«ХроноРоза»
Шрифт:
Но тот не смотрел на Быка.
Два корабля мчались бок о бок — один по волнам, другой по ветрам. Аладору изобразил церемонный поклон. Он улыбался. Край тучи сдвинулся. На «ХроноРозу» упал солнечный луч. Драгоценное шитьё на капитанском камзоле заблистало в этом свете, самоцветы в украшениях отбросили радужные блики. Аладору сверкнул, как звезда.
Это что-то значило, но Бык не уловил смысла. И когда Аладору заговорил, слова его тоже были темны:
— Снова? — спросил он. — Который?
— Постоянно, — сказал чёрно-красный. — Веретено косит.
— Зачем?
— С подложкой.
Аладору издал удивлённый возглас.
— Даже так? — пробормотал он.
— Если
— Ваш?
— Нет. Возьмёшься?
— Говори.
И чёрно-красный вдруг заговорил понятно. Это почему-то поразило Быка больше, чем предшествующая загадочная беседа.
— Следующий взвод несгибаемых коммандос, — сказал он, — который попытается влезть ко мне домой, я переведу на стейки и сожру непрожаренными. Я устал, Веньета. Мне проще будет убивать их, чем не убивать. Донеси информацию.
— Веретёнцу? — хладнокровно уточнил Аладору.
— Веретёнце не дурак, — сказал чёрно-красный. — Но каждый раз находятся дубоголовые, которые идут к нему в штурмовики после того, как он израсходует предыдущих. Донеси информацию острову. В кабаки, в галереи, на рынки. Тебя могут услышать.
— А-а-а… — протянул Веньета со смешком. — Сначала ты работаешь на репутацию, потом репутация подкидывает тебе вдвое больше работы.
Чёрно-красный расхохотался.
— Понял, — сказал он и сделал незнакомый Быку жест: правой рукой от груди вперёд, раскрывая пальцы и поворачивая кисть ладонью вверх.
Веньета кивнул.
Быку подумалось, что два капитана похожи, как братья. Пускай Аладору наряжался в золото и серебро, а капитан чёрно-красного носил доспех из воронёной стали и чёрный плащ, перехваченный алым кушаком. Оба были высокими и горделивыми, спокойными и властными, с ясными лицами и пронзительными глазами. Оба владели и правили ужасающей мощью. Оба знали цену себе и собрату…
Чёрно-красный корабль неожиданно взмыл вверх и целиком скрылся в туче. Туча продолжала подниматься. Она неуклонно ускоряла ход и быстро превратилась в тёмную точку среди сияющей голубизны. Потом исчезла и точка.
Бык ощутил, как рассеялось чужое присутствие. Если хакер Простынка ушёл очень быстро и с едва видимым следом, то страшный летучий корабль исчез вовсе без следа. Одно неуловимое мгновение от него оставалась смутная тень, потом пропала и она. Стало тепло. Только теперь Бык понял, что успел замёрзнуть. Озадаченный, он глядел на Аладору, а Аладору глядел куда-то себе под ноги. О чём бы ни думал сейчас капитан, мысли эти были тягостными.
Бык услышал лёгкие шаги Листьи.
— А я думала, это будет Иган, — сказала она.
Бык кашлянул.
— Если ты тоже начнёшь говорить непонятно, — пожаловался он, — мне придётся спасаться у Эфретани.
Листья хихикнула.
— Простынка сказал, что Веньету хочет видеть человек из Высокого Начальства, — объяснила она. — Это был человек из Высокого Начальства. Они все странные. А говорят они так, потому что большинство слов оставляют непроизнесёнными. Звука достойны только важные слова. Веньета хорошо говорит на их языке, но кроме него тут никто этого не умеет.
— А кто это — Иган?
— Один из самых главных начальников. Но он добрый и не страшный. Он зовёт Веньету к себе, в Начальство, а Веньета не идёт.
— Почему? — сказал Бык и тут же понял, что знает ответ. Листья прочла его мысли и кивнула:
— Поэтому.
Аладору медленно шёл к ним навстречу. Он снова выглядел печальным и отстранённым. «О чём они говорили? — Бык попытался вспомнить, но вспомнил только последние
Листья шагнула к Аладору и взяла его за руки.
— Вьета.
В голосе её звучала такая нежность, что сердце Быка дрогнуло. Он не ревновал Листью, нет, об этом смешно было и подумать; он только хотел когда-нибудь услышать такую же нежность в голосе женщины… Веньета мягко улыбнулся Листье.
— Ну, что же, — негромко сказал он, — пора! — выпрямился и скомандовал:
— Поднять «Весёлый Роджер»!
Над «ХроноРозой» взлетел чёрный флаг.
Спустя несколько минут Бык разглядел на горизонте Тортугу.
Глава 2
Белое облако запнулось о пологую вершину Рокадеро, да так и уселось там.
Причалы порта заканчивались многочисленными пастями. Пасти распахивались и выстреливали длиннейшие языки-траволаторы, которые легко катились над барашками волн и подходили к кораблям вплотную. Стоя на таком языке, Бык приметил в волнах две шлюпки. Кто-то от души доигрывал в морское путешествие.
Очертаниями Тортуга напоминала вулканический остров, но Рокадеро, конечно, никогда не извергалась. В незапамятной древности здесь встретились несколько могучих скитальцев, и заключили союз, и в честь союза воздвигли эти земли и воды. Говорили, что одним из них был Ллеулис, тот, что позже оставил пиратскую вольницу и ушёл работать с Высоким Начальством. Ещё говорили, что другим был весельчак Эрмундо, который и сейчас порой бродит по набережной в часы, когда спускается ночь. А имена остальных забылись; но это вовсе не значило, что остальные мертвы. Возможно, они покинули остров и море, когда союз исчерпал себя. Возможно, им наскучили игры в пиратов и они придумали и устроили новые игры. Возможно, они просто сменили имена и образы и по-прежнему развлекаются здесь. Как бы то ни было, Веретено и прочие пришли много позже, на всё готовое.
Сейчас Тортуга принадлежала нескольким пиратским союзам и служила портом для множества символкораблей. Охотники и менялы, торговцы и путешественники, картографы и программисты, странствующие бойцы и все породы бездельников встречались здесь, чтобы покутить, завести интрижку, обменяться слухами и чечасами. Веретено был главой одного из союзов. Он не претендовал на верховную власть и именно поэтому много столетий оставался первым авторитетом Тортуги. Иногда его призывали судить споры и улаживать конфликты. Но главной его заслугой было введение стандартного часа. Стандартный час признавали все, даже те, кто на дух не переносил Веретено и его порядки.