Хранительница реликвии
Шрифт:
— Я бы отпустил, — равнодушно шепнул Ромул.
Распознав ложь в последних словах кентавра, Катя разжала пальцы.
Монстр упал в темноту бездны, забрав с собой до конца преданного, первому хранителю могучего воина Ромула.
Сумевший подняться Улимор Харвенкус, помог фонарщику вытащить девушку из расщелины. Как только Катя оказалась в безопасности, земля скрыла улыбку, погребя монстра под тяжестью бытия.
Нэльс обнял девушку. — Ты все правильно сделала Кать, — прошептал он.
Катя ничего не ответила.
Глава
"Сказания о сотворении мира". Отрывок из главы "Сказание о трех властелинах времени". Автор Хилари Аурантин.
"… И один из них обернулся гордым соколом и полетел вперед, дабы не могло угнаться за ним время и разрушить мир людей. И сказал он:
— Меня не догнать.
Хоть устали могучие крылья, но летит гордый сокол вперед и не оглянется до последнего дня. И прозвали его Крас, что означает Завтра.
И обернулся второй властелин большим сомом и скрылся в морских глубинах, дабы унести с собой всю людскую печаль. Но прежде сказал он:
— Я не вернусь…
Хоть знают люди, где плавает большой сом, но не увидеть его сквозь мутную воду, и не прояснится она до последнего дня. И прозвали его Хестерно, что означает Вчера.
И лишь третий властелин не сбежал от людей. Обернулся он сторожевым псом и лег у порога, дабы охранять этот мир. И сказал он:
— Я остаюсь.
Хоть устал сторожевой пес от равнодушия людского, но служить будет верно, до последнего дня. И звали его Ходи, что означает Сегодня…"
Поздно вечером раздался стук в дверь. Так и не сумевшая заснуть Катя, выбежала из комнаты и без страха отворила засовы. На пороге стоял милый седовласый толстячок с растрепанными волосами и короткими густыми усами. Он был в залатанном сером плаще и пыльной шляпе.
— Правильно сделала, что заперлась, — буркнул тот и прошел в дом.
— Иван Иванович? — удивилась Катя.
— Здравствуй дружочек, — сотрясая несколькими подбородками, поздоровался старичок.
— А вы что здесь делаете?
Иван Иванович подозрительно огляделся.
— Сегодня утром, голубка принесла письмецо от твоего деда. Он рассказал, во что вы вляпались… не подробно в общих чертах. Просил помочь тебе.
Толстячок сдвинул шляпу на затылок, зашарил по карманам.
— Вот, вот, — вытащив смятое письмо, прокряхтел он и надел, висевшие на черном шнурке очки. Забегав глазами по строчкам, спросил:
— Часовщик отдал тебе твои часы?
— Дда, — удивилась Катя. — Иван Иванович, но причем здесь это? Что с дедом? Он не приедет?
Харвенкус
— Опаньки! — воскликнул Улимор, удивленно покручивая черный ус.
Иван Иванович подозрительно насупился.
— А этот пройдоха, что здесь делает?
— План старейшины Горвина немного не удался, — вступился Нэльс.
Иван Иванович почесал подбородок и, не раздеваясь, прошел в небольшую гостиную.
— Фонарщик, ну-ка поди сюда.
Нэльс поклонившись, последовал за толстяком. Они зашептались.
Красноволосая девушка развела руками.
— Я не поняла, что за секреты?
Улимор Харвенкус подошел к Кате, оперся локтем о стену.
— Это он, мне не доверяет.
— А вы знакомы?
Харвенкус кивнул. — Как-то давно, я украл у него одну вещицу. Но! Мы иногда неплохо дружим против кого-нибудь. Старик Чернобород, совсем не такой кровожадный, как о нем говорят.
— Кто? — удивилась Катя и обратилась к толстячку. — Иван Иваныч, вы Чернобород?
Толстячок обернулся к девушке и зашевелил усами. — Теперь нет. Как видишь, я сбрил бороду.
— Зашибитлз… тогда может, хватит секретов? Нэльс, не хотите посвятить нас в ваши планы?
Фонарщик ответил:
— Что бы все исправить, нужно вернуть время. С того момента, когда все пошло не так, нужно начать сначала.
Старик снял шляпу, аккуратно положив ее на край стола. — Но дружочек, надо поспешить.
— Это дед придумал?
— Да, да, — согласился Иван Иванович. — Только так, можно все исправить.
Несмотря на то, что Катя, до сих пор страшилась ответственности, она очень обрадовалась возможности вернуть все на свои места.
— Это хорошо. А как? От меня что-нибудь нужно?
— Да, нужны часы, которые тебе передал часовщик Вира, — засуетился Иван Иванович. — Надеюсь, ты их не потеряла?
— Да нет же, — усмехнулась Катя и показала руку, на которой блеснули серебряные часики.
— Давай-ка их сюда, — оживился старичок. — Надо торопиться и успеть до двенадцати.
Катя сняла часы, передала их Иван Ивановичу и спросила:
— Хотите сказать, для того, чтобы вернуть время вспять, нужны лишь они?
Иван Иванович осторожно положил часы на стол.
— Не только, дружочек, не только. Но Вира искусный мастер в своем деле. Фонарщик мел подай.
Нэльс отыскал в кармане кусочек белого мела и передал его старику.
Иван Иванович огляделся.
— Так, теперь мне нужно немного времени и чистая стена. Вот эта, подойдет. Все, не мешайте мне.
Толстячок скинул плащ и подошел к стене над камином. Взгромоздившись, на пошатывающий от его веса стул, Иван Иванович принялся вырисовывать полукруг.
— А до какого момента вы собираетесь поворачивать время? — настороженно поинтересовался Улимор Харвенкус.
Нэльс пожал плечами. — Не знаю, господин Вира заводил часы. Но думаю, ему можно доверять.