Хромая судьба
Шрифт:
Проволочная ограда в один ряд тянулась в обе стороны от бетонки и пропадала за дождем. Дорогу перегораживали высокие ворота с караульной будкой, дверь будки была распахнута, и на пороге уже стоял солдат в каске, в сапогах и в плащ-накидке, из-под которой высовывался ствол автомата. Еще один солдат, без каски, глядел в окошечко. «Никогда я не был в лагерях, – пропел Виктор, – но не говорите: слава богу…» Он сбросил газ и затормозил перед самыми воротами. Солдат вышел из будки и подошел к нему – молоденький такой, веснушчатый солдатик, всего лет восемнадцати.
– Здравствуйте, –
– Да вот, обстоятельства, – сказал Виктор, дивясь такому либерализму.
Солдатик оглядел его и вдруг подобрался.
– Ваши документы, – сказал он сухо.
– Какие там документы, – сказал Виктор весело. – Я же говорю – обстоятельства.
Солдат поджал губы.
– Вы что привезли? – спросил он.
– Книги, – сказал Виктор.
– А пропуск есть?
– Конечно, нет.
– Ага, – сказал солдат, и его лицо прояснилось. – То-то я гляжу… Тогда подождите. Тогда подождать вам придется.
– Имейте в виду, – сказал Виктор, подняв указательный палец. – За мною может быть погоня.
– Ничего, я быстро, – сказал солдат и, придерживая на груди автомат, забухал сапогами к караулке.
Виктор вылез из кабины и, стоя на подножке, поглядел назад. Ничего не было видно за дождем. Тогда он вернулся за руль и закурил. Было очень забавно. Впереди, за проволокой и за воротами, тоже крутился дождь, там угадывались какие-то темные сооружения – то ли дома, то ли башни, но разобрать что-нибудь определенно было невозможно. Неужели не пригласят посмотреть? – подумал Виктор. Свинство будет, если не пригласят. Можно, правда, попытаться воззвать к Голему, он сейчас где-нибудь здесь… Так и сделаю, подумал он. Зря я, что ли, для них геройствовал…
Солдатик снова вышел из караулки, а за ним выскочил старый знакомец, прыщавый мальчик-нигилист в одних трусах, очень сейчас веселый и безо всяких следов всемирной тоски. Обогнав солдата, он вспрыгнул на подножку, заглянул в кабину, узнал, ахнул и засмеялся.
– Здравствуйте, господин Банев! Это вы? Вот здорово… Вы ведь книги привезли? А мы ждем-ждем…
– Ну что, все в порядке? – спросил подошедший солдатик.
– Да, это наша машина.
– Тогда загоняйте, – сказал солдатик. – А вам, сударь, придется выйти и подождать.
– Я хотел бы повидать доктора Голема, – сказал Виктор.
– Можно вызвать сюда, – предложил солдатик.
– Гм, – сказал Виктор и выразительно поглядел на мальчика. Мальчик виновато развел руками.
– У вас пропуска нет, – объяснил он. – А без пропуска они никого не пускают. Мы бы с радостью…
Ничего не оставалось, пришлось вылезать под дождь. Виктор соскочил на дорогу и, подняв капюшон, смотрел, как распахнулись ворота, грузовик дернулся и рывками пополз за ограду. Потом ворота закрылись. Сквозь шум дождя Виктор еще некоторое время слышал завывание двигателя и шипение тормозов, потом ничего не стало слышно, кроме шороха и плеска. Вот так так, подумал Виктор. А я? Он ощутил разочарование. Только теперь он понял, что совершал свои подвиги не бескорыстно, что он надеялся многое увидеть и многое понять… проникнуть, так сказать, в эпицентр. Ну и черт с вами, подумал он. Он поглядел вдоль
– Так вызвать вам господина Голема? – спросил солдат.
– Голема? – Виктор оживился. Вообще неплохо бы прогнать старого хрыча под дождем взад и вперед, и потом у него – машина. И фляга. – А что же, вызовите.
– Это можно, – сказал солдатик. – Вызовем. Только навряд он выйдет, обязательно скажет, что занят.
– Ничего, ничего, – сказал Виктор. – Вы ему скажите, что Банев спрашивает.
– Банев? Ладно, скажу. Только он все равно не выйдет. Ну, да мне нетрудно. Банев, значит… – И солдатик ушел, симпатичный такой солдатик, ласковый, сплошные веснушки под каской.
Виктор закурил сигарету, и тут раздался треск мотоциклетного двигателя. Из туманной пелены на сумасшедшей скорости выскочил «харлей» с коляской, подлетел вплотную к воротам и остановился. В седле сидел тот самый полицейский с недовольным лицом, и еще один, до глаз закутанный в брезент, сидел в коляске. Сейчас начнется, подумал Виктор, надвигая капюшон поглубже. Но это не помогло. Полицейский с недовольным лицом слез с мотоцикла, подошел к Виктору и рявкнул:
– Где грузовик?
– Какой грузовик? – изумленно озираясь, сказал Виктор, чтобы выиграть время.
– А вы не прикидывайтесь! – заорал полицейский. – Я вас видел! Вы под суд пойдете! Угон арестованной машины!
– Вы на меня не орите, – возразил Виктор с достоинством. – Что за хамство? Я буду на вас жаловаться.
Второй полицейский, разматывая на ходу брезентовые покровы, подошел и спросил:
– Тот?
– Ясно, тот! – сказал полицейский с недовольным лицом, извлекая из кармана наручники.
– Но-но-но! – сказал Виктор, отступая на шаг. – Это произвол! Как вы смеете?
– Не отягчайте вины сопротивлением, – посоветовал второй полицейский.
– А я ни в чем не виноват, – нагло заявил Виктор и сунул руки в карманы. – Вы меня с кем-то путаете, ребята.
– Вы угнали грузовик, – сказал второй полицейский.
– Какой грузовик? – вскричал Виктор. – При чем тут грузовик? Я пришел сюда в гости к господину Голему, главному врачу. Спросите у охраны. При чем здесь какой-то грузовик?
– А может быть, не тот? – усомнился второй полицейский.
– Ну как не тот! – возразил полицейский с недовольным лицом. Держа наготове наручники, он надвинулся на Виктора. – А ну, давай руки! – сказал он деловито.
В этот момент дверь караулки хлопнула, и высокий пронзительный голос прокричал:
– Прекратить скопление!
Виктор и полицейские вздрогнули. На пороге караулки стоял веснушчатый солдатик, выставив из-под накидки автомат.
– Отойти от ворот! – пронзительно крикнул он.
– Ты, там, потише! – сказал полицейский с недовольным лицом. – Здесь полиция.
– Ска-апление у ворот спецзоны более одного постороннего человека запрещается! После третьего предупреждения стреляю! Отойти от ворот!