Хранители. Единственная

Фрей Таня

Маркус помог Сандре добраться до гостиной, уложил её на диван, укрыв пледом, а сам решил переговорить с её матерью.

– Это слишком опасно, – сказала она, закачав головой. – Ни к чему хорошему её участие в делах мятежников не приведёт.

– Вы же прекрасно знаете, что ей никуда от этого не деться, – горько усмехнувшись, заметил Маркус. И, как ни грустно было это признавать, но он был прав.

– Джим такого же мнения, что и я, – продолжала защищаться мисс Вайтфейс.

– Возможно, я многого не знаю, но

разве так было не всегда?

Кэсс прикусила губу. Он действительно многого не знал, но вдруг оказался прав. Джим всегда был с ней единого мнения. Всегда с ней соглашался. Поэтому его слова были всего лишь отголоском её собственных мыслей.

– К тому же, – продолжил он, – это случилось не из-за мятежников. В какой-то степени это даже произошло из-за её собственной воли.

– В каком смысле?

– Мы ведь с ней поехали навестить Сотрудника, которого пытали из-за того, что она его послала искать в Штабе труп брата Хлои. Кастора Бэнкса, кажется.

На самом деле, за последнее время он это имя уже успел вызубрить наизусть, а теперь лишь стремился его из памяти вырезать. Но имена не вырезаются. Как и люди.

– Почему я ни о чём из этого не знала? – ахнув, спросила Кэсс. – Брат Хлои мёртв? Пытали какого-то Сотрудника? Сандре было так важно к нему съездить?

– Она объясняет это тем, что она его подставила, вот и всё, – пожав плечами, сказал Маркус.

– Ну конечно, у неё ведь тёплое сердце.

Только не сейчас, подумал Маркус и тут же отбросил подобные мысли в сторону. Он успел её спасти, а потому сердце у неё холодным не было. Накручивать себя было вещью абсолютно лишней.

– Вы совсем не общались последнее время? – поинтересовался он. Мать его подруги покачала головой.

– Нет, не общались. Она меня словно остерегалась. Не хотела лишний раз попасться на глаза.

– Она и мне-то соврала в тот день, когда стала Посвящаемой, – несколько обиженным тоном сообщил Маркус. – Но у неё ведь не было выбора. Её можно понять.

– Можно. Это и есть то, что я делаю, – понимаю её.

Со словами Кэсс просто трудно было не согласиться.

Улыбнувшись, он вышел из кухни и пошёл в гостиную. Ему не терпелось проведать Сандру.

Она лежала, подперев щёку ладонью и уставившись куда-то в стену. Маркус подошёл и присел на пол так, чтобы их глаза оказались на одном уровне.

Их взгляды встретились.

– Прости меня, – прошептала Сандра.

– За что?

– За то, что заставила тебя волноваться. Я ведь заставила, правда?

Он провёл рукой по её плечу.

– Самая грустная правда из всех правд, – ответил он. – Но всё обошлось, ведь так?

– Наверное, – шмыгнув носом, проговорила она.

Они помолчали. Просто смотрели друг другу в глаза и думали о чём-то. Как будто бы об одном и том же.

– Эта Нэнси просто обманула нас, – сказала Сандра. – Она оставила меня в этом морге,

сказав, что пошла за Хлоей.

– Но Хлоя ведь так и не приехала, да?

У неё округлились глаза.

– Подожди, я ведь отправляла ей сообщение…

Она приподнялась на локте, чтобы взять свой телефон. Сняла блокировку, открыла историю сообщений.

– Оно не отправилось, – упавшим голосом возвестила она.

– Так это ведь хорошо, – поспешил обрадовать её Маркус. – Мы же не можем доверять этой медсестре, а так бы Хлоя приехала и получила кота в мешке. Или бы и вовсе подверглась такой же заморозке, как и ты, а то и ещё хуже.

– Я не понимаю, зачем ей надо было меня убить? – медленно проговорила Сандра.

– Может, это приказ Коллендж? – предположил он. Но девушка тут же замотала головой.

– У нас был с ней разговор один, она тогда сказала, что не убьёт меня. Что я ей ещё могу пригодиться.

Маркус нахмурился. Тогда это действительно становилось непонятным. Какие мотивы для убийства могли быть у простой Сотрудницы, работающей в больнице Калвари? Она могла потом продать тело жертвы на органы и на этом подзаработать? Звучит, может, и вполне реалистично, но в то же время абсурдно. Наверняка деньги – это не то, за чем она гналась.

– А что с Кастором? – вдруг спросил он. И тут же возненавидел себя за заданный вопрос.

– Говорит, что скоро поправится, – бросила девушка, всем своим видом показывая, что на эту тему она говорить уж точно не хочет. То ли из-за того, что она считала её слишком личной и посвящать в неё Маркуса не собиралась, то ли потому, что её от неё уже начинало тошнить, только она вспоминала, что с ней произошло в этой треклятой больнице.

Она протянула ладонь и переплела свои пальцы с пальцами друга. Засмотрелась.

Она по-настоящему чувствовала себя дома. Там, где хотела оказаться больше всего, сидя в той общественной морозильной камере. Ей было тепло. Холод ушёл, оставив за собой лишь какие-то лёгкие снежинки.

– Почему я такая безрассудная? – грустно произнесла она.

– Ты зовёшь это безрассудностью? – удивился он.

Они просто молчали, глядя друг другу в глаза. И казалось, готовы были так провести всё время, которое у них было.

Они даже не заметили, как во взгляде их что-то поменялось. Что-то неуловимое, незаметное.

– Ты побудешь со мной сегодня? – с надеждой в голосе спросила Сандра.

– Конечно, Джози, – ответил Маркус. – Я побуду.

***

Джоанна была рада лишь одному известию: Энсел вернулся с поставленной самому себе миссии цел и невредим.

В остальном же радоваться было нечему. Этот треклятый труп был найден, но больше ничего с ним сделано не было, Сотрудник, приближённый к Аманде, загремел в больницу, а они все в очередной раз получили замечательную возможность быть обличёнными.