Хранители равновесия

Лошаченко Владимир

– Что же, господа, начнем?

Те пребывали в эйфории от предстоящего золотого дождя и, пыхтя, ринулись на графа малочисленной толпой.

Сержант, подвернув ногу под себя, удобно устроился в седле, предвкушая яркое зрелище.

Не успели супостаты махнуть мечами, случилась первая неприятность – противник исчез. Дальше – больше и хуже. Получив по удару в затылок навершием рукоятки меча, пятерка повалилась на истертые плиты дороги.

Бросив странную фразу:

– Пять ноль в нашу пользу. – граф обратился к сержанту: – Подай сигнал парням, пусть подъезжают.

Пако энергично замахал копьем с повязанной наверху

белой тряпкой.

– Эй, паренек, у тебя вода есть? – И, дождавшись утвердительного кивка обалдевшего парламентера, приказал: – Живенько приводи своих господ в чувство. Пако, помоги ему, заодно сними с них боевые пояса. Оружие откинь в сторону, не мне тебя учить.

Пока переговорщики приводили незадачливых дуэлянтов в чувство, Чернота ногой откидывал мечи и кинжалы в одну кучу. Вскоре нарисовались его бароны. Не менее пятнадцати минут потребовалось для приведения графов в сознание и восстановления адекватного восприятия окружающего мира. Ошарашенные графы, сжимая в руках мечи, с трудом приняли неприятнейшую явь – они крупно попали! Рассчитывали изрубить наглеца, бросившего вызов сразу пятерым, на куски, а оно вон как обернулось. Ужас положения в том, что от второго поединка отказаться никак невозможно – есть свидетели. Этот сволочной граф так обставил условия, что теперь придется драться.

Пять на пять – схватка началась. Первым своего соперника ударом в горло убил Пако, развалив ему трахею напрочь. Граф д’Бокэ, отбросив свой меч, зажал руками ужасную рану, кровь толчками выплескивалась сквозь пальцы, и тело, ослабев, рухнуло на тракт.

Бывшие наемники выбивали графов одного за другим. Дольше всех держался противник Ореста, даже успел оставить на его латах две отметины. Наконец барон подловил графа д’Офунато на противоходе и неуловимым движением снес тому голову.

– Поздравляю вас с графскими титулами, господа. А ты, парень, двигай к своим баронам и передай наш ультиматум – безоговорочная капитуляция в обмен на жизнь.

Переговорщик с круглыми глазами и отвисшей челюстью стрелой понесся к своим.

Потенциальные графы, прибрав трофейное оружие и сняв с врагов фамильные медальоны и перстни, поспешили убраться с места схватки.

Чернота не сомневался, что обозленные враги кинутся в атаку, имея явный численный перевес в живой силе.

Зашевелилась вражья конница, с трудом выстраиваясь на узком пятачке. Осатаневшие вражеские бароны погнали кавалерию вперед.

– Смять, раздавить, рубить всех, в плен никого не брать, – надрывался барон д’Реко, гигант в черных латах.

Конница с рыси перешла в галоп, в воздух взвилась тысяча клинков. Следом медной поступью зашагала пехота. Остальная кавалерия двигалась в середине колонны, зажатая со всех сторон. Всадники громко выражали свое недовольство – как же, ведь лавры победителей достанутся не им.

Сорок пушек, расставленных в два ряда на узком пространстве, – это нечто. Сбросив маскировку, канониры произвели первый залп шрапнелью, причем стрелял сначала первый ряд, затем второй. Очередность понадобилась для непрерывной стрельбы.

Ба-бах, ба-бах! Ядра, начиненные шрапнелью, рвались среди плотного строя конницы. Стрельба велась практически в упор, кусочки чугуна прошивали насквозь по два-три всадника. Всего три залпа – и на месте атакующей конницы образовались горы трупов людей и лошадей. Первая колонна пехоты с копьями наперевес полегла, не успев

сообразить, от чего умирает. По инерции из «горла» вырвались войска, устремляясь навстречу своей смерти.

Канонада грохотала не умолкая. Показалась основная масса конницы – не менее двух тысяч всадников, – состоящая из наемников. Они не вняли голосу рассудка, решив отработать полученную плату, за что и поплатились. Спастись удалось немногим. Белесый дым от сгоревшего пороха клубился над побоищем. После разгрома кавалерии и половины пехоты оставшиеся в живых дрогнули и принялись сдаваться в плен, бросая оружие. Чернота внимательно оглядел соратников.

– Победа, господа графы, чистый нокаут.

– Ась?

– Конец, говорю, оккупантам. Га-га-га…

– И мы вас, граф, поздравляем.

– Под твоим чутким руководством… – начал было Гидо.

– Стоп, стоп, обойдемся без лести, – смутился Пашка, но затем, заметив на лице Гидо лукавую улыбку, осекся. – Вот засранец, купил-таки.

Все дружно расхохотались.

* * *

Два дня понадобилось специально выделенным отрядам на сбор трофеев. Собрали все вплоть до последней железки, негодный металлолом пойдет в переплавку. Тяжелораненых добили, остальных разместили по фургонам. Подданные графа долго приходили в себя: одержать победу над противником, превосходящим в пять раз собственное воинство, одним огненным боем – такого и в старину не было. Впрочем, пушек раньше почти не производили. Через пять дней вошли в баронство Кольмо, где дружины образовали большой палаточный лагерь. В замке погибшего барона устроили пир по случаю блистательной победы, во время которого Чернота уединился на короткое время со своими соратниками.

– Значит, так, завтра я отбываю, беру с собой десять воинов. Встретимся через месяц в предместьях Савоны. Привезу законного императора Тарагона, поможете усадить его на трон. Вы разбегайтесь по своим графствам и наводите там порядок. Свои первые дружины постарайтесь подтянуть за это время до приемлемого уровня. Артиллерию распределите между собой, она нам пригодится в столице. Языком не болтать, все должно остаться в тайне.

– А мы? Почему нас не берешь? – загудели недовольные вассалы.

– Нельзя, – отрезал Пашка. – У вас самих дел невпроворот. На этом закончим наши посиделки, погуляем еще пару часов, и отбой. Завтра рано вставать.

* * *

Город-порт Харидж встретил графа и его воинов соленым ветром и криком чаек. Два солнца грели совсем по-летнему, распустились деревья пышными кронами. Процокав копытами по мощеной улице, лошади вынесли седоков к морю. У каменных пирсов суетились маленькие каботажные суденышки и шлюпки.

С портовых складов грузчики беспрестанно везли на тачках и тащили на спинах тюки, мешки и корзины с товарами.

Началась навигация с окончанием зимних штормов, купцы спешили отплыть, пользуясь хорошей погодой. Узнав у местного аборигена стоянку корыта капитана Ромегаса, направились в дальний угол порта. Двухмачтовая каракка с хвастливым названием «Жемчужина Дубиса» действительно оказалась на месте, покачиваясь на мелкой волне. Над бортом изредка мелькали фигуры матросов.

Залихватски свистнув, граф обратил на себя внимание экипажа. Шлюпка с двумя моряками прибыла незамедлительно. Отпустив своих людей в город пообедать в трактире, Чернота отправился на корабль.