i c625ff9a7b83c04f

Unknown

торговцы, от которых всякое можно услышать, никогда не упоминали о по-

терянных кораблях и чем-то похожем.

– А островетяни знают, что творится в небесах?

– Думаю, да.
– Рулевой прищурил глаза и покосился на ближайшие шалаши.

– Этим хитрецам ведомо гораздо больше, чем нам. Все эти истории родились

не на пустом месте, сынок. Да и на островах у них худого хватает. Ты дума-

ешь, капитан по доброте душевной нам на берег запретил спускаться?

Нет, я

его хорошо знаю, не первый год с ним вместе летаем... Опасается он за нас.

Дурное чует, вот и предупредил. Так бы я уж давно к местным мулаточкам в

гости наведался. Я в этом деле знаешь какой... О-го-го! Только начну, не ос-

тановишь...

Обнажив пеньки старых, сгнивших зубов, Пирси хищно улыбнулся и ловко

притопнул ногой.

Рулевой уже собирался перевести разговор в иное русло и поведать мне о

своих любовных приключениях, но я вовремя остановил его, задав очередной

вопрос:

– А бывали случае, что аборигены нападали на летных?

Старик мгновенно погрустнел. Обветренное лицо осунулось, и выцветшие

глаза стали пронзительно синими. Подозвав меня ближе, он огляделся и тихо

прошептал на ухо:

– Можешь не верить, но лично мне кажется: здешние поселенцы - одержи-

мы...

– Как это?
– удивился я.

– Да очень просто. Есть тут поблизости один островок, называют его Серым

поплавком, ну на вроде удильной принадлежности. Когда к нему подлета-

ешь, создается впечатление, что он покачивается на волнах. Хотя о чем это

я... Один штурман сболтнул - остров тот и правда двигается, смещается то в

одну, то в другую сторону. Но ни это самое странное. Приземлялись мы как-

то, на Поплавок, и знаешь, что там произошло?..

Рулевой заговорчески оглянулся, и продолжил:

– Поначалу все шло вроде бы хорошо. Мы праздновали удачную вылазку в

Стронцу, где продали весь табак из Лукретца. Веселье устроили знатное: ро-

мус, дурманящий лист, южные фрукты. Но после полуночи – праздник за-

кончился. Мы не сразу разобрали, что произошло, а когда, наконец, поняли,

было уже поздно. Они накинулись на нас, словно пантеры… черные тени,

способные только убивать… крик, кровь, боль – вот как нас встретили на

Поплавке…

– Это были звери?

– Звери, а кто же еще, Итар их забери! – всплеснул руками Пирси. – Поджа-

рые, низкорослые, с горящими глазами! Сущие твари, не иначе! И зубы такие

острые – словно добинские иглы.

– А откуда они взялись?

– Знамо откуда, из деревни. Я же к чему и говорю: с аборигенами связывать-

ся себе дороже. Ходят слухи, что они специально выпивают какую-то

дрянь

и становятся одержимы, вот оно как…

Живая картина слишком отчетливо нарисовалась в моем воображении, что я

едва не вздрогнул от ужаса. Люди рвали людей на части. Да как такое вооб-

ще могло произойти?!

– Почему они так поступили?

– Да кто ж его разберет? – пожал плечами старик. – Может прогнать нас хо-

тели, а может полакомиться решили человечиной. Я же тебе о чем и талдычу:

Небесные океаны - гиблое место, не заплутаешь, так в силки попадешь. Не

погибнешь в небе, так на земле глотку перегрызут…

– Осторожнее! Смотрите, там!

– Куда он лезет! Совсем ополоумел!

– Хватай его! Помогай!

Десятки голосов обрушились на нас со всех сторон. Я резко повернул голо-

ву и ахнул. Один из наших – кажется, его звали Перстом - перемахнув через

борт, и очутившись на берегу, беззаботно растянулся на песке. Но ни это за-

метил дозорный со своей вышки. Рядом, всего паре футов от берега, возле

двух пальм показались черные тени.

Если бы не рассказ рулевого, я принял бы их за пару неподвижных валунов,

но сейчас мне удалось уловить в сложной игре света и тени легкое движение.

Люди?

Точно - люди!

Догадка оказалась еще кошмарнее рассказа Пирси. В ночи возникли горя-

щие огнем буркала и угловатые формы худощавой фигуры распрями-

лись…Миг. При всем своем умение и помощи команды, Перст не успел

среагировать – нападавшие оказались быстрее молнии.

Жадно чавкая, они впились в его тело, разрывая его в клочья. Захлебываясь

собственной кровью летный попытался отползти к воде, но не тут-то было.

Одержимые не собирались отпускать жертву.

Я стоял, замерев на месте и четко осознавая, что не могу сделать и шага.

Все тело сковало такой ледяной коркой, словно я превратился в одну из ста-

туй первых механикусов, стоявших в летнем парке Пара-винта.

– Пошли прочь! - один из летных, высокий бородач в широких штанах и

жилетке, ловко спрыгнул за борт и, обнажив кривую саблю, стал прибли-

жаться к аборигенам.

– Стоять! Не сметь!

Голос старпома обрушился на нас сверху как раскат грома.

Команда замерла в исступление, и только бородач не остановился, продол-

жая осторожно двигаться вперед.

Несчастный уже не орал, а тихо постанывал. Его тело не произвольно со-

дрогалось под напорами ненасытных ртов. Чавкающее хрюканье стало от-

четливо слышно даже на корабле, а вскоре раздался хруст ломающихся кос-