Худловары
Шрифт:
Увы, новое литературное знакомство поставило жирный крест на моей перспективной научной карьере.
# # #
Заочно я познакомился с Александром Житинским ещё в универе, по книжке «Путешествие рок-дилетанта». В книжке была красивая идея: дилетант – это не лох какой-нибудь, а совсем наоборот: человек, который занимается музыкой из чистого интереса. В отличие от профессионала, который делает это за деньги. И потому у дилетантов может получиться даже круче. Типа БГ и Цоя
У меня имелись похожие соображения. «Профессиональный писатель» – это ведь как «профессиональная любовница». Конечно, бляди играют полезную роль в нашем обществе. Есть у нас ещё такие пацаны, у которых без поддержки не стоит. Но любой здоровый мужик всё-таки с сомнением относится к общедоступным «профи», предпочитая собственную подругу, которая любит только тебя, любимого. Именно это ценится и в любви, и в творчестве – непредсказуемые и оригинальные переживания, а не механические повторы.
Мысль не такая уж новая. Среди моих любимых писателей тоже не было профессионалов. Кортасар горбатился переводчиком, Грэм Грин – шпионом, Буковски – почтальоном. Даже утончённая Сэй Сёнагон вкалывала фрейлиной и каждый день чернила зубы. Но незнакомым людям, особенно мёртвым, можно всякое пришить. Другое дело – проверять теорию на собственной шкуре.
Когда в ЛИТО говорили, что я лезу в поэзию через чёрный ход, они и не догадывались, что близки к истине не хуже Фокса Малдера. Сначала X-Window, потом MS Windows – в общем, форточки. Через них бросаешь тексты в Сеть и спокойно общаешься с читателями без посредников. Хочешь честных независимых оценок – публикуешься анонимно.
Бумажные западные журналы и антологии тем временем печатают мои хайку – безо всякого обивания порогов, созвонов-перезвонов и прочих советов по творческому росту. Издатели сами находят тексты в Интернете и сами предлагают опубликовать. Хочешь потешиться своим именем на бумаге – заходишь на почту и забираешь бандероль из Японии или Канады. Что ещё нужно самому гениальному поэту Северо-Запада?
Такую картинку я и нарисовал в манифесте сетературы для Zhurnal.Ru. На том же сайте рядом с неопровержимыми доказательствами моей крутизны висела статья Александра Житинского «Виртуальная жизнь и смерть Кати Деткиной». Житинский рассказывал, как купился на виртуальную девочку производства Темы Лебедева и какой вывод из этого сделал: «Любой сетевой персонаж по умолчанию считается виртуальным». Тоже типа манифест.
Мы списались, встретились. Житинский заочно знал меня, причём в очень харизматичном свете. Как выяснилось, Леня Делицын, которому я оставил в Штатах часть своих книг, решил не заморачиваться с их продажей. Тем более что он залил половину книжек каким-то бухлом, на них выросла разноцветная плесень, и видок получился нетоварный. Чтобы побыстрее избавиться от этой макулатуры, хитрый Левон замутил литературный конкурс «Тенёта», а меня объявил первым спонсором: победителям раздавали мои книжки.
Стало быть, пока я прикалывался над жлобами в ресторане и пугал подвальных литошников своими заморскими образами, я ещё стал известен как со-организатор
# # #
Работать с Житинским было легко. Свой дилетантский взгляд на мир он прекрасно сохранил с возрастом, и у нас было много общего.
Однажды Сергей Бережной привёл к нам аккуратненького американца в очочках. Американец хотел поговорить с Житинским, но того ещё не было.
Я стал развлекать гостя. Рассказал вкратце, чем мы тут занимаемся. Пересказал свой манифест сетературы.
Гость включил диктофон, но сетевая литература его не прикалывала. Вместо этого он открыл сайт какого-то Тимура Новикова и стал восхищаться дурацкими картинками, которые прыгали по экрану, как взбесившаяся колбаса в нарезке.
– Да это же любой дурак нарисует в «Фотошопе», – заметил я.
И продолжал гнуть свою линию. Мол, у нас такие вычурные картинки мало кому интересны, мы культура литературоцентричная. А в Интернете добавляется обратная связь, и можно очень интересно двигаться в этом пространстве идей, как летучая мышка – бросил текст-сигнал, получил ответы, бросил новый текст и дальше летишь…
– О, летучие мыши! – вздохнул хорошо выбритый американец. – В молодости я любил летучих мышей. Такие грязные, с отвратительными вампирскими рожами, они появляются только по ночам.... как хиппи. Вы любите хиппи?
«Ну, совсем тупой», – подумал я.
Тут пришёл Житинский, и американец стал спрашивать его про сайт Тимура Новикова.
– Да какое же это искусство? – удивился Житинский. – Я и сам такое могу нарисовать в «Фотошопе»!
И стал показывать американцу свой «Арт-Петербург». Американец вежливо кивал, но было ясно, что он по-прежнему не врубается.
Когда непонятливый гайдзин ушёл, мы с Житинским вышли на лестницу покурить.
– Кто хоть это был-то? – спросил я.
– Да какой-то тупой американский журналист. – Житинский достал визитку гостя и передал мне.
Это был Брюс Стерлинг, один из отцов жанра «киберпанк». Спустя пару месяцев в журнале Wired вышла его статья про Питер. Называлась она «Art & Corruption». Естественно, там упоминался Тимур Новиков, а про визит к нам не было ни слова.
# # #
Стерлинг не был тупым. Просто он давно наигрался в Интернет. И во время визита в Россию, которую он назвал «страной победившего киберпанка», его уже интересовали панковские штучки пожёстче. Их-то он и собрал в той статье: пиво в отстойнике Fish Fabrique, табличка DISINFEKTED в грязном туалете отеля, ну и прочее в том же духе.