Хроники Мианора
Шрифт:
Я делаю шаг, но, увы, натыкаюсь на невидимую стену, и жуткое разочарование снедает меня. Плечи опускаются. Но… я же придумаю, как выбраться? Да? Я не могу иначе! Не могу. И я вернусь. А для начала подождем, пока мертвые рассосутся. Как-никак упрощенный вариант, класс второй, среднеактивный, вот будь это первый, вряд ли бы я убежал. Тьфу! Набрался всяких знаний, как мне с ними теперь? Хорошо хоть, учить перестали, а то эти уроки фехтования мне уже вот где стоят. Я окинул взглядом Степь, зевнул. Нельзя спать. Нельзя.
Я все-таки задремал. Задремал и рухнул вниз, прямо в объятия страшной смерти…
— А-а-а-а! —
Вопль оборвался, и я тяжело вздохнул. Приснится же такое! Хорошо хоть тогдая все-таки неуснул.
— Что случилось? — напряженно всматриваясь в глаза вора, поинтересовался Лед.
— Сон плохой видел, — раздраженно сверкнув взглядом, резко ответил тот и поспешил отвернуться, но пятеро спутников успели разглядеть в его глазах тревогу и страх. — Ничего необычного.
— Да? И часто ты вот так… просыпаешься? — ехидно вопросила Мэй.
Вор резко повернулся, усмехнулся зло.
— Какое тебе дело? — Черный хвост взметнулся в воздухе, а его обладатель спешно вскарабкался по стене. — Идите, я догоню, — донесся сверху недовольный голос, и все стихло.
Я зло ударил кулаком по стене. Вот уж чего я бы не хотел, так это рассказывать о своих проблемах посторонним. А еще меня терзала совесть — редкая гостья в моей душе. Но я уверен,что этой войны бы не было, если бы я не нашел лазейку в барьере, а некромант не прошел бы следом. Но в то же время я чувствовал, что оставаться там было нельзя. Небо, как же мне плохо… А еще эта история с картой. Ладно, поспешим за моими спутниками.
Я торопливо вылез из своего убежища и потопал по дороге, которой мы шли уже целый день. Иногда у меня даже рождались подозрения, что мы, так же как и те, кто не вернулся отсюда, теперь обречены на вечный путь в никуда, но очередной забавный рисунок на стене развеял мои сомнения. Вот так я и брел, не медленно, но и не быстро, не спеша нагонять опостылевших всего за один день знакомых. Всю дорогу они, как весьма активные и веселые личности, считали, что окружающие невыразимо скучают, и развлекали друг друга, как могли. В итоге скучал только я, вынужденный, в наказание за карту, идти впереди всех и уже начинающий сходить с ума от подозрений…
Кабы вы знали, сколькоздесь народу пропало, именно пропало, а не погибло, в то время как эту дорогу только-только обнаружили! Тысячи! Так что название этого ущелья действительно говорит само за себя. Никто не вернулся, как ни надеялись, как ни ждали.
Я споткнулся на ровном месте и уставился на дорогу. Святые небеса! Только этого не хватало! И куда мне теперь идти?
Дорога, словно издеваясь надо мной, расходилась тремя совершено одинаковыми тропами…
Жизнь — прескверная штука. Именно так я решил, когда понял, что свернул не туда. Вы спросите: куда же? Влево, конечно! Но еще больше я расстроился, когда тропа привела в огромную пещеру, чем-то напоминавшую мне тронный зал. Может, тем, что прямо посередине нее возвышался высокий резной трон из чистого алмаза? Но все началось, когда я увидел ее.Видимо, онаменя заметила в сто раз раньше, поскольку ничуть не удивилась моему появлению. Но все это прелюдия, а мне стоит приступить к дальнейшему
— Что же ты застрял? Подойди поближе, — разнесся спокойный голос под сводами зала.
— Кто ты? — только и смог выдавить я, послушавшись и наконец разглядев ееполностью.
Тихий снисходительный смешок:
— Богиня.
— Да уж, скорее демонесса. Притом низшая.
— Дерзок. И слишком много знаешь. Но я — не просто богиня.
— Ты — галлюцинация, — понимающе кивнул я.
Сидящую на троне женщину действительно можно было принять за галлюцинацию, так как ни одно существо не может быть одновременно настолько красивым и… страшным. Но я-то видел, за счет чего она предстала именно так, а не иначе.
Тело богини состояло из энергетических линий, плотно между собой переплетенных. Все это должно было рождать иллюзию, но я, увы, не мог этого видеть. Действительно увы, ибо это наверняка было прекрасно. А еще знайте: когда я нервничаю, я начинаю шутить.
— Шутник! Но я объясню все. Я богиня, нашедшая дорогу. Дорогу к судьбе. Но остальные боги не пожелали, чтобы кто-либо из нас стал выше других, и в незапамятные времена заперли меня в этой проклятой временем горе! — Богиня замолчала, успокаиваясь. — Но я смирилась. Я поняла, что еще не пришло время, и тот, кто сможет пройти по дороге к судьбе и дать в нос этой нахалке… Ха! Все было бы нормально, если бы не скука. Она снедала меня изнутри, породив то, что вы назвали землетрясением, и открыв путь через горы. Ох и повеселилась я тогда! Но те времена прошли. И ты должен сделать так, чтобы люди вновь пошли по этой дороге.
Упс!.. Я попал.
— А что мне за это будет? — полюбопытствовал Ил.
Наемница, вместе с остальными подслушивающая за поворотом на тропе, дернулась, чтобы вбежать в зал и надавать наглому вору по ушам, но тут же была перехвачена твердой рукой Шэма. Воин приложил палец к губам и покачал головой.
— Только не смотрите на нее, — предупредил всех Лед, глядя на богиню. В глазах его застыла тревога. — Даже не знаю, как Ил держится, на ней такиеприворотные заклятия…
— Жизнь, —прозвучал ответ богини. — За это тебе будет дана жизнь.
— Э нет, так не пойдет! Этого мало! — возразил вор, а Мэй буквально задохнулась от возмущения.
— Чего же ты хочешь?
— Во-первых, жизнь мою и моих спутников — тех, с кем я разделился.
— А во-вторых?
Парень явно смутился.
— Я бы… я бы хотел, чтобы война Степи и Мианора прекратилась. В пользу империи, конечно, — тут же добавил он.
Тишина.
— Ты сслишшком нагл, смертный! Так ужж и быть, я отпущу тебя, но остальные осстанутсся здесь! А нассчет войны я на твоем бы месте и не заикалась! Твои спутники умрут в сстрашшных мучченияхх, но, так и быть, ты уйдешшь… — впала в ярость богиня.
Тишина. И холодный, необычайно серьезный голос:
— Тогда я тебя убью.
Пятерка за углом потрясенно переглянулась.
— Ты-ы-ы? Меня? Ни один смертный и ни одно оружие не сможет меня уби-ить! А вот я-а-а…
Нет, такя еще никогда не попадал. Плохо, очень плохо. А эта фурия, видимо, разочаровалась во мне и собралась меня убить. Ну нет, сначала я!