Хрустальное озеро
Шрифт:
— В Рождество осуществляются только неотложные звонки, — предупредила Мона.
Лена стиснула кулаки от нетерпения. Господи, неужели этой тупице трудно вставить провод этой чертовой штуковины в нужную дырочку? Сделать это гораздо быстрее, чем тратить время на пустую болтовню и пререкания.
— Абонент так и сказал.
— Что ж, ладно…
Лена представила себе, как та надевает очки, чтобы позвонить в дом, находящийся всего в нескольких метрах от почты.
Прозвучало еще
— Алло…
Интересно, догадывался ли он, что Лена непременно позвонит в Рождество? Что он не сможет вечно ограждать от нее детей, делая вид, что она мертва? Наверное, он испугался и теперь судорожно пытается придумать, как расхлебать кашу, которую заварил.
— Алло, — повторил Мартин. — Кто это?
Проклятый клубок Его можно было бы распутать в мгновение ока, но это стоило бы Лене жизни. Жизни, которая только начиналась. Она молча нажала на рычаг и услышала голос лондонского оператора:
— Абонент, вы меня слышите? Ваш номер ответил.
Затем Мона Фиц проворчала:
— Какой же это неотложный звонок, если абонент не отвечает?
— Алло… Алло… Кто это? — повторял Мартин.
— Мартин, я ни за что не стала бы вас тревожить, но звонит какой-то мужчина из Англии. Из Лондона. Говорит, что дело неотложное, — сказала Мона.
— Мужчина? — Голос Мартина звучал испуганно, но не виновато. Человек, готовый на все, чтобы избежать пересудов, так не говорит. Впрочем, это лишний раз подтверждало, что она его совсем не знала.
— Может, я говорила с оператором… Подождите, я проверю…
Лена слышала, как оператор подтвердил Моне, что кто-то действительно звонил в Лох-Гласс:
— У меня есть номер телефона абонента. Я перезвоню ему и все выясню.
Лена положила трубку. Ее била дрожь. Зачем она сделала такую глупость? Теперь они позвонят в гостиницу и спросят, кто заказывал Лох-Гласс. Монеты в ее руке нагрелись и стали влажными.
Как только зазвонил телефон, она сразу сняла трубку.
— Это вы заказывали Лох-Гласс, Ирландия?
— Нет, — ответила Лена, копируя акцент лондонского кокни.
— Но кто-то с этого номера заказывал Лох-Гласс…
— Нет, я заказывала Лохри… — пробормотала она.
Оператор ответил Моне:
— Перепутали город.
— Не понимаю, как можно перепутать Лох-Гласс и Лохри, — проворчала Мона.
— Ладно, ничего страшного, — промолвил Мартин.
Лена боялась дышать. Внезапно издалека до нее донесся голос дочери, спрашивавшей, кто звонит.
— Никто, Кит. Какой-то человек пытается дозвониться в Лохри.
Ответа Кит Лена не услышала, но Мартин засмеялся. Может быть, дочь сказала что-то вроде «левой рукой чешет правое ухо».
—
— Я передумала. Уже слишком поздно.
— Большое спасибо, — ядовито ответил молодой человек.
— Можете больше не перезванивать. — Она хотела убедиться, что может спокойно уйти.
— До свидания.
У Лены кружилась голова. Со дня похорон не прошло и месяца, а ее дочь уже может смеяться. Пришлось сделать несколько глубоких вдохов, чтобы прийти в себя и вернуться в столовую.
— Все в порядке? — спросил Джеймс Уильямс. — Вас долго не было.
— Да, в порядке. Я пропустила что-то интересное?
Глэдис Вуд, имя которой она так тщательно выписывала, залихватски нахлобучила на себя бумажный колпак и обнимала Льюиса за шею.
— Прочитайте мое предсказание еще раз! — весело воскликнула она.
— Вы встретите красивого смуглого мужчину, — послушно прочитал Льюис бумажку, которую Глэдис достала из своей рождественской хлопушки.
— Я его уже встретила! — завопила счастливая Глэдис.
— О боже, — прошептал Джеймс Уильямс.
Снисходительная улыбка, с которой он наблюдал за развеселившимися подчиненными, стала слегка напряженной.
— Немного перевозбудилась.
Лена изумилась собственному красноречию, так как была уверена, что после пережитого в телефонной будке вообще не сможет говорить.
— Триста шестьдесят четыре дня в году эта женщина работает в гладильной и ведет себя тихо как мышка. На Рождество регулярно напивается и все остальное время просит за это прощения.
— Как вы думаете, ее будет тошнить? — спросила Лена так деловито, словно речь шла о времени прибытия поезда.
— Очень возможно.
— Может, кто-нибудь проводит ее в туалет… просто на всякий случай?
Она подарила Льюису новый пиджак на Рождество, заплатив за него кучу денег, и не хотела, чтобы вещь оказалась безнадежно испорченной.
— Вряд ли я подхожу для этой роли… Учитывая, что она обнимает именно моего мужа. Могут подумать, что я нарочно увела ее из комнаты.
— Вы и в самом деле поразительная женщина, миссис Грей, — сказал управляющий и щелкнул пальцами, подзывая к себе старшего швейцара Эрика.
— Лена, — поправила она.
— Лена, — повторил мистер Уильямс. — Эрик, скажите кому-нибудь из женщин, чтобы проводили мисс Вуд в туалет. Немедленно.
Льюис поправил свой воротник и уныло улыбнулся им. «Он мог бы избавиться от нее раньше», — с внезапной досадой подумала Лена. Впрочем, женщины всегда бегали за Льюисом, он к этому привык. Но раз это вызывает у него улыбку, она тоже будет улыбаться.