Хранящая сердце
Шрифт:
— Старушка, ты можешь выключить эту свою программу под названием «Я не согласна со всем, что бы мне ни сказали». Уверена, что ты от ликования сожгла уже не одну схему. — Марта хихикнула. — Однако я говорила, что он знает, как сделать меня счастливой, но не как это сохранить. И потом — кто сказал, что я влюблена?
— Ты. Когда упомянула обо всех этих глупых улыбках и о том, что о-о-очень счастлива. Так что же он ответил, когда ты ему об этом сказала?
— Я не говорила.
— Не говорила или не догадалась
— Не дави, Марта! Мое мнение на этот счет не изменилось. Я не собираюсь сообщать такую информацию Фалону, пока он сам не сделает подобное заявление.
— Ты можешь никогда этого не дождаться.
— Теперь я в этом не так уверена.
— Значит, ты думаешь, что всем этим эмоциям нужен больше чем один выход?
— Что-то вроде этого. Марта засмеялась.
— А где же большой парень? Я думала, он не разрешает тебя надолго пропадать из его поля зрения.
— Сегодняшний день как раз исключение. Фалону надоело смотреть на мою унылую физиономию, и он в раздражении удалился.
— Ах-ах, значит, я не ошиблась, когда заметила, что ты огорчена!
— Скорее это можно назвать полным крушением всех надежд. Воин напомнил мне о некоторых вещах, о которых на этой неделе я успела забыть, — например, о его своеволии. Очевидно, я обманывала себя, считая, что у нас не будет неразрешимых проблем. Но прошла лишь неделя, и он вдребезги разбил все мои надежды. Я никогда не смогу спокойно жить с этим человеком. Я должна была понять это раньше!
— Я не решаюсь спросить, что привело тебя к такому выводу.
— Спроси, хотя не поверишь, что этот воин обрушил на меня сегодня утром. Я была в возбуждении от того, что мы возвращаемся домой, что я смогу увидеть маму и сказать: теперь тебе незачем обо мне беспокоиться. И тут Фалон вдруг заявляет, что мы вообще не будем останавливаться в Ша-Ка-Ра. Он уже велел Броку приблизиться к планете в восточном полушарии, чтобы мы могли транспортироваться прямо в Ка-аль. А у Брока есть приказ моего отца делать все, что скажет Фалон, и он не может отказаться.
— Естественно! — с презрением сказала Марта. — Он считает себя воином, а воин не может ослушаться своего шодана.
— Ну, мой воин оказался исключительно упрямым. Я спорила до посинения, но он остался непоколебимым. Он лучше воспользуется нуль-транспортировкой, которую, как я знаю, ненавидит, лишь бы приземляться в космопорте.
— Он сказал, почему?
— Конечно. Он вообще не желает, чтобы я увиделась с мамой. Он считает, что во всех наших неприятностях она виновата больше, чем я. Мне кажется, что между ними что-то произошло, о чем он мне не говорит. Он приходит в раздражение от одного упоминания о ней.
— Это интересно. Подожди, я спрошу Брока, знает ли он что-нибудь. — Несколько минут интерком молчал, затем смех Марты известил о ее возвращении. — Моя Тедра иногда меня по-прежнему
— Фалон дрался с моей матерью? — В голосе Шанель звучали страх и недоверие. Марта снова засмеялась:
— Расслабься, детка. Она хотела, но он отказался. Она даже опрокинула его в бассейн, но он все равно отказался. Тогда вмешался твой отец и принял вызов на себя, а о дальнейшем ты можешь догадаться сама.
Шанель со стоном закрыла глаза.
— Значит, она потеряла вызов, и все по моей вине?
— Какой еще вине! — фыркнула Марта. — Не обманывай себя, детка. Твоя мать не делает ничего, если не знает точно, к чему это приведет. Она прекрасно понимала, что Фалон не станет с ней драться, да Чаллен этого просто не позволит. На самом деле Тедра хотела, чтобы твой молодой человек понял, как важно дать тебе время справиться со своими страхами. Я бы сказала, что это ей удалось.
— Ну, если бы Фалон не был таким тупоумным, ей не нужно было бы этого делать…
— Послушайся моего совета, Шани, даже не думай заставить его сделать что-либо из того, чего хочет твоя мать. Для него это явно больной вопрос, причем до такой степени, что он не желает даже видеть ее. Вот почему вы направляетесь прямо в Ка-аль. Считай это наказанием, которого ты не получила, и пусть все идет своим чередом. А я постараюсь успокоить твою мать. Когда она узнает, как обстоят дела, она будет очень обрадована. Возможно даже, что она простит твоего от…
— Что здесь происходит, Шанель? — спросил Фалон, войдя в открывшуюся дверь и услышав голос Марты.
Шанель, замерев, смотрела на него. Хотя она не сделала ничего плохого, выражение лица Фалона было таким, что Шанель почувствовала себя в чем-то виноватой. Марта не стала молчать. — Расслабься, большой парень. Я не сомневаюсь, что она теперь твоя. Я просто заскочила на минутку.
— Тогда оставь нас так же, как появилась, компьютер.
— Почему ты такой упрямый, воин? — проворчала Марта. — Ты ведь победил. Когда я ее защищала, я делала то, что считала нужным. Теперь ты ее защищаешь, и я умываю руки. Это вполне справедливо.
— Я считаю нужным запретить моей женщине иметь дело с вещами, сделанными посетителями. Поэтому она будет наказана, если ты не покинешь нас, как тебе было сказано.
— Марта! — в панике закричала Шанель.
— Хорошо, я ухожу. — Издав низкий звук, Марта неожиданно вывалила к ногам Шанель все ее вещи. — Тебе придется тщательно просмотреть всю эту кучу, чтобы найти хотя бы одну вещь, сделанную не посетителями, без которой можно обойтись. Звезды, я не могу поверить, что он сказал такое! — добавила она жалобным тоном. — Удачи, куколка! Мне кажется, что тебе это все-таки пригодится, — сказала напоследок Марта.