Хроники Мерчедайзинга
Шрифт:
– Вот тут отдыхайте, сучата! Говорят перед смертью это полезно!- и зло захохотав, повернулся к Арбудраху и быстро, очень быстро, даже ля звериной реакции вампира, взмахнул ногой и нанёс ему сильнейший удар в пах, взвалив, таки, того с ног, захохотав ещё злее, издевательски произнёс:- Веди себя хорошо, кровосос!- и, продолжая смеяться, нанёс тому второй удар, но уже коленом в подбородок.
Потом он вышел, захлопнув за собой массивную дверь, оставив Арбудраха и Катрину одних в кромешной темноте. На несколько минут воцарилась мёртвая тишина, нарушаемая лишь покряхтиванием леди Катрины, что пыталась давним
– Арбудрах,- прошептала девушка, справившись со своей задачей и подвигаясь к нему.
– Не разговаривай со мной!- зло рявкнул тот, чуть отодвигаясь.
– Арбудрах,- Катрина приблизилась ещё ближе, и протянула к нему руки, вампир поднял на неё нехорошо заблестевшие во тьме, кроваво красные глаза.
– Я сказал не говори со мной! Тебе мало, того, что я натворил из-за тебя! Какого ты чёрта припёрлась? Героиней себя возомнила что ли, или смерти быстрой ищешь?!- он с негодованием хмыкнул и отодвинулся ещё дальше.- Что же ты творишь де Мордевиль? Почему ты меня постоянно подставляешь, почему вместо того чтобы мешать нашим врагам, ты всё время помогаешь им?- Катрина, лишь опустила ресницы, словно, ей неожиданно стало очень больно.
– Я знаю, что очень сильно виновата пред тобой...,- еле слышно произнесла она, и обращая свой пристальный взгляд на него.- Но ели бы мне было бы всё ровно, если бы я не хотела б к тебе - меня бы здесь не было!- Арбудрах, тоже внимательно посмотрел на неё, а она также тихо продолжила.- Арбудрах, я тебя люблю...,- её голос задрожал.
– Докажи,- вдруг сорвалось с его губ, он придвинулся к ней поближе, а потом лег на спину и тоже, так, как и Катрина, перетянул руки наперёд, теперь он чувствовал себя немного удобнее, хоть и серебро продолжало сечь в руки, не давая возможности их освободить.- Чем ты докажешь свою любовь?- вновь спросил мужчина.
– Тебе нужны доказательства,- проговорила она, превозднемагая тяжёлый ком в горле.- Тебе мало, что я сейчас здесь с тобой?- вампир, встал на колени.
– Конечно, мало,- несмотря на темноту, девушка, заметила ироническую ухмылку на его губах.- Я сколько раз доказывал свою любовь тебе... теперь тоя очередь!
Она, опустила голову ещё ниже, неожиданно ей стало на самом деле больно. Подумав ещё минуту, она дрожащими руками она разорвала на себе остатки рубахи, что ещё не дорвал Клоденс.
– Возьми меня,- прошептала Катрина, полностью обнажая перед ним грудь.
– Издеваешься?- печально улыбнулся Арбудрах. И почувствовал себя так, вроде его с головой окунули в освящённую воду - он весь задрожал.
– Нет, не издеваюсь,- ласково проговорила она, и прикоснулась своими пальцами рук к его рукам.
– Я действительно этого хочу...,- она тоже издала невесёлую улыбку.- Всё ровно последнюю ночь живём!
– А если не последнюю?- спросил Арбудрах, приблизившись к ней.- Если всё же произойдёт чудо, и мы останемся в живых?- Катрина, содрогнулась всем телом, и судорожно втянула в грудь воздух, чувствуя, как он осторожно ощупывает её соски и пробует их губами.
– Тогда,- она запрокинула голову назад, и сделала глубокий вздох, наслаждаясь его ласками.- Тогда я буду знать, что всё сделала правильно!
– А я ещё дольше!- хрипло прошептал он, укрывая поцелуями её тело, и токая её. Мисс Мордевиль, послушно легла на спину, он в миг оказался на ней.- Любимая...,- выдохнул он.
Арбудраху не стояло большого труда снять с неё остатки одежды, но вот для него самого это стало небольшой проблемой, но Катрина пришла ему на помощь. Она быстро помогла его телу вырваться из этого тряпчанного плена, и не смотря на царящий вокруг мрак, затрепетала при виде его обнажённого тела. Его тело словно светилось для неё в полной темноте, словно озаренное ореолом, девушка отчётливо видела каждый изгиб, каждую точечку не нём, укрывая их поцелуями.
Их руки были по-прежнему несвободны, но разве руки могут помешать двум совершенно разным мирам, слиться воедино, в один общий мир, где не существовало "ты", "я", не было "твоё",- "моё", а лишь было только "Мы!", и ничего больше!
Катрина сильно застонала, сначала от боли, а потом от наслаждения, блаженная улыбка заиграла на её губах, слёзы счастья застыли в её полузакрытых глазах....
– Арбудрах, - выдыхала она вновь и вновь. А он не останавливался ни на минуту, продолжая при этом, осыпать всё её тело поцелуями....
Закрыв глаза, Арбудрах уткнулся лицом в её плечё и слегка перевёл дух, а потом резко свалился с её тела, и, сделав несколько глубоких вздохов, прикрыл глаза. Ему стыдно было самому признаться, но последние события отняли все его силы, и сейчас всё это было совсем некстати, слишком тяжело! Катрина тоже пыталась перевести дыхание, девушка слегка застонала и подтянула колени к самому животу, между ног у неё жутко болело, и казалось, что по бёдрам до сих пор текла кровь.
– Что болит?- спросил Арбудрах, немного передохнув.
– Да,- призналась она, вампир слегка улыбнулся.
– В первый раз всегда так,- девушка, лишь вздохнула и обречённо кивнув, отвернула голову в сторону.
– Хочешь, чтобы боль прекратилась?- неожиданно спросил Арбудрах, слегка привстав.
– Да,- ответила она, вампир, в одно мгновенье оказался возле её ног, и слегка раздвинув их, наклонился к самому её животу, Катрина вздрогнула всем телом и замерла.
– Не бойся,- нежно произнёс он, наклоняясь ещё ниже....
Когда он закончил она, только всхлипывала, моргая распухшими от слёз глазами.
– Ты чего?
– испугался он, снова ложась на неё.
– Это я от счастья,- тяжёлым голосом объяснила она,- мне ещё никогда не было так хорошо...
– Вот как?- улыбнулся он, впиваясь в её губы страстным поцелуем,- хочешь теперь сама попробовать?- тихо спросил он, отрываясь от её губ.
– Хочу,- также тихо ответила она, снова целуя его. Прошло ещё несколько минут и вампир, резко перевернувшись, лёг на спину, а Катрина оказалась на нём....
Лёжа на холодном, как лёд полу, девушка прижималась к вампиру всем телом, тяжело дышала и почему-то дрожала, как осиновый лист, но вовсе не от холода. А Арбудрах несмигивающе смотрел в потолок, за последние полчаса он не вымолвил ни одного слова, ни разу не поцеловал её, не попытался обнять, словно близость с любимой никак не впечатлила его, а превратила, в такой же холодный камень, на которых они лежал.