Березин, обеспечивает. Залп! Разрывы легли рядом с целью. Новый залп - цель накрыта. Сергею казалось, что он видит, как в воздух взлетели обломки бревен, имитирующих вражескую батарею.
– Лейтенант Березин, ваша команда?
– вдруг доносится до него.
– Беглый огонь!
– отвечает Сергей и, спохватившись понимает, что сказал не то.
Взрыв смеха.
– Вы знакомы со стрельбой с помощью самолета-корректировщика?
– спросил проверяющий. Березин молчал. В ушах еще звучал обидный смех.
– Лейтенант Березин окончил нормальное училище, - пояснил инспектирующему командиру руководитель занятий, сделав ударение на слове «нормальное».
– Он может не знать эту стрельбу.