И опять снова…
Шрифт:
Я откинулся на спинку стула. Зажег очередную сигарету и почувствовал, как дерет горло. Слишком много я стал курить… Значит, сумели так устроиться, что никто их не видел… Хотя, надо правду сказать, обычно мы «видим многое, не видя», обращаем внимание лишь на то, что нарушает привычное течение жизни, и поэтому не запоминаем то, что происходит каждый день.
Вслед за Сардиньясом шла домработница Лефевров, которая всю жизнь провела в прислугах. До революции она шестнадцать лет работала в семье Монтальво Диасов де ла Вега, где познакомилась с Луисом Пачеко Трухильо, соседским шофером. После отъезда в 1961 году этой семьи из страны оба оставались в доме де ла Вега, пока их не переселили в квартиру по улице Домингес, № 329, угол Айестаран, где они и проживают в настоящее время.
Делия
Я поднял взгляд от бумаг и снова откинулся на спинку стула. Доверия-то заслуживает, но мне показалось, что не очень она подходит для работы в домах иностранцев. Придется проверить отзывы о ней на прежних местах, хотя следует помнить, что на нее ни разу не поступало ни одной жалобы… А вот во время нашей встречи она вела себя отнюдь не лучшим образом… Совсем не лучшим. Впрочем, если учесть ее уровень развития… В любом случае надо поговорить с теми, кто отвечает за ее работу, выяснить, какого мнения они о ней.
Перелистав еще не прочитанные бумаги, я увидел, что осталось трое… Тем лучше.
Уго Пеньяльвер Мальтас, 31 год, холост. Закончил рабоче-крестьянский факультет, работает манекенщиком в Доме моделей, проживает по улице 27 дом № 581, кв. 62, шестой этаж, угол улицы «О» в районе Ведадо. В Доме моделей работает пять лет. До этого был занят на телевидении и иногда в школе искусств Сан-Алехандро в качестве натурщика… На работе зарекомендовал себя хорошо. Имеет друзей в дипломатическом корпусе… Около двух лет тому назад на показе мод, организованном Кубинским институтом дружбы с народами зарубежных стран, познакомился, а потом быстро подружился с Лефеврами. Уго Пеньяльвер заявил, что в день, когда было совершено преступление, ужинал в ресторане «Булериас», а затем посетил выставку в павильоне «Куба». В ресторане его не запомнили. Правда, администратор сообщил, что всю неделю посетителями занимались ученики Школы гостиничного обслуживания, проходившие практику и сдававшие экзамены у них в ресторане; естественно, что они, заботясь прежде всего об успешном завершении испытаний, не обращали внимания на лица посетителей; он также добавил, что штатные работники ресторана были направлены на помощь в гостиницу «Насьональ», куда прибыло несколько крупных делегаций. Как Уго вернулся домой, никто не видел.
Снова звонит телефон. Секретарша нашего отдела, у которой кончился рабочий день, спрашивает, не нужно ли Мне что-нибудь, пока она не ушла. Нет, мне ничего не нужно, я вешаю трубку. Теперь очередь Моралеса, Мигеля Моралеса Тельо…
…52 года, женат, проживает по улице 24 в доме № 316 на углу 17-й в районе Ведадо. Уже семь лет директор «Автоимпорта». Гибко и эффективно решает встающие перед предприятием задачи. По образованию инженер, владеет четырьмя иностранными языками. Как он сам, так и члены его семьи – уроженцы города Мансанильо, владели недвижимостью. Получив диплом инженера, Моралес работал в Сантьяго-де-Куба, где вступил в контакты с революционным движением. В 1959 году входил в комиссию, изучавшую возможности развития провинции Ориенте. В 1967 году переведен в Гавану на должность технического директора организации, которую и возглавляет в настоящее время… Мигель Моралес показал, что в день убийства Беттины Лефевр присутствовал на коктейле в салоне «Агиар» гостиницы «Насьональ», устроенном по случаю подписания торгового соглашения со шведской экспортной фирмой «Филюкс». Показания проверены: прием закончился в десять часов вечера, но никто из опрошенных не мог вспомнить, когда ушел Моралес, так как было очень много приглашенных… Моралес заявил, что из гостиницы «Насьональ» отправился к доктору Фабиоле Мендес; ее не оказалось дома, и он решил подождать в машине, но в конце концов так и не дождался. (В доме, где проживает Моралес, имеется коллективный гараж, откуда на лифте можно подняться к дверям каждой квартиры.)
Никто
Остается последнее действующее лицо: секретарша. К счастью или к несчастью, но сообщение о ней более чем краткое:
…Кармен Марсан Кантеро, 21 год, не замужем, окончила курсы французского языка и в настоящее время продолжает занятия им в Гаванском университете. Проживает вместе с родителями по улице Валье, в доме № 34, угол улицы Эспада. Друг ее родителей, работающий с Лефевром, рекомендовал последнему Кармен Кантеро на должность переводчицы и секретаря. Она показала, что ничего не знала об исчезновении Беттины Лефевр, так как 27 июля принимала гостей и из дома не выходила. Ее слова полностью подтвердились.
Кажется, все. Закрыв пухлую папку, я спрятал ее в ящик и запер на ключ. Завтра новый день и новые заботы.
4
8.15 вечера
Официант плавно скользил между столиками, подходил к стойке бара, возвращался к столикам, снова шел к кассе. Компания у камышовой стенки сидит здесь больше часа, и он уже три раза принимал у них заказ.
«До чего же красива, – подумал официант, – та, с длинными волосами, хоть и не молода! Вторая тоже ничего, правда, такую чаще можно встретить. Странная компания. И третья, с гладкой прической, тоже хорошенькая. Интересно, с кем путается длинноволосая?»
– Принесите мне «Плантерс Панч», – попросила красавица.
Официант пошел к стойке, подумав, что коктейль этот спрашивают только те, у кого много денег. Большинство довольствуются «президентским», «хайболом» с выдержанным ромом или «мятным» … Давненько уже никто не заказывал «Плантерс Панч», да и найдется ли в баре все для него необходимое…
Пока готовили заказ, он рассматривал сидевших за тем столиком. Компания громко смеялась, а длинноволосая положила свою руку на руку парня в светло-зеленой рубашке. «Бывают такие счастливчики!» – подумал официант.
Он принес коктейль и снова заскользил от столиков к бару, от бара к столикам, пока не услышал, как его опять подзывают туда, где сидела женщина с длинными волосами.
«А заплатила-то красавица! – удивился официант. – И за всех! А что же типы, которые сидели с ней? Ну и ну!»
Компания встала. Женщина оказалась худощавой, но с прекрасной фигурой…
Они пошли вниз по лестнице, ведущей в вестибюль.
– Эй, товарищ! Пожалуйста, еще два «президентских»!
Когда она вошла в мой крошечный кабинет, мне и в голову не могло прийти, что ее показания круто повернут весь ход следствия по делу об убийстве Беттины Лефевр.
Женщина и сама не была уверена, пригодятся ли нам ее сведения, но все же сочла своим долгом прийти. – Я объяснил ей, что обо всем, что она знает или подозревает – пусть даже ее предположения окажутся ошибочными, – надо сообщать властям. Не раз информация такого рода оказывалась ценнейшей и очень помогала нам. Казалось бы, мелкий, незначительный сам по себе штрих, но в совокупности с уже собранными сведениями он многое проясняет.
Итак, женщина сидит перед нами и делится своими подозрениями, попутно давая оценку людям из компании Беттины Лефевр. Лично она никого из них не знает, но вот уже многие месяцы слышит о них. Доказательств у нее никаких нет, но того, что она сообщила, достаточно, чтобы мы начали работу по разоблачению группы контрреволюционеров.
Женщина очень сожалела, что не обратилась к нам раньше, но ей просто не верилось, что ее станут слушать, ведь она сама ничего не видела и не слышала, ее показания основаны лишь на словах подруги – секретарши Александра Лефевра.
Она рассказала, о чем говорят эти люди, собравшись в узком кругу, не скрывая своих истинных настроений и взглядов, о том, что живут они не по средствам, о «случайностях», которые сдружили их.
Женщина ушла.
Проанализировав сообщенное ею, мы пришли к единодушному выводу: у нас достаточно аргументов, чтобы априори рассматривать деятельность этой группы как направленную против безопасности страны. Впрочем, до окончательных заключений, до полной уверенности предстоит еще длительное и тщательное расследование.