Хрустальная бухта
Шрифт:
Из серии «Пятничная гавань»
Книга 4
Переводчик: Морозова Ольга
Редактор/корректор: Морозова Ольга
Перевод выполнен на сайте специально для группы «ВКонтакте»:
Уважаемые читатели, данный перевод выполнен с ознакомительными целями. Убедительная просьба не распространять его и после прочтения удалить с вашего устройства. А также, пожалуйста, без разрешения переводчика или администратора вышеупомянутой группы
Пролог
– С днем рождения! – сказала Мериголд Хоффман, положив на стол большой, обернутый в ткань предмет.
Ее шестнадцатилетняя дочь Джастина уставилась на подарок широко раскрытыми карими глазами.
– Это то, что я думаю?
Ее мама улыбнулась и жестом показала открыть подарок.
Когда Джастина развернула ткань, воздух наполнился ароматом сладкого меда, пряных трав, лаванды и восковой свечки. Ткань с протертыми краями и старыми отпечатками пальцев была отброшена в сторону – перед Джастиной открылась книга в кожаном переплете с рваными страницами и неровными краями. Кожа была цвета спелых вишен и слив. В обложку был вмонтирован циферблат, представлявший из себя медный замок.
Джастина задержала дыхание.
– Ты даришь мне книгу заклинаний?
Удивленная и ошарашенная, она провела подушечкой пальца по единственному слову, вытесненному на корешке книги: Триодекад. Это слово означало группу в тринадцать человек; число, которое объединяло разнообразие в единство. Джастина только несколько раз в жизни видела ее, потому что книги заклинаний могут быть опасны в руках детей. А эта древняя книга, которой было более двух веков, являлась самой опасной из всех.
Обычно книгу заклинаний сжигали со смертью ее владельца, но некоторые книги, такие как Триодекад, были слишком могущественные – их нельзя было уничтожить. Такие редкие и почитаемы тома передавались от поколения к поколению. Так как книга заклинаний сама предпочитала оставаться с ее владельцем, ее невозможно было украсть. Но даже если кто-то когда-нибудь совершил бы такой подвиг, он все равно не смог бы ее открыть без ключа.
Мериголд сняла цепочку с шеи. В свете лампы замерцал медный ключ.
– Вот. Тебя пора учиться магии. Почитай книгу и постарайся запомнить как можно больше.
Джастина взяла ключ. Она сомневалась в суждениях своей матери и даже в ее здравомыслии. Многие ведьмы позволяли читать своим дочерям книги заклинаний, но еще никто и никогда не дарил такую вещь шестнадцатилетнему подростку.
– Что ты будешь делать без нее? – спросила Джастина.
Мериголд выглядела абсолютно довольной собой.
– Я отсканировала книгу в компьютер.
– Электронная книга заклинаний? Уверена, что это безопасно?
– Файл зашифрован. И он самоуничтожится, если кто-то введет неправильно пароль три раза подряд. – Мериголд ласково погладила Джастину по голове. – Книга заклинаний теперь принадлежит тебе. Храни ее в ткани с листьями терескена шерстистого и натирай обложку время от времени специальным маслом.
– Этого будет достаточно, чтобы уберечь ее?
– Никто никогда не сможет украсть ее у тебя, пока ты сама не захочешь ее отдать.
Открыв книгу, Джастина повесила цепочку с ключом на шею.
–
– Спасибо, – печально ответила Джастина, – но такая одежда не смотрится на мне так красиво.
Гардероб Мериголд состоял из бархатных юбок и шляп с цветами и перьями; шелковых брюк и жилетов; облегающих джинсов, шифоновых или кружевных блузок и разнообразных сумок. И даже при том, что Джастина была ведьмой от рождения, никогда одежда в таком стиле не смотрелась на ней выгодно.
Определенно наследственные ведьмы обладали особенным шармом. Они отличались от остальных. Даже выглядели по-другому. Как Мериголд, как Розмари и Сейдж – пожилая пара, которых Джастина считала своими бабушками. Сама же Джастина выглядела и вела себя обычно, как и все остальные нормальные люди. У нее были прямые каштановые волосы, светлая кожа и карие глаза.
На протяжении всего периода взросления Джастина часто слышала, как другие дети в летнем Лагере Солнцестояния или на других традиционных для ведьм мероприятиях называют ее «подмастерье». Подмастерьями считались всех, кто не был связан с магией. Причем в мире волшебства и ведьм такое слово считалось оскорбительным.
Вскоре Джастина перестала на это обращать внимание: привыкла. Но каждый раз, когда об этом узнавала Мериголд, она приходила в ярость.
– Если еще раз так назовешь мою дочь, – шипела она, – я промою твой рот с мылом.
Ужасающая угроза, так как рот с мылом начали мыть еще в семнадцатом веке в качестве пытки над ведьмами.
– Не злись, мамочка, – говорила ей Джастина, – мне все равно, как меня называют.
– Мне не все равно! – сказала Мериголд, опустившись на колени и взяв Джастину за плечи. – В один прекрасный день ты станешь намного сильнее их всех. Однажды ты получишь книгу заклинаний – Триодекад.
И вот этот день настал.
Джастина пролистала страницы с различными символами, заклинаниями, рисунками. Их было так много, что потребуется целая жизнь, чтобы во всем разобраться. Блестящие чернила на старинной бумаге: ярко-желтый, глубокий синий, средневековый красный, иссиня-черный, изумрудный...
Джастина открыла книгу на странице тринадцать. В отличие от остальных, эта была пустая. Но под любопытным и внимательным взглядом Джастины на листе начали появляться буквы...
– Нет! – резко выкрикнула Мериголд и захлопнула книгу. – Ты должна обещать мне, что никогда больше не откроешь тринадцатую страницу. Триодекад будет пытаться тебе ее показывать время от времени, но ты не должна смотреть.
– Хорошо. А почему именно тринадцатая страница?
– Все и ничего, – зловеще прошептала Мериголд.
– Что?
– Тринадцатая страница для всех разная. Она показывает, как претворить твои самые сокровенные мечты в жизнь.
– Так это же отлично!
– Нет, всегда есть последствия. Твоя мечта может стать твоим кошмаром.
– Всегда? – спросила Джастина. – Без исключений?
– Без исключений.
– Нифига себе. – Джастина посмотрела на книгу заклинаний и положила руку на обложку. – Ты бы никогда не подвергла меня опасности, правда ведь?