И пришел спаситель
Шрифт:
– Не волнуйся, Вано, найдем твою сестричку. Турция не Колыма, вернется. Пойдем за стол, наши заждались.
Пожарский к вечеру неожиданно налакался. Видимо, сказалось напряжение двух последних дней, а тут расслабился. Ребята отвели его в дом, где он через час пришел в себя. Организм самостоятельно избавился от алкоголя, разложив его на производные. Так что успел Сашка потанцевать с Людочкой и только потом исчез с ней под шумок.
Следующим утром провожали в аэропорту гостей, остался только Вано. После проводов заехали по пути в Дом политпросвещения, где Петр Степанович
Не дав опомниться акулам пера, Петр Степанович сделал ручкой и бодро выскочил вон из конференц-зала.
Запрыгнув в джип, скомандовал Сашке:
– Гони побыстрей от этого вертепа.
Всю дорогу брюзжал, что тетушка заставила его врать напоследок. Сашка на его лицемерные стоны тут же отреагировал:
– Да вы с Мастером два сапога пара, вруны еще те.
Усевшись в саду вчетвером подальше от любопытных женских ушей, изложил Наставникам возникающую проблему с сестренкой сослуживца.
Реакция Предтеч оказалась довольно странной - оба встопорщились, уставились друг на друга, что два кота-соперника встретившиеся на крыше.
Мастер, надув щеки зашипел:
– Я тебе говорил, а ты не верил...
– дальше непонятный клекот.
– Нет, это я говорил, что в России криминал торгует секс-рабынями, - парировал Учитель.
– Эй, на барже, мы вам не мешаем?
– встрял Сашка.
Наставники опомнились и извинились, затем поинтересовались у Вано, нет ли у того с собой какой-нибудь вещицы девушки. Оказалось, есть носовой платок -- зачем сунул в карман, сам не знает.
Иван Степанович, тоном, не терпящим возражений, изрек:
– Тебе, Петр, заниматься этим делом, и не спорь, а то пригрелся под боком жены, мхом оброс. У меня будет не менее ответственная задача - встречусь с президентом насчет поправки статей Уголовного кодекса. Думаю, за торговлю людьми и захват заложников - высшая мера в самый раз.
– Я тоже так мыслю, а все эти провокационные вражеские вопли о том, что высшая мера не дает результатов, наглое вранье. Вспомни, Иван, в войну мародеров и бандитов патрули расстреливали прямо на месте преступления и ведь остановили основной вал преступности.
– Да, жаль только Сталин проявил ненужный гуманизм - нужно было на всей территории СССР перестрелять всех уродов.
Наставники, пустившиеся в дискуссии и воспоминания, явно выпали из реальности.
– Стареют что ли, - подумал Сашка.
Вано пхнул его локтем и спросил:
– Они у тебя в Отечественную воевали че ли. Не может быть, не подходят по возрасту.
– Может, Вано, может. Родственники служили в НКВД.
– Ох, ебть.
– Вот и я говорю.
Наставники встрепенулись:
– Вы, молодые люди, завтра вылетаете в Питер, встретимся у вас дома послезавтра, часиков в 10 утра, давайте адрес.
Платок Петр Степанович забрал с собой.
– Господи, хоть бы они нашли, - и Вано украдкой перекрестился.
– Раз Наставники взялись, значит, сделают в лучшем виде, -
Купив два билета на самолет в предварительной кассе, вернулись домой.
На следующий день они топтали мостовую Питера. Сашка любил этот великий город, невзирая на его отвратительный климат. Уникально творение Петра, но главное - люди, по сравнению с москвичами, - день и ночь.
Вано жил в пятиэтажке, в полнометражной трехкомнатной квартире. Жена боевого товарища Сашке понравилась -- симпатичная, спокойная, в доме уютно и чувствуется душевный комфорт. Утром Петр Степанович забрал их, и они на такси отправились на Фонтанку, где Наставник лично выслушал мать Вано и Тани. По его просьбе осмотрели квартиру девушки, где Петр Степанович чуть ли не обнюхал личные вещи пропавшей. Следующий шаг -- посещение операторов мобильной связи. Через местных чекистов в тот же день установили адрес звонившей на мобильник Вано. Подругу-соперницу взяли в оборот. Та, давясь соплями и слезами, во всем призналась:
– Влюбилась по уши в парня, да, с Кавказа, ну и че. Да, познакомила с подругами, ну и че.
– А то, чмо долбаное, пойдешь по статье за торговлю людьми, лейтенант, забирайте.
Вызванные менты, составив протокол, утащили визжащую девку. Номер мобилы Гурама не отвечал - вне зоны доступа. Опять визит в компанию сотовой связи - выдали кучу распечаток. Выбрали номера наиболее повторяющиеся, операторы выдали кучу смс-сообщений.
Два фигуранта оказались в городе. Участников банды, двух кавказцев, кололи жестко и эффективно. Раскололи до ширинки, после чего трупы закопали - действие происходило в одном из малолюдных парков Питера.
В Анкару вылетели на следующий день все втроем. Троица россиян, словно атомный ледокол во льдах, беспрепятственно пересекла кишащий людьми аэропорт и вышла к стоянке такси. Толпа, чувствуя исходившую от них нешуточную силу и угрозу, шарахалась в разные стороны, образуя широкий коридор. Сев в машину, Предтеча вынул платок девушки, провел им перед лицом и скомандовал шоферу-турку:
– Вперед на юго-запад.
Сашка с Вано, насупившись, молчали. Роли и последовательность действий определили заранее. Сначала освобождали рабынь, а потом карательная акция.
Учитель изредка подавал команды водиле:
– Прямо, налево, прямо...
Турок, работавший таксистом двадцать лет, битый жизнью, не раз ходивший по лезвию закона и видевший много крутых серьезных людей, слыл в своих кругах храбрым бойцом.
Но сегодня, везя, трех странных русских, он впервые в жизни испугался, нет, не испугался, а ужаснулся и молил Аллаха, остаться в живых. Азкыр, так звали турка, сделал одну ошибку, за которую клял себя всю поездку - из любопытства посмотрел в глаза самому старшему пассажиру. За свою сорокалетнюю жизнь, он довольно спокойно встречался взглядом с убийцами, бандитами и насильниками. Здесь же на него пренебрежительно-холодно глянула сама Бездна, так что Азкыр мгновенно осознал, малейшая ошибка и его сотрут, вычеркнут из списков живых - турка прошиб холодный пот, пробежавший холодной струйкой по спине.