Хроника

Саксон Анналист

Император, направившись к Одеру, отправил лучших из своего войска к месту под названием Кроссен, где засел со своим войском Мешко, чтобы напомнить ему об обещанной им верности и убедить не допустить разорения провинции, а лучше - заранее ее сдать. Тот дал им такой ответ: «Я признаю, что милостью цезаря был вырван [из вражеской власти] и обещал верность; и охотно соблюдал бы ее, если бы был свободен. Нынче же я подчиняюсь власти отца; а так как он запрещает мне это делать, да и воины его, здесь присутствующие, не допустят подобного, я против воли отказываюсь от этого. Мое отечество, на которое вы напали, я, если смогу, буду защищать вплоть до прихода моего отца и только тогда постараюсь склонить его к милости императора». Те вернулись назад и сообщили об этом императору. Между тем герцог Бернгард со своими союзниками - епископами и графами -а также ордой безбожных лютичей, с севера напал на Болеслава, хоть того со всех сторон защищал Одер.

Император же, перейдя в день обретения первомученика Христова¹⁶

Одер, разбил полчища оказавших сопротивление поляков; из его же войска погиб славный юноша Ходо вместе с Эккерихом и еще одним вассалом графа Гунцелина. Он вместе с Зигфридом, сыном маркграфа Ходо, был обвинен императором в связях с Болеславом, однако в тот же день сумел мужественно оправдаться; преследуя бегущих врагов, Ходо далеко оторвался от своих и, пораженный стрелой в голову, лишился сначала глаза, а затем и жизни. Мешко, опознав, оплакал его тело, ибо, когда [Мешко] находился в плену, тот был его защитником и утешителем; позаботившись [о теле], он отправил его к [немцам]. Врагов же погибло не менее 600 человек; огромной была также оставленная ими добыча.

Болеслав, узнав об этом, хоть и хотел отбыть туда, но не рискнул открыть проход стоящим перед ним врагам. Куда бы ни бросались враги на лодках, он всюду следовал за ними со своими людьми крылоногим конем. Наконец, подняв паруса, наши плыли целый день и, когда враги уже не могли следовать за ними, высадились на берег и сожгли ближайшие [селения]. Болеслав же бежал. Когда герцог Бернгард со своими людьми не смог прийти на помощь императору, то отправил тайно пеших гонцов и сообщил ему о своем вынужденном непослушании, а затем, разорив окрестности, вернулся домой. Ульрих, князь Чехии, который должен был прийти вместе с баварцами, также не исполнил это по многим причинам; все же своей близостью они оказали ему верную службу. Ибо Ульрих сжег крупный город Бизнитц¹⁷, взяв в плен не менее тысячи мужчин, не считая женщин и детей, и так вернулся домой. А маркграф Генрих¹⁸ с баварцами, узнав, что воины Болеслава творят разбой неподалеку от него, напал на них и, убив 800 сопротивляющихся [врагов], отобрал всю добычу.

Император, вернувшись из Польши, пришел в округ под названием Диадези и стал лагерем в узком месте; там никто не жил, кроме одного пчеловода, который тогда был убит. Болеслав, услышав, что император собирается уходить другим путем, чем тот, которым пришел, всеми силами укрепился на Одере. Однако, узнав, что тот ушел, он отправил к месту, где расположилось войско, большое количество пехоты, приказав им, если представится случай, нанести вред хоть какой-то части [вражеского войска]. Кроме того, он отправил к императору своего аббата по имени Туни¹⁹, якобы для заключения мира; однако тот, сразу признав в нем шпиона, до тех пор удерживал его у себя, пока почти все войско с помощью сделанных предыдущей ночью мостов не переправилось через лежащее впереди болото.

Только тогда он, одеянием - монах, делами - хитрый лис - за что и был любим своим господином - вернулся к своим; а император, поручив оставшихся архиепископу Геро, маркграфу Геро и пфальцграфу Бурхарду, отправился вперед, призвав тех быть осторожнее, чем обычно. Вслед за тем враги, скрывавшиеся поблизости в лесу, трижды издали клич и, подняв страшный шум, напали на отряд императора; среди них бежали также стрелки. Те, оказав им храброе сопротивление и в первой, и во второй схватке, убили многих из них, потерявших строй. Но, когда некоторые из наших бежали, враги сомкнули строй, атаковали и рассеяли их, а затем, пустив стрелы, перебили оставшихся. Архиепископ Геро и граф Бурхард были ранены и, едва уцелев, сообщили об этом императору. Юный Лиудольф вместе с немногими был взят в плен, а маркграфы Геро и Фолькмар с 200 рыцарями были убиты и ограблены.

Император, выслушав эту печальную весть, хотел вернуться, чтобы убрать тела убитых, но был удержан советом многих людей; тогда он отправил епископа Эйда, чтобы он похоронил [трупы] и добился выдачи тела маркграфа Геро. Тот, послушный его воле, тут же вернулся и, увидев последствия резни, со слезами помолился за [убитых]. Победители, занятые добычей, увидев его, поначалу в страхе бежали, но затем, когда он подошел ближе, приветствовали и разрешили идти дальше. Добившись от Болеслава всего, что он просил, [Эйд] немедля вернулся и с большим трудом, при помощи врагов, похоронил тела товарищей. Тело же маркграфа он велел доставить в Мейсен. Маркграф Герман, с плачем приняв его, сопроводил вместе со своими братьями до города Ниенбурга, где отец и дядя [убитого маркграфа] основали аббатство. Архиепископ Геро, предав его земле, утешил госпожу Адельгейду, сына его Титмара²⁰ и скорбящих друзей и вассалов.

Между тем император пришел к городу Стреле; зная, что Мешко с войском следует за ним, он отправил маркграфа Германа защищать Мейсен, а сам направился в Мерзебург. Мешко, наученный отцом, узнав, что враги ушли и не оставили за собой никакой охраны, 13 сентября на рассвете перешел Эльбу возле Мейсена,

приказав своим людям: одним - разорять окрестности, другим - осаждать город. Витхазены, видя это и отчаявшись защитить себя, бросили почти все свое добро и поднялись в укрепление верхнего города. Враги, весьма этим довольные, вошли в оставленный нижний город и, унеся оттуда все вещи, подожгли его; огню в двух местах был предан также верхний замок. Герман, видя, что его люди - весьма немногочисленные - совершенно выбились из сил, пав ниц, просил о милости Христовой и о заступничестве св. мученика Доната, а затем призвал на помощь женщин; те, взойдя на укрепления, помогали мужчинам камнями и, ввиду отсутствия воды, тушили огонь медом. Мешко, видя все это с расположенной поблизости горы, ожидал прибытия союзников. Те, предав огню все вплоть до реки Яны²¹, вернулись поздно [вечером] на усталых лошадях, чтобы переночевать там, а назавтра штурмовать город, но заметили, что вода в Эльбе высоко поднялась. А потому уставшие воины благополучно - вопреки ожиданиям - вернулись домой, успокоив этой удачей тревожное сердце своего князя. Император же, услышав об этом, отправил в помощь Герману всех, кого только смог собрать, и велел восстановить нижний город. Архиепископ Геро, а также епископы Арнульф и Титмар с графами, собравшись 8 октября, за 14 дней выполнили задание и ушли, поручив город на 4 недели графу Фридриху²².

Между тем Ардуин, только по имени король, потеряв город Верчелли, которым незаконно, изгнав епископа Льва, долго владел, заболел; сбрив бороду и став монахом, он 30 октября умер и был погребен в монастыре.

Епископ Эйд, вернувшись из Польши с подарками, заболел и 20 декабря в городе Лейпциге отдал Христу свою верную душу. Тогда был вызван Хильдевард, епископ Цейца, который, войдя в дом, где умер [Эйд], обнаружил, что тот наполнен дивным ароматом. Он сопроводил тело до Мейсена и с помощью графа Вильгельма, который согласно своему рангу сторожил город, похоронил перед алтарем. Воздерживаясь от тех вещей, которыми он должен был жить, он приобрел для своей церкви 200 мансов. Глаза его потускнели от постоянных рыданий. Его современникам был не по нраву его образ жизни, а ему - их. Прожив 23 года в тяжком труде, он заранее предсказал свой конец и из страха быть покинутым в будущем просил не хоронить его в Мейсене; он хотел, чтобы его похоронили в местечке

Кольдитце²³, где покоится Христов мученик Магнус. Но граф Герман, надеясь, что его молитвы будут полезны Мейсену, велел похоронить его именно там.

Император, посетив западные земли, исправил то, что нуждалось в исправлении.

В канун Рождества Господня в своем городе Кобленце умер Мейнгауд, епископ города Трира. Тело его с честью было доставлено к его престолу и погребено рядом с его предшественниками. Император, услышав об этом, был огорчен смертью столь великих отцов и обсуждал со своими друзьями, как лучше всего заполнить опустевшие кафедры.

Эйла, ^c дочь Лотаря фон Вальбека, мать маркграфа Генриха, ^c умерла 19 августа и была погребена в монастыре, который сама построила ^c в Швейнфурте.

A.1016

1016 г. ^a Рождество Господне император отпраздновал в Падерборне и поставил во главе Трирской церкви Поппо ¹ , сына маркграфа Леопольда, приора Бамберга. Когда Эркенбальд, архиепископ Майнцский, должен был рукоположить его по приказу императора и с разрешения Верденского епископа, который был первым в ряду подчиненных епископов, Дитрих, епископ Меца, постоянными восклицаниями и смиренными просьбами пытался этому помешать, [говоря], что было бы более справедливо, если бы именно он рукоположил его, но тщетно. Ибо император не стал слушать его, указывающего на грамоты и грозящего отлучением, а велел осуществить помазание. Епископом Мейсена вместо Эйда император назначил Эйльварда ² ; в воскресенье, предшествующее Вербному воскресенью, он был посвящен в Мерзебурге архиепископом Геро, при содействии епископа Титмара.

1016 г.
– ----

1016 г.

^a-a Титмар, VII, 26-32.

^b-b Титмар, VII, 36-49.

^c-c Эккехард, 1013.

^d-d Титмар, VII, 55.

^e-e Титмар, VIII, 8.

– ---