Хранители

Кристофер Джон

– Согласен: пещера так пещера, - сказал он.

– Поедем в обход, вдоль реки. На верхних полях нас могут заметить. Ты сядешь на Капитана.

– Я и пешком смогу...
– неуверенно возразил Роб, с опаской покосившись на коня.

– Нет, - отрезал Майк.
– Пойду подберу твое барахло. Обуйся пока, потом найдем, чем перевязать.

Морщась от боли, Роб надел носки и ботинки. Майк показал ему, как забраться в седло и что-то ласково шептал Капитану на ухо, пока Роб неуклюже карабкался.

Земля убежала далеко-далеко. Конь беспокойно перебирал

ногами и вырывал поводья из рук Майка.

– Стоять! Спокойно, милый!
– крикнул Майк.

Капитан успокоился, но от этого Роб не почувствовал себя счастливее.

– Бери поводья, - приказал Майк.
– Я буду придерживать за седло.

Робу вовсе не понравилось ездить верхом, он болезненно ощущал каждый шаг коня. "Интересно, - подумал он, - что бы я запел, если бы Капитан понесся галопом?".

Река протекала через небольшую долину. Сначала они ехали вдоль берега, потом свернули на дорогу, ведущую к лесу. Роба удивила странная поверхность дороги - землистого цвета, но чересчур гладкая. Он спросил об этом Майка.

– Это пластик, - пояснил тот.
– Разве у вас в Урбансе другие покрытия на дорогах? Они мягкие, эластичные и очень хороши для лошадиных копыт.

– Такое покрытие, наверное, быстро изнашивается?

Майк пожал плечами:

– Смотря, сколько ездить по дороге. Да это и неважно. Оно очень просто ремонтируется. Есть такая машина, которая укладывает и разглаживает покрытие со скоростью миля в час. Слушай, тебе придется дальше идти пешком. Отсюда уже близко, а Капитан не пройдет через заросли.

– Конечно. Скажи только, как мне слезть.

– Просто перекинь одну ногу к другой и прыгай, - Майк критически наблюдал за неуклюжей возней Роба.
– Подожди, я его привяжу.

Когда они вошли в лес, Капитан тихонько заржал им вслед.

– Хочешь, держись за меня, - предложил Майк.

– Нет, спасибо, - Роб стиснул зубы.
– Все нормально.

Они с трудом продирались сквозь густой подлесок, но Майк заявил, что это только на руку - никто не забредет в такую глушь. Они поднялись в гору через заросли смешанного леса и вскоре очутились на небольшой полянке перед пригорком, сплошь заросшим травой и колючими кустами ежевики. Роб поискал глазами пещеру, но ничего не заметил.

– Ну как ты, держишься?
– спросил Майк.
– Пришли.

Он уверенно подошел к зарослям и осторожно потянул за спутанный клубок из веток и колючек. Открылся ход.

– Я наткнулся на ее, когда Тэсс погналась за кроликом, - рассказывал Майк, прибираясь вперед.
– Это моя собака. Хотел соорудить здесь что-то вроде жилища. Представляешь - здесь, в долине, тайком от всех! Но так и не собрался. Только замаскировал, чтоб никто не нашел. Ну, вот мы и дома.

Они нырнули в низкий проем из крошащегося бетона. Внутри было темно, сквозь густые заросли снаружи проникало мало света. Роб заметил только, что стены в тесной квадратной каморке, как и вход, бетонные.

– Кому понадобился этот тайник в горе? Зачем?
– спросил он.

– Он идет еще выше, только там обрушился

и совсем зарос. По-моему, это запасной выход. Здесь, наверное, была артиллерийская батарея против самолетов. Или что-нибудь другое, еще с гитлеровской войны.

– Такая древняя?

– Может, и подревнее. Ведь в предыдущую войну уже были самолеты?
– Он осмотрелся.
– Да, мрачновато. Сможешь здесь жить, как думаешь?

– Смогу.

– Мы все устроим, станет намного лучше. Сейчас я поеду домой и кое-что привезу. А ты можешь выйти наружу - необязательно здесь сидеть. Ты сразу услышишь, если кто-нибудь будет подниматься из леса. А я, когда вернусь, свистну вот так, - он показал.
– Идет?

– Идет, - кивнул Роб.

Дожидаясь Майка, он вышел из своего укрытия и сел на траву. Тишина, одиночество, черный неприветливый лес не прибавляли мужества. Майка долго не было. Солнце уже торопилось к закату, стало прохладнее. Робу не хотелось подозревать Майка в предательстве - была в нем какая-то надежность. Из леса выскочили два белых кролика. Словно завороженный, Роб смотрел на забавных зверьков. Неужели все это наяву, и он действительно в Графстве, среди пышной зелени, дикой природы? А если наяву, значит, Урбанс, с его душной толчеей, давящим камнем небоскребов, улицами, кишащими электромобилями, - только вымысел?..

Кролики пугливо повели ушами и в одно мгновение исчезли в лесу. Роб услышал свист: Майк.

– Извини, что так долго, - сказал Майк, бросая на траву большой тюк и сумку.
– Хотел принести сразу побольше, - он пнул тюк.
– Одеяла и подушка. Потом сооружу походную кровать, а пока придется потерпеть. Жестковато, конечно, зато не замерзнешь. Простыней только нет.

– Спасибо.

– Как ноги?

– Ничего.

– Давай посмотрим.

Он смотрел, как Роб осторожно снимает ботинки и носки.

– Одно плохо: до ближайшей воды минут десять, а ранки надо как следует промыть. Ну, ничего, я захватил какую-то противовоспалительную мазь. Потерпи, будет немного жечь.

И действительно жгло. Когда он прикоснулся к ранке влажным тампоном, Роб невольно отдернул ногу, но Майк и не думал извиняться, только крепче сжал щиколотку и продолжал. Закончив промывать, он перебинтовал мозоли, достал из сумки носки и бросил Робу:

– Надень, - Майк покосился на его дырявые носки.
– А эти я выкину, ладно? Есть хочешь?

– Прошлой ночью я съел немного черствого хлеба и заплесневелого сыра, а сегодня - несколько сырых картофелин. Пожалуй, хочу.

– Тебе повезло: опять хлеб и сыр. Схватил первое, что под руку попалось. Но это уж точно не заплесневело.

Он извлек из сумки хлеб и круг сыра, завернутый в муслин.

– У тебя есть нож?
– Роб покачал головой.
– Да, ты неважно подготовился к такой серьезной экспедиции.

Замечание было дружеским, но, все же, чуть обидным.

– У меня не оставалось времени на сборы, - ответил Роб.
– Да и магазины в воскресенье не работают - я ведь сбежал из школы в воскресенье...