i 2061e7b1b25a982b

Unknown

– Киллер, убийца значит.
– Тот кивнул, а Парамонов продолжил:

– Потом Седой тактику сменил. Начал разорять меня, но продолжал убийц посылать. Друг...
– Егор бросил ненавидящий взгляд в сторону охотничьей компании, - предложил сымитировать свою смерть. Чтобы Седой, то есть Гилевич, отстал от моей семьи. Я жену и дочь в Швейцарию вывез, и все деньги им на счет в банк перевел. А сам... вот только попытка удалась наполовину. Когда после своей "смерти" в укромном месте отсиживался, за мной торпеды Седого пришли (Егор тут же пояснил - кто такие торпеды). Теперь-то

понятно, откуда Гилевич узнал все, а тогда я в догадках терялся. Седой все знал. И самое горькое, что для всех остальных, даже для моей семьи, я был мертв, а Седой знал...

– А ты вон тот валун возьми.
– Прозвучало от устраивающейся перекусить компании. На поляне разложили походный столик и раскладные табуретки. На столе лежал хлеб, свертки с мясом, рыбой. Стояли бутылки водки. Четверо сидели, а для одного не хватило места. Для бывшего друга.

"Вот так, - злорадно подумал Егор, - никогда не будет тебе места. Чужой ты теперь для всех. Предатель".

Бывший друг подошел к камню и попытался выворотить его, но ничего не вышло. С виду камень был небольшим, но тот не мог даже сдвинуть валун с места. Самое интересное, что на камне продолжал сидеть старик, невидимый для всех. Руки "бывшего друга" проходили сквозь сидящего, однако Егор вполне ощущал давление ладони "хозяина этого леса". Наконец "бывший друг" бросил попытки вывернуть валун, и под издевательский смех, вернулся к столу. Уселся прямо на землю, рядом с Седым.

" Как шавка у ног хозяина" - усмехнулся Парамонов.

– Продолжай, - сказал старик, с интересом наблюдая за столиком.

– Два дня я просидел в каком-то подвале. Ни пить, ни есть никто не приносил. Думал, тут я по настоящему и умру, но заявился Седой. "Знаю, - говорит, - где твоя жена и дочь находятся, но мне они не интересны теперь. Я что хотел, то взял. Долго думал, что делать с "мертвецом"? И тут мне подсказали отличный вариант - сафари в тайге. Ты будешь дичью на моей охоте. Выпущу в лесу и дам фору в два часа. Так даже интересней будет, а потом пойду по следу. Шанс выжить у тебя будет. Маленький".

– Вот так все и случилось. Как я не старался, уйти от погони не получилось. Меня гнали, будто волка вдоль флажков. Прямо на хозяина гнали, чтобы тот сделал свой выстрел.
– Закончил свой рассказ Егор.

Старик долго молчал, разглядывая Седого. Тот что-то говорил бывшему другу. Парамонов прислушался.

– ... и мне решать, что лучше, а что хуже. Я тут хозяин (старик при этом покачал головой). Тут один закон - моё слово.
– Седой взял со стола рацию и, нажав передачу, спросил:

– Руст, Серый нашли его?

– Нет, - ответили по рации, - как сквозь землю провалился. Следов нет, собаки упорно к холму поворачивают.

– Ищите, иначе я сам вас всех тут закопаю, - рявкнул Гилевич и швырнул рацию на землю.
– Это была твоя идея и исполнение, - угрожающе прошипел Седой бывшему другу, отчего тот побледнел.

– Ну что же, - сказал старик, - мне все ясно.

– Что вы решили?
– спросил Егор.

– Для начала соберу всю эту черную компанию здесь, на холме.
– Седой старик поднялся и, наконец, убрал руку с груди.
–

Кстати, ты можешь подняться, нечего лежать.

Егор вдруг обнаружил, что давно ничего не болит, только жутко спина чешется. Он сел и с удивлением ощупал себя. Ран не было. Только разорванная пулями рубашка с пятнами высохшей крови напоминала о том, что тут было ранение.

– Чудеса!
– Парамонов разглядывал почти незаметный рубец на плече.

Леший только хмыкнул и сделал несколько пассов рукой. Почти сразу с нескольких сторон раздалась беспорядочная стрельба. Все пятеро на поляне вскочили и схватились за стволы. Парамонов тоже подскочил и закрутил головой.

– В кого они стреляют?

– Ни в кого, - ответил старик и опять сел на камень.
– У каждого своя совесть. Она помнит обо всем. Вот я и послал каждому морок, а он размножился в зависимости от того кого тот убил. Те, кто сам не убивал, а только присутствовал при этом, видят то же самое.

Со всех сторон на поляну начали выбегать охотники. Они кричали, безостановочно паля в лес.

– Не стрелять!
– заорал Гилевич.
– Вы что, с ума посходили?

Но его никто не слушал. Вся компания сбилась в компактную кучу и ощетинилась стволами. Вид у всех был испуганный. Нервно водя оружием, они всматривались в лес.

– Что, что там такое, - затряс одного из охотников Седой, - в кого стреляли?

Тот показал трясущейся рукой Гилевичу за спину. Седой обернулся и замер. На поляну выходили люди. Мертвые люди. Их было много. Мужчины, женщины, даже дети...

– Кто это?
– прошептал потрясенный Егор.

– Это все убитые, - и старик кивнул на сгрудившихся в плотную кучу охотников, - вот этими нелюдями. Это морок, порожденный их черными душами.

– Как же их много...

Мертвая толпа остановилась, образовав плотное кольцо вокруг поляны. Сотни мертвых глазниц сверлили трясущихся от страха бандитов.

Парамонов перевел взгляд на бледного Гилевича.

– Я хочу с ним поговорить.

– Говори, - пожал плечами старик.

Егор шагнул вперед и понял, что его видят, так как на него сразу направились стволы винтовок и автоматов.

– Ты!
– закричал Седой, глядя прямо на Парамонова.

– Я, а кого ты ждал?
– сказал Егор и повел рукой, показывая на стоящих плотным кольцом мертвецов, - вот, мы пришли спросить тебя за все.

– Но... но... но, этого не может быть!
– заорал Гилевич.
– Они были убиты давно... не здесь... не может быть! Не может быть!

– Может, - отрезал Егор.
– Ты вообразил себя вершителем судеб. Решал - кому жить, а кому умереть. Теперь пришло время держать ответ.

– Нет, - мотал головой Седой, - я тебя убил. Ты не можешь... а-а-а...

Гилевич схватил автомат и выпустил весь магазин в Егора. Остальные тоже начали стрелять. Парамонов вскинул руки, закрываясь, но ничего не произошло. Пули проходили сквозь него, будто он сам стал привидением.

– Хватит!
– взмахнул рукой старик и выступил вперед. Все люди Седого выронили оружие и замерли, глядя перед собой. Морок из окруживших поляну мертвецов исчез.