Хранители секретов
Шрифт:
— А на что бы ты его вылил? — Я изобразила шокированное выражение лица. — Да на все, что угодно. Ты мог бы полить его на яйца, овощи, мясо, картофель фри, ну… может быть, не на все. Например, ты не захочешь полить им фрукты или пирожные и все такое.
Яран рассмеялся, и на этот раз его лицо просветлело.
Фейт нарезала пирог на конце стола, стоящий ближе всего к кухне.
— Кто хочет немного? Это тыква.
— Да, — нетерпеливо ответил Демос, уже берясь за вилку. — Мне нравится этот пир. Еда просто продолжает прибывать,
— Прости, Фейт, я не люблю тыкву, — быстро сказала я, прежде чем она успела передать мне тарелку. Я наклонилась ближе к Ярану. — Будь осторожен с пирогом.
Яран отмахнулся от Фейт, когда она протянула ему тарелку.
— Эм, думаю, что мне нужно еще немного этой красной дряни.
— Клюквенный соус? — Фейт нахмурилась. — Ну, хорошо. Но ты не знаешь, что теряешь.
Фейт протянула Арику тарелку, и он, взяв ее, искоса взглянул на меня. Я сжала его колено, и он криво улыбнулся, демонстрируя ямочки на щеках.
— Я не мог допустить, чтобы все ей отказывали, — прошептал он.
— Ты такой добрый человек.
Он сверкнул своими почти идеальными зубами, прежде чем ткнуть вилкой в пирог.
— Этот пирог восхитителен, — сказал Демос с хрустящим ртом. Он сплюнул что-то в салфетку. — В нем должны быть семечки?
— Да, исследования показали, что кожура и семена полезны для вас, — сказал папа. — Отличный источник клетчатки.
Фейт откинулась на спинку стула. Ни у кого не хватило духу сказать ей правду о ее пироге. Она так много работала в ночь перед тем, как его сделать.
— Нужно добавить немного взбитых сливок, — сказала она. — Они самодельные.
Арик ткнул пальцем в пушистый холмик на своем пироге и облизал его. Он закашлялся и сделал несколько глотков из стакана с водой.
— Они… они соленые.
— Соленые? — Лицо Фейт исказилось от беспокойства. — Это должен быть сахар. К черту все. Кажется, я опять перепутала контейнеры.
Я попыталась подавить смех, но он вырвался, как сдувающийся воздушный шарик.
— О, прекрати, я в полном беспорядке. — Фейт нервно сложила салфетку.
Имя Каррига раздалось из кармана.
Все вздрогнули. Вилки звякнули о тарелки среди вздохов. Карриг сунул руку в карман, достал стержень и открыл его. На голубоватом экране появилось лицо дяди Филипа. Обе стороны стола могли видеть его с обеих сторон стержней.
— Добрый вечер, — сказал дядя Филип, — извините, что прерываю. Пожалуйста, примите мои извинения. Я не смог уйти, чтобы устроить пир. Сегодня рано утром какие-то бродячие Мистики напали на одно из убежищ. Мы заперли книги врат и поставили охрану у входа. Все путешествия в мистический мир были ограничены.
— Что? — Мисс Бэгли отодвинула стул и бросилась к Карригу, перегнувшись через его плечо. — Кто это разрешил? Никто не предупредил меня, что моя книга будет заперта.
Демос склонился над столом, глядя на экран.
— Сначала ковены, теперь врата.
Яран похлопал Демоса по руке.
— Успокойся. Злиться бесполезно.
— Неважно. — Демос откинулся на спинку стула.
— Я ничего не могу сделать. Совет Чародеев разрешил это. — Голос дяди Филипа звучал статично. — Если вам придется путешествовать, вы должны обратиться в Совет с просьбой об этом.
— На какое убежище напали? — спросил Карриг.
— Сантара, — сказал дядя Филип.
— Этого не может быть, нет? — Пия, одна из Стражей из Сантары, убежища в Испании, внезапно встала. Ее стул откинулся назад и с грохотом упал на пол. — Мы должны идти к нашим людям.
Дядя Филип тяжело вздохнул.
— Боюсь, вам придется остаться на своем посту.
Рея, более благоразумная из двух стражей Сантары, мягко положила руку на плечо Пии.
— Какие повреждения она получила?
Его глаза метнулись в сторону Реи.
— Там было много убитых до того, как прибыла помощь. Несколько домов были подожжены, а дворец разрушен.
— Я прошу разрешения вернуться домой, чтобы мы могли помочь пострадавшим. — На лице Реи не отразилось никаких эмоций. Спина у нее была прямая, плечи расправлены. Рядом с ней поникла Пия, и тревога исказила ее лицо, по щекам катились слезы.
— Я вынужден отклонить эту просьбу, — сказал он.
Арик бросил салфетку и встал позади Каррига.
— Если бы это был Асил, вы не смогли бы помешать нам вернуться, профессор. Мы справимся здесь без Реи и Пии. Проявите немного сострадания и позвольте им заботиться о нуждающихся.
Мое сердце сжалось от решимости Арика. Его взгляд был прикован к стержню, дыхание ровное, от него мурашки пробежали по моей голове к кончикам пальцев, к пальцам ног. Он никогда не отступал, когда во что-то верил. Я восхищалась им за это.
— Профессор, — мягкий голос Шинед наполнил комнату, — я знаю, что ты чувствовал, когда однажды Жаклин оказалась в опасности. Ты нарушил правила, чтобы добраться до нее. Загляни в свое сердце и делай то, что нужно, прямо здесь.
— Но тогда все было по-другому. — Дядя Филип опустил голову, и я подумала, не вспоминает ли он о своей любви к Жаклин, матери Ника. И вспомнила, как Конемар убил ее. Может быть, он вспоминал прошлые воспоминания, которые теперь были горько-сладкими? Или Шинед колдовала над ним?
Дядя Филип поднял лицо к экрану.
— Ладно. Мисс Бэгли?
— Да? — она практически пролаяла, не в силах скрыть гнев ни в голосе, ни на лице.
— Проводи Рею и Пию к книге врат. Карриг и Арик будут сопровождать вас. Я пошлю стражу, чтобы сопроводить их в Сантару. Ворота откроются на несколько минут. Пройти могут только те, кому разрешено. Если Монитор обнаружит какие-либо еще, шлюз немедленно закроется, и те, кто не имеет доступа, застрянут внутри. — Он прочистил горло. — Я ясно выразился?