И несть им числа...
Шрифт:
Порой, когда вы думаете, что не должны спать во имя спасения души — например, когда позади ужасный день, вроде сегодняшнего, а будущее кажется сплошной угрозой, сокрытой в тумане неизвестности, — сон наступает столь же быстро, как шок; будто люк открывает перед вами непривлекательную реальность, и вы падаете в темный колодец и погружаетесь во что-то мягкое на дне.
Изнеможение, плясавшее в глазах, швырнуло меня в черный колодец сна, а семь часов спустя Эсме уже трясла меня за плечо.
— Давай, нам нужно лезть на гору в темноте, чтобы сидеть на холодных скалах и смотреть на пустую дорогу.
Не хочешь же ты
Я сел, потянулся. Несмотря на то что была еще ночь, я чувствовал себя отлично. Часы показывали без четверти два: самое время глотнуть кофе из термоса и направиться к скалам. Я шел позади Эсме: перевязь пистолета упиралась мне в бок, а при ходьбе натирала кожу. Эсме подбадривала меня, говоря, что в случае опасности мне не следует доставать пистолет до тех пор, пока ее не убьют; тогда я должен буду выстрелить, чтобы предупредить оставшихся в лагере.
— Или если ты столкнешься с врагом нос к носу, так .близко, что сможешь огреть его по носу. После этого можно спустить курок.
Я постарался не дать волю оскорбленному достоинству.
— Я когда-то носил такой, будучи на службе во флоте Ее Величества. И мне приходилось стрелять из него несколько раз в год, на стрельбище.
— Что ж, отлично. Значит, у тебя достаточно опыта, чтобы не застрелить меня по неосторожности или не пальнуть себе в ногу. Ты был хорошим стрелком?
— Я собирался использовать эту штуку в качестве дубинки. Твои предположения не были ошибочными, но ты так сказала, потому что думала, будто я ничего другого не сумею. Предложения хороши не потому, что я ничего не знаю, а потому, что стрелок из меня никудышный.
Большая женщина фыркнула в темноте.
— Ты непредсказуем, Лайл Перипат. Возможно, мне это даже понравится.
Мы были уже довольно высоко, и следовало вести себя тихо, по крайней мере пока не доберемся до поста и не выясним, как там дела. Валуны были средних размеров и столь плотно за тысячелетия вросли в землю, что создавали отличную опору, оказавшуюся намного надежней, чем на первый взгляд. Единственной проблемой было найти путь, который бы позволил не вставать в полный рост во время восхождения, а это было несложно, ибо месяц достаточно освещал дорогу. Через десять минут карабканья по склону в потемках, все в поту, мы наконец забрались на вершину и обнаружили крохотное углубление в скале, где увидели Хелен и Иисуса, сидевших рядышком на корточках и глядевших на дорогу.
— Вот и мы, — сказала Эсме.
— Мы слышали, как вы лезли, — ответил Иисус, не утруждаясь перейти на шепот. — В следующий раз постарайтесь карабкаться Потише, Однако не думаю, что сейчас это имеет значение. Здесь не было ни малейшего звука, никаких намеков на движение. У Паулы и Роджера дежурство тоже прошло спокойно. Думаю, бандиты, Стрелявшие в нас, просто палят во всех проходящих мимо и не преследуют добычу, если не ранят ее настолько серьезно, что она вынуждена будет остановиться. Мы никого и ничего не видели здесь.
— Как вы думаете, откуда прибыл вертолет Ифвина? — поинтересовался я. — Он появился через пять минут.
Хелен фыркнула.
— Допустим, с базы, скрытой поблизости от дороги, на которую он мог бы нас доставить, но по какой-то таинственной причине не доставил. Или же у него есть. сотня вертолетов в ста разных мирах и он каким-то образом переносит их из одного мира в другой, и тот вертолет попал сюда тем же путем.
;; — С ним непросто иметь дело. Неужели тебе пришлось его отлупить?
— Если я отвечу на этот вопрос, то в течение следующего, часа мы будем шутить над интерпретациями «пришлось». А я устала и хочу спуститься и лечь спать. Удачного дежурства, — добавила она, удаляясь по скалам.
— Скорее всего оно таким и будет, — ответил Иисус, направляясь следом за ней. — Свет луны помогает, к тому же большая часть поверхности почти лишена растительности. Любой, кто захочет подкрасться к вам с этой стороны, должен быть очень ловким.
, — . Они проскользнули по камням и скрылись из виду; раз или два, пока мы спускались в укромное местечко за большой скалой, я слышал легкое шуршание их шагов; потом все стихло. Мы устроились поудобнее, договорившись, что я буду следить за югом, а Эсме — за севером.
Удивительно, каким бодрым я себя чувствовал. На самом деле я просто хорошенько выспался и выпил крепкий кофе, но ощущал себя отдохнувшим, готовым провести полдня на ногах, несмотря на то что было всего три часа утра.
Понадобилось время, чтобы мои глаза привыкли к незнакомой местности, но никаких затруднений в обнаружении двигавшегося предмета не предвиделось. Сверху земля казалась испещренной темными неровными узорами с полосками лунного света между ними; тени были очень маленькими — половинка луны уже поднялась на востоке, и ее свет заливал холм у нас за спиной. Дальше виднелись длинные ряды песчаных барханов, заполонившие почти все пространство к югу от дороги, и хотя кто-то и мог затаиться в тени, я не видел, как можно добраться до нас, не показавшись на открытых местах. Воздух был наполнен прохладой; я подумал, что здесь должно было быть больше диких зверей, издававших какие-нибудь звуки, но в наше время в таких странах мало крупных животных. Скорее всего беззвучная борьба хищников со своей добычей происходила незаметно вокруг нас, в маленьких темных уголках между скал. Без сомнения, она станет яростнее и, возможно, громче в предрассветные часы и сразу после восхода солнца.
— Кто бы в нас ни стрелял, он не слишком долго был бандитом или же оказался чрезмерно ленивым или бесталанным, — спустя довольно долгое время сказала Эсме шепотом.
— Почему это? — удивился я, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно тише.
— Потому что это место в двадцать раз лучше подходит для засады, и оно не так уж далеко. Если бы они чуть-чуть прошли по дороге вперед, то непременно обнаружили бы его. Между тем и этим местом нормальный человек никуда бы не свернул и не остановился.
Любой грузовик или машина, проехавшая там, обязательно проедет и здесь. Либо они засели в первом попавшемся удобном месте и решили не утруждать себя поисками другого, либо оказались слишком глупыми, чтобы снизу, со скал, заметить это место; ведь отсюда. можно обстреливать автомобиль, и он никуда не денется, потому что вокруг дороги дюны. Если вовремя открыть огонь, то сидящие в машине люди не смогут двинуться ни назад, ни вперед. Они будут попросту пригвождены к месту, до тех пор пока пули не найдут свою жертву. Я бы основные силы сосредоточила на дороге, а дозор — хм.., его я бы поставила как раз…