И прольется свет
Шрифт:
— Жену кузнеца?
— Это уже потом она за кузнеца вышла, а в девках завидной невестой была. Сын самого старосты к ней сватался, а она ни за кого и не пошла. Уже тогда по кузнецу сохла. Люди говаривают, сватался к ней и Поросенок, только Эая его на смех подняла. После, уже вечером видела старая Викта, как Поросенок шел в лес к колдунье Клотильде.
— Злой ведьмы, которую все боялись? А я не боюсь.
— Не боишься? Сейчас она не страшна, а раньше самые смелые охотники боялись подойти к ее хижине, потому что ведьма зналась с демонами. Той ночью, когда Поросенок ушел к ведьме, со стороны хижины доносились зловещий хохот и крики о помощи. Мы все тряслись
— Мой папа был самым смелым охотником на свете. Правда?
— Правда, внучек. Так вот, когда твой отец с другими охотниками подкрались к хижине, они увидели мертвую Клотильду, лежащую на земле возле кровавой звезды. Лицо ведьмы было перекошено от ужаса. Охотники ничего не тронули, торопливо вернулись в деревню. Да видно проклятое место наложило на них свою печать, все погибли спустя несколько месяцев. Однажды ночью пропали и твои отец с матерью, до сих пор неизвестно где они, что с ними. Я нашел тебя под лавкой, дрожащего и не произносящего ни слова. Ты наверно не помнишь, мал был, как кричал ночами.
— Не помню, дидо. А что кричал?
— Не помню, — дед ушел от ответа, не желая беспокоить мальца. — Слушай лучше дальше историю о Поросенке. Видно он захотел
отомстить Эае за отказ, да за смех, вот и пошел к ведьме. Колдунья вызвала демона из глубин Ада, да не смогла упрятать обратно. Порождение тьмы отведало человеческой крови и начало охоту на людей. С тех самых пор и появился в нашем мире демон, пожирающий сердца.
— Но почему его называют демон-кот?
— Потому что ночью он жуткий демон, а днём обычный кот.
— А кто такой кот?
— Охо-хо, совсем забыл, что всех котов перебили еще четыре года назад. В соседней деревне тогда еще много смертей от рук демона было. Они долго не могли понять, как же демон жертву себе подбирает, а потом присмотрелись, где кот проходит, там за ним смерть идет. Когда-то много у нас котов было, хорошие были животины, мышей ловили, молоко пили. Мышей тогда намного меньше было. У меня тоже кот был, Шустриком звался, подойдет и мурлычет, и об ноги трется, весь такой ласковый. Запомни, внучек, ежели увидишь незнакомое животное, беги от него без оглядки и кричи, как можно громче. Наша Лисска благословлена Солнцеликими Богами, но осторожность не помешает. Только сегодня днем дом соседей жгли. Впустили на ночь глядя незнакомку, и поплатились за это. Смерть принимает разные личины. Ты запомнил, постреленыш?
— Да, дидо. А его можно убить?
— Никто не видел, но слухи разные ходят.
Вроде как у него есть на теле место, ударишь туда ножом, и помрет демон-кот. Другие говорят, что убить его можно только, когда он в шкуре кота…
Демон-кот обхватив себя руками сдерживал рвущийся из груди смех, слушая старика. Он даже раздумал убивать их…сегодня.
— …еще болтают люди, что только восставшие из могил жертвы демона могут его уничтожить.
Демон прекратил смеяться, это уже было ближе к истине, слишком близко. Решив, что пора прервать разговор, он легонько провел когтем по заслонке, почти разрезав ее. В пальцах отдалось болью, заслонка оказалась серебряной. Он зарычал и, вскарабкавшись вверх по трубе, бросился в лес. Демона душила злоба на бывших односельчан, на весь человеческий род, но он сдерживался. Завтра ярость разгорится еще сильнее, и он насладится убийствами.
Монстр поднял голову к небу и издал жуткий вой. Услышав его, люди в деревне стали испуганно молить Солнцеликих Богов
—3-
Парящий в небе орел резко изменил траекторию полета, со свистом пошел на посадку. Перед большим развесистым дубом в последние секунды затормозил, плавно приземлился на толстую ветвь. Рвано размахивая крыльями, осторожно спустился на землю. Потом что-то заклекотал: голос менялся с каждым звуком, изменялся и облик. Через миг вместо орла появилась молодая женщина с жестким взглядом карих глаз. Привычным движением она открыла дверь, вошла в маленький домик, спрятанный в трех соснах. На сосны было наложено мощное заклятие: оказавшийся возле сосен человек или нелюдь блуждал среди них до самой смерти. То есть до прихода лерды. Впрочем, живые существа как-то подспудно ощущали колдовство, и за тридцать три года сюда забрел только охотник. Ведьма поморщилась, вспоминая жертву, он был слишком жилистый и плохо пахнул.
Сейчас ведьма была дома, поэтому жесткость исчезла из глаз, сменилась спокойствием и каким-то умиротворением. Рука сама потянулась погладить дымчатую кошку, крутящуюся под ногами. Та в ответ довольно замурлыкала.
Стояла тишина, прерываемая стрекотанием сверчков и легким дыханием спящей на кровати девушки. Ночь подходила к завершению. Близилось утро, и вой волков затихал вдали.
Отведя от лица непокорную прядь, ведьма посмотрела на девушку, вздохнула, хватит откладывать разговор. Тихо позвала:
— Корделия, доченька.
Ресницы девушки дрогнули, веки приподнялись, открывая безмятежные голубые глаза. Мать вздрогнула, семнадцать лет она смотрит в глаза дочери и никак не может привыкнуть к их чистоте. Семнадцать лет она пытается понять, как у ведьмы — лерды могло родиться дитя света. Видно это отцовское наследие.
— Мама, ты уже вернулась. Я сейчас встану. Ты голодна? Зачем я спрашиваю, ты никогда не голодна.
— Не вставай, нам надо поговорить и лучше будет, чтобы ты лежала.
— Почему?
— Мне надо много тебе рассказать.
— Именно сейчас? Ну ма-а-ам, давай в другой раз.
— Нет, сейчас. Срок подходит, и я не хочу оставлять тебя беззащитной.
— Я не беззащитна, — девушка села и стали видны слегка примятые во время сна крылья за спиной. — Я могу постоять за себя.
— Ты не подготовлена к злу нашего мира и это моя вина.
— Я много знаю о зле. Я хочу стать доброй колдуньей и помогать людям. Как ты. Ты всегда скрывала, куда уходишь по ночам, но я знаю, что ты борешься со злом. С всякими вампирами, крысаками, ведьмами…
— Наивное дитя, я и есть зло. Твоя мать -ведьма — лерда!
— Нет!!!
Глаза дочери наполнились слезами. Она прижала руки к груди, умоляюще глядя на мать, взглядом просила опровергнуть сказанное. Сказать, что все это неправда, что это шутка, но мать молчала и из глаз дочери постепенно исчезала надежда. Ведьма с усилием, которое причиняло боль, продолжила разговор.
— Да, доченька, я — лерда и ничего с этим не поделаешь. Молчи и слушай. Сегодня утром, наступит мой последний рассвет. Рассвет, который унесет мою жизнь. И я хочу, чтобы ты узнала все о своей матери и отце, которого ты никогда не видела. Я родилась тридцать три года назад. Тридцать три — коварное число, ни одной ведьме-лерде не удалось прожить дольше. Мы наделены почти полной неуязвимостью, огромной магической силой, но не можем продлить себе жизнь даже на день. Всю свою жизнь я творила зло, я убивала, мучила людей.