i c625ff9a7b83c04f
Шрифт:
тей.
– Будьте вы, прокляты, итарово отродье! - взревел бородач и занес саблю
для удара. В этот самый миг, его запястье оплел кнут старпома.
– Не сметь!
Тело летуна дернулось и повалилось на землю. Барибала оказался возле бо-
родача и прижав того коленом к земле, одним ловким движением отобрал
оружие. Затем он повернулся к нам и, указав на одержимых, произнес:
– Напасть на них - значит умереть! Помочь жертве - значит умереть! Попы-
таться
Летный отсалютовал и отпустил с цепи огромного пса, на котором будто на
гирлянде висели связки каких-то весьма вонючих плодов. Пленник припус-
тился прочь, а старпом задорно присвистнул.
Одержимые отвлеклись, и заводили носами, будто голодные волки. А уже
через мгновение, они на четвереньках помчались вслед за четвероногим.
Дождавшись пока одержимые не исчезнут в ночном сумраке, старпом по-
дошел к безжизненному телу летуна и повязал ему запястье красную ленту -
в знак воздушной традиции. Именно такой дар должен был принести мерт-
вец, попав на суд к воздушному покровителю Икару.
Утром мы отвязали концы и стали медленно набирать высоту, оставляя за
спиной прекрасный пейзаж опасного острова. Аборигены весело кричали,
улюлюкали, провожая нашу летающую крепость. С наступлением солнца их
неведомая болезнь исчезла без следа, оставив после себя лишь неприятный
привкус крови и багровые следы на песке.
* * *
– Чего застыл? Живо к капитану! - рявкнул мне на ухо старпом и, смерив
меня лобным взглядом толкнул в спину.
Недавние воспоминания в одну секунду рассеялись, словно дымка над во-
дой и я поспешил в верхнюю каюту.
На мой неуверенный стук, послышался слегка хрипатый голос одноногого.
За долгий месяц путешествия, мне так и не удалось перемолвиться с ним
словом. Райдер нечасто появлялся на палубе, проводя время в уединении,
как мой бывший наставник виртуоз Босвел.
– Проходи, садись, - холодно произнес одноногий.
Сам он расположился возле небольшого секретарского столика.
Прикурив трубку, капитан долго изучал какие-то пожелтевшие бумаги, а за-
тем не глядя на меня, поинтересовался:
– Та история, что ты рассказал мне... Могу ли я верить твоим словам?
– Мне нет выгоды врать, тэр, - не раздумывая ответил я.
– Стало быть, ты действительно какое-то время был в услужение гнома-
великана и даже умудрился побывать с ним в Ржавом городе...
– Так и есть, - кивнул я в ответ.
Капитан отложил исписанный лист в сторону. Затем глубоко затянулся и
выпустил
– Ты говорил, его рука была механической. Верно? Точно ли ты запомнил:
правая, а не левая.
– Безусловно, - вновь откликнулся я.
Оказавшись возле стола, одноногий уткнулся в небесную карту, по которой
осторожно со скрипом передвигались металлические конструкции облаков и
воздушные караваны тянулись с запада на восток, создавая настоящий не-
бесный тракт, отмеченный тонкой красной нитью. Подобное чудо техники,
созданное искусными кранксами мне не раз приходилось видеть на материке,
но здесь, в свободных землях, где презирали технический прогресс и любое
изобретение механикусов, подобная вещь была явна в диковинку. Я искренне
удивился, но спросить капитана о ее происхождение так и не решился.
– Тебе знакома эта конструкция?
– одноногий указал на карту.
– Мне приходилось собирать подобный механизм, когда я служил у моего
учителя, виртуоза Босвела, - честно ответил я.
Капитан кивнул:
– Что ж, это хорошо. Видишь эти два полукружья?
– капитан обрисовал рукой
огромное пространство.
– Мы называем их Небесными океанами. Мир, кото-
рый живет по неведомым нам законам. Можно долго рассказывать о тех чу-
десах, что творятся в его пределах, но найти им хоть какое-то внятное объяс-
нение - невозможно. Направление ветра и общие ориентиры здесь не подда-
ются никаким законам, впрочем, как и все на свободных островах. Именно по
этой причине я пользуюсь механической картой... - Правая линия широты
которая должна была перемещаться вместе с движением корабля, внезапно
остановилась и, задрожала, будто струна.
– Гадский гоблин!
– прервав беседу,
прорычал капитан и, потеребив металлические крепления, пожаловался: -
Всегда заедает... Ну что ты будешь делать?
– Это все из-за пружины, она видимо совсем проржавела. Если желаете, я
могу посмотреть, - тут же откликнулся я.
– А сможешь?
– Да раз плюнуть, - откликнулся я и, не дожидаясь позволения, принялся от-
кручивать расположенные в углах крепления.
Управился я не так скоро как хотел, но в целом капитан остался доволен и
даже похвалил меня. Если бы он только знал каких усилий стоила мне эта ка-
залось бы, не значительная поломка, он никогда не назвал бы работу "отлич-
ной". Механизм лишь внешне выглядел безупречно, а вот внутри, творилось
нечто невообразимое. Ржавые детали увязли в толстом слое вековой пыли, а