И целая вечность впереди...
Шрифт:
— Этот, — юноша показал на графа, — стал снайпером. Правильно?
— Правильно, — согласился старик, — а у другого?
— Там дело запутаннее, он, по-видимому, может накладывать ментальные путы.
— И здесь ты прав.
Мне стало интересно, и я спросил:
— Молодой человек, вы нам простите наше невежество, но не смогли бы вы нам объяснить, что происходит? Пожалуйста.
— Вот это самое интересное. Они ещё очень хорошо воспитаны. За всё время нашего разговора они терпеливо ждут, когда мы соблаговолим, ишь слово какое чудное нашли, им рассказать.
— Можно,
— Можно.
— Мы с дедушкой — странники Улья. Это новый мир. Стикс, так называют его жители. О нем вы почитаете и разберётесь сами. Мы дадим вам на это два часа. К вам сюда никто не придёт. Это в наших силах.
— Теперь мне скажи: кто ты?
— Барон. Вот ты и назвал своё имя. А ты что держишь в руках?
— Остатки машины. Это кабан — герб нашего рода.
— Вот и ты назвал своё имя.
— На земле остались ваши настоящие тела, здесь же копии. Вы ничем от них не отличаетесь. Как вы проживёте, зависит от вас. Теперь вот попейте лекарство. Как его получить, вы узнаете из брошюры. Наливайте нам своего напитка, а мы вам своего.
Я взял серебряные бокалы и разлил оставшуюся водку. Юноша достал свою бутылку и налил нам своего напитка. Запах тот был не очень привлекательным, но мы оба даже глазом не повели. Только я поблагодарил за объяснение и теплые слова. Все выпили.
Старик лукаво улыбался в свою бороду:
— Лучше стали себя чувствовать. Силы появились?
— Появились, — согласились мы.
— Теперь мы вас окрестили. Когда вас будут спрашивать, как зовут отвечайте: Барон и Кабан. Спросят, кто крестник, отвечайте, что Борей, странник Улья. И ничему не удивляйтесь.
Борей встал и сказал:
— А теперь я покажу, как надо добывать спораны и горошины. Бери нож. — Они подошли к чудовищу поменьше. — Режь вот эти наросты на затылке.
Я взял нож раскрыл споровый мешок достал несколько виноградин и спрессованный сахарок.
— Любит Улей этих новичков, — вновь усмехнулся старик.
— Теперь ты, — Борей указал на моего друга.
Кабан, теперь уже Кабан, подошёл к топтуну и вытащил спораны и горох.
— Остальных проверите без нас.
Мы опять поблагодарили за науку:
— Спасибо вам. Мы теперь разберемся с тем, куда попали.
— Борей, они проявили силу духа?
— Проявили. Иначе бы тут были косточки.
— Они не проявили своего невежества.
— Самое удивительное, что не проявили: ни словом, ни жестом.
— Они просили у нас что-нибудь?
— Просили?
— Чего?
— Мудрости.
— Они выпрашивали что-нибудь.
— Нет.
— Они заслуживают награды.
— Да.
— Тогда ты награждай.
Борей достал две странных кирочки, клевцы. Это вам холодное оружие. Они пробивают броню самого высшего зараженного. Берегите его. Вещь очень ценная.
— Теперь я, — улыбнулся старик, — Борей, вот две черных горошины. Определи, какую одному, а какую другому.
Борей дал нам по черной жемчужине, с тем чтобы мы их сразу проглотили.
— И что ты хотел им сказать напоследок, Борей? —
— Не оскотиневайтесь. Большинство людей, попадающие сюда попирают все нормы. Стикс особо не обращает на это внимание. Но за что-то вы должны себя уважать.
После этих слов они исчезли. Это я сейчас понимаю, что они тогда ушли в скрыт. А раньше они попросту для нас исчезли.
Вы первые, кому я рассказал историю нашего появления в Стиксе.
При этих словах машина подъехала к небольшому зданию.
— А теперь прошу всех к столу, — пригласил Барон своих гостей.
Глава 8 Прощание
Стол ломился от яств. Одно слово — Барон. Знал он толк в еде. Умел проводить банкеты.
Иван поездкой был доволен. И в происшествии он разобрался. Распутать этот запутанный клубок он решил несколько позже. Сейчас же нужно повернуть события в нужную для него сторону.
— Дорогие присутствующие, — начал он так, — наше знакомство началось с трагических ноток. Мы и вы потеряли прекрасных бойцов: Папашу и Баламута. Их мужество, их воинское умение, их бесстрашие вам прекрасно известно. Многие из вас оказывались в трудных ситуациях, но вы знали, что, если с вами сражается Баламут, всё завершится победой. В этом столкновении был тяжело ранен ещё один товарищ. Вы тоже его хорошо знаете. К счастью, благодаря оказанной помощи, он идёт на поправку. И за это я хочу поблагодарить начальника стаба. Барон сделал всё от него зависящее, чтобы сохранить жизнь бойца. Мы, конечно, создадим двухстороннюю комиссию, чтобы разобраться в этом непростом вопросе. Я ещё раз подчеркну: в непростом вопросе. Да, произошла большая трагедия, но мы не должны её усугублять. И первым, кто заговорил бы об этом, был сам Баламут.
Всё, кто был за столом, очень внимательно слушали речь начальника стаба «Новая жизнь». Лица окружающихся постепенно светлели. Их настороженность исчезала. Войны не будет. Да, Баламута жалко, но живых жальче.
Поднялся Барон:
— Нет с нами сейчас Папаши и Баламута. Принял их души Стикс, ибо были они великие воины. Светлая им память.
При этих словах все встали и выпили поминальную.
Через некоторое время поднялся Кабан:
— Мы все хорошо знали Баламута. Часто и в трудностях, и в радостях мы были рядом. Научил он нас радоваться жизни и играть песни. Он не говорил петь песни, он говорил играть. Вы знаете, что они и умерли с песней на устах. Так проводим его душу песней, которой он нас научил.
Вошли его бойцы, они принесли с собой музыкальные инструменты. Грянула удалая музыка и стали они играть песню.
В полной тишине они запели:
А кто б нам налил,
А мы выпили.
За здоровье того,
А кто любит кого.
И вдруг хозяева, все как один, подхватили:
И пить будем,
И гулять будем,
А смерть придет,
Помирать будем.
Вновь зазвучали голоса исполнителей:
У нашего хозяина
Золотые кудри.
Он кудрями потрясёт