Хрупкое сердце
Шрифт:
— Они еще бесятся? — спросил я, высунув голову из задней двери через несколько минут.
— Ты просто напугал меня до чертиков! — прошипела Морган, задыхаясь от смеха. — Боже мой, здесь, в глубинке, темно.
— У тебя есть свет на крыльце, — заметил я, немного поддразнив ее.
— Единственная лампочка — это не то же самое, что уличные фонари через каждые пятнадцать метров, — возразила она, выходя во двор. Она взяла Коди и схватила Этту за руку, помогая ей подняться по лестнице. — Здесь откровенно стремно.
— О, мы вернулись к ругательствам?
—
— Я поговорю со Стэном.
— Ой. — Она рассмеялась, заводя Этту в дом. — Пожалуйста, сделай это. И дай мне посмотреть.
Как только закрыл за ними дверь, я обернулся и увидел лицо Этты, сморщенное самым милым образом, которое я когда-либо видел в своей жизни.
— Я не устала, — сказала она упрямо.
Я прикусил щеку изнутри, чтобы не улыбнуться.
— Я проснулась, и я счастлива. — Она широко ухмыльнулась, демонстрируя полный рот молочных зубов.
— Это правильно? — спросила Морган, весело склонив голову набок.
— Верно, — ответила Этта, сморщив нос.
— Мама устала.
Этта пожала плечами и посмотрела на меня.
— Дядя Трев тоже устал, — сказал я ей, кивнув.
— Коди не устал.
Я кашлянул, чтобы скрыть смех, который не мог больше сдерживать. Щенок уже совсем обмяк и похрапывал у меня на руках.
— Кино? — спросил я у Морган краешком рта.
Она кивнула и последовала за мной в гостиную, где я был рад видеть, что Ани действительно прибралась. Если не ошибаюсь, она даже натерла кофейный столик.
— Тревор, — позвала Морган, остановившись перед диваном и уставившись на чемоданы прямо за дверью. — Тебе не нужно было их приносить.
— Это заняло две секунды, — ответил я, пожав плечами. Мне не хотелось придавать этому большого значения, но относился к словам Стэна как к Евангелию. Удивительно, но было очень приятно вмешаться и помочь, когда другой человек этого не ожидал. В какой-то момент Морган заметит, что я делаю, и был уверен, что ей будет что сказать по этому поводу. Пока не настало время, я просто собирался продолжать делать для нее что-то всякий раз, когда у меня будет возможность.
Я сел на диван с Коди, пока Морган переодевала Этту в свежий подгузник и пижаму. Несколько минут спустя мы все устроились, по телевизору шел фильм о принцессах, а Этта подползала ко мне все ближе и ближе. Я не был уверен, пыталась ли она приблизиться ко мне или к щенку у меня на коленях. Немного откинувшись назад, я поднял руку над ней и положил ее на спинку дивана, чтобы провести пальцами по затылку Морган.
По мере того как женщина, которую я любил, все больше и больше расслаблялась в моих объятиях, я усиливал давление на ее шею, массируя ее, пока практически не начал держать ее голову в своей ладони. Этта уснула менее чем через полчаса после начала фильма, но мы с Морган не двинулись со своих мест на диване. Мы просто сидели, тупо глядя в экран
— Не могу поверить, что ты уговорил меня приехать сюда, — сказала она через некоторое время тихим голосом. — У меня есть миллион вещей, которые я должна сделать в Сакраменто.
— Ты уже сожалеешь об этом? — спросил я, поворачивая голову в сторону, чтобы посмотреть на нее.
— Вообще-то нет, — ответила она, уголки ее губ приподнялись. — Я очень рада, что мы здесь.
— Я тоже, — признался я, нежно сжимая ее затылок. — Думаешь, останешься ненадолго?
— По крайней мере, достаточно долго, чтобы твоя мама навестила Этту, — полушутя сказала она.
Напоминание заставило меня сдержать гримасу. Моя мама до сих пор не вышла на связь, и Морган понятия не имела, насколько все на самом деле плохо. Я рассказал ей об этом споре, когда впервые появился у нее дома, но с тех пор мы его не обсуждали. Боялся реакции Морган, когда она узнает, что моя мама не разговаривает со мной из-за наших отношений. Ей не нужна была дополнительная причина, чтобы оттолкнуть меня; она прекрасно справлялась с этим сама.
— Если ты останешься дольше, я приготовлю тебе кофе утром, — пообещал я, запуская пальцы в ее волосы.
— Завтрак?
— И обед, — согласился я. — Даже ужин.
— Трудно от такого отказаться.
— И не надо. — Ее лицо было освещено синим и зеленым от света телевизора, и я не мог не провести большим пальцем по изгибу ее щеки. Она была так прекрасна, даже когда закатывала на меня глаза.
— Наверное, мне следует уложить ее в постель, — прошептала она, меняя тему, как всегда.
Меня это не беспокоило, как раньше. Я не был уверен, было ли это из-за обстановки или из-за того, как ее глаза задержались на моем лице, но узел в моем животе, который обычно появлялся, когда она шарахалась от меня, отсутствовал.
— Я ее отнесу, — ответил я, упуская момент.
В ту ночь я даже не возражал лечь спать один. Дом казался живым впервые с тех пор, как я въехал в него. Когда разделся и залез под простыни, я услышал, как Морган тихонько поет Этте через холл.
— Этта, малышка, ты заснула, пора отдохнуть. Завтра ты можешь играть весь день. Коди спит, и дядя Тревор спит, так что лучше всего поспать.
Я ухмыльнулся в темноте.
Глава 18
Морган
— Пришло время тебе позвонить мне, — сказал я в трубку, наблюдая, как Этта плещется в луже на заднем дворе Тревора. — После того, как ушла как овца.
— Прости, — ответила Миранда, раздраженно вздохнув. — Но я не хотела ввязываться в это с тобой.
— Ты могла бы хотя бы записку оставить.
— Ну да, — проворчала она. — Но я об этом не думала.
— Слишком занята сваливая тайком со всем своим земным имуществом? — спросила я.