Шрифт:
Хроники Валькирий. С именем ночи
Не знаю точно, кто из нас более мстительный и кто на ком в итоге отыгрывался.
Но последнее слово всё равно будет за мной... если вы еще чего-то не выкинете.
(Арлану и Нюкте)
Говорят, у валькирий нет сердца. Говорят - они не умеют чувствовать. Говорят - они такая же нечисть, такая же мразь и пакость. Говорят... но все равно зовут когда становится тяжело.
Сами же сестры смерти не стремятся развенчивать мифы о себе. И живут так, словно их не интересует ничего вокруг. Ведь они знают, сколько правды в людской молве и когда рушится вера. Они знают...
Ворон недовольно всхрапнул, и ей пришлось ослаблять поводья - нетерпенье никогда не приносило ничего хорошего. Валькирия это знала, но по позвоночнику проходила колючая волна, от которой волосы на голове вставали дыбом. Слишком знакомый признак, чтобы подавить инстинкт.
Пыль на ссохшейся земле поднималась высоко и еще долго стояла над дорогой. Хотя сейчас здесь везде дорога - выжженная солнцем земля напоминала кожу старухи - песчано-серая плоть, испещренная каналами-морщинами. Значит, информация оказалась верной, и барону перекрыли оросительные каналы, прежде питавшие эти земли, обрекая население города и нескольких деревушек в округе на медленную мучительную смерть если не от когтей и клыков схаалов, то от голода и жажды. Правителю стоило раньше послать за помощью, а не тешить свою гордыню.
Впрочем, валькирия вообще была низкого мнения о людях, тем более имеющих хоть какую-то власть. Не раз и не два она видела, как аристократия уничтожала безвинных, доверивших им свои жизни.
Но это все ненужная сейчас лирика. Валькирий никогда не спрашивали, как править народом, а они же не лезли в это дело, даже несмотря на свой вес в обществе и долголетие. Их дело - монстры, а политика всего лишь инструмент.
Гораздо больше данную сестру смерти интересовало облако пыли, показавшееся на горизонте. Если учитывать, что из этих земель каравана не видели больше ценсы, то это не могло остаться без внимания. Так что Ворону пришлось потерпеть вольное с собой обращение, и пропустить удар шпорами без обычного сверкания глазами и вставания на дыбы.
Схаалы развлекались. Их добычей стала легкая коляска, в которой без чувств лежала девица, ее охрана, состоящая из пяти рыцарей и десятка лотов, а также несколько повозок с обычными сельчанами. Ну что ж - картина понятная - благородную дамочку решили вывезти из опасного города, по дороге к ним прибилось несколько рисковых семей, и они все вместе попались молодняку... судя по всему со взрослой сукой. Хотя охраны маловато, что в схему не вписывается.
Оставив решение до лучших времен, валькирия обнажила клинок и направила Ворона в гущу чужой игры. Сука, разум которой не помутила кровавая пелена развлечения, первой почувствовала приближение нового противника, и, тявкнув что-то своим недорослям, бросилась на наездницу. Вот только это не входило в планы валькирии, съехав на бок коня, она уклонилась от тяжелой туши оборотня и уже через пару мгновений стояла на земле.
Заметив подкрепление, рыцари воодушевились и принялись махать мечами куда активней, хотя уже заметно устали.
Первый удар длинного меча вонзился еще не сориентировавшемуся схаалу под челюсть и вышел из затылка. Пнув ногой уже мертвое тело, валькирия опрокинула молодого оборотня на спину и, чуть вынув клинок, разрезала плоть до самой промежности. Запахло внутренностями и желчью. Вот только схаалы, да и просто чуткие носом люди могли отличить этот запах от того, что шел от лежавшей под телегой женщины, с разорванным животом. Из глаз оборотней пропал охотничий азарт, зато разлилось безумие... и страх. Не щенки, подростки, которых
Женщина же холодно улыбнулась и с силой оттолкнувшись от земли, в два невозможных прыжка, оказалась рядом со вторым схаалом, еще в движении отсекая ему голову. Молодых и растерянных тварей легко и необходимо убивать - возможно больше шанса у тебя не будет. Взрослый самец - в одиночку мог бы разметать здесь все за несколько минут. Матерая сука - убить молодую валькирию.
Их надо уничтожать, пока есть возможность дотянуться клинком. Пока есть возможность - любая.
Но не сейчас. Это не та игра.
– Ещё?
– обернулась валькирия к их "няньке".
Готовящаяся к прыжку сука вздрогнула, но позы не сменила.
– Валькирия, - наморщила она нос в оскале.
– Убирайтесь. И передайте стае - теперь я здесь.
Люди не верили счастью, когда схаалы растворились за ближайшими высохшими кустарниками. Они отделались очень легко. И люди и твари.
Но это только начало.
Оживившийся пейзаж сказал о близости людей куда раньше громкой и возбужденной девицы, из-за которой сегодня погибло трое. Оклемавшись от обморока, она для начала вдоволь наревелась, а потом принялась восхвалять рыцарей своей охраны, полностью игнорируя всех остальных, и превознося одного из сопровождавших ее мужчин, судя по латам - богатого аристократа.
У валькирии же не было желания выслушивать этот бред избалованной женщины, и она спокойно выяснила обстоятельства у простых охранников. Как и предполагалось ранее, дочь местного барона решила уехать из опасного города. Судя по намекам, без разрешения своего отца. Уже в пути к ним присоединились крестьяне, которых никто не стал гнать, даже несмотря на недовольство благородной дамы - настоящие воины понимали - простые люди, которых никто не будет считать, являются тем самым балластом, который можно сбросить, выгадав несколько минут. Правда этого сделать так и не успели - схаалы незаметно для охраны окружили караван и напали скопом со всех сторон. Что подтверждает версию о натаскивании молодняка, но добавляет... дурной привкус всей истории.
Было здесь что-то неправильное, не укладывающееся в схему привычного поведения оборотней. Одинокая сука с группой подростков, напавшая на хорошо вооруженных людей. Определенно, что-то здесь нечисто. Обычно на такой риск не идут без поддержки старших. Так или иначе, но сейчас слишком мало фактов, а делать выводы и хоть какое-то подобие раскладки ситуации на основе столь малых наблюдений и слухов - поспешно и нерационально.
Валькирия вздохнула. Эта земля пропиталась кровью.
Приближение конников Ворон почуял первым, тем самым дав возможность своей хозяйке спрятаться за чужими спинами и спокойно понаблюдать.
И ведь было за чем! Группа из больше чем ценсы хорошо вооруженных воинов окружила обоз и без лишних слов взяла его под свой полный контроль. Никто из них и слова не сказал, в то время как молодая женщина начала кричать на главнокомандующего этого отряда, обвиняя... впрочем, это было не интересно. Что еще остается избалованной девице, чей рисковый план столь ожидаемо для остальных, и сокрушительно для нее, провалился? Только закатить истерику, выставляя себя жертвой произвола.
Больший интерес вызывало поведение проштрафившихся рыцарей и того, кому собственно хуже всех пришлось от криков женщины. Даже не так, он-то и вызывал внимание, а все остальное - лишь его окружение.