Хранители памяти
Шрифт:
– Нет, Славка! Если у тебя действительно был контакт с инопланетянином…
– Я когда-нибудь тебе врал?
– Не врал.
– Ну вот! Значит…
– Если бы я хоть раз заметил, что ты кривишь душой, перестал бы с тобой общаться.
Игорь долго смотрел на Всеслава, затем пробурчал:
– Чувствую, что моя до недавних пор нормальная голова превращается в растрёпанный кочан капусты.
– Извини, что я тебя напрягаю, – ответил Всеслав.
– Ладно, переживу. Итак, вернёмся к теме. Я хочу сказать, что продолжения контакта быть не должно!
– Я уже пообещал, что окажу им помощь.
– Это же катастрофа, Славка! Это может плохо закончиться! Помнишь
– Помню. Опыт, проведённый Эйнштейном, Теслой и военными. Так называемый Филадельфийский эксперимент. Проект «Радуга». Возможно, это было на самом деле. Не исключено, что это была утка, которую умышленно протолкнули в печать, чтобы направить наших учёных в неизведанные дорогостоящие дебри. И что?
– А то, что там главную роль играл именно генератор. И его магнитное поле во время эксперимента угробило всю
команду эсминца. Намёк понял?
– Гросс сказал, что генератор не опасен.
– А что ты ожидал услышать? Что у тебя появился реальный шанс превратиться в идиота?
– Я тешу себя надеждой, что всё обойдётся. Цивилизации «нордов» несколько миллионов лет. Миллионов! «Нордов» называют Первыми или Учителями. Они приобщили к своим достижениям десятки цивилизаций. Их технический прогресс шагнул так далеко, что мы не можем себе этого представить. Чего, например, смогут добиться наши потомки хотя бы за тысячу лет?
– Это никому не известно, – ответил Игорь. – Велика вероятность, они «добьются» того, что опять, повторяя виток истории, будут жить в пещерах, рисовать охрой на стенах силуэты быков, оленей и загадочных существ с лучами или нимбами над головами. А по праздникам, нарядившись в парадные шкуры, будут пританцовывать перед этими изображениями, издавая нечленораздельные звуки и размахивая дубинами. При самом удачном раскладе нам протянут руку помощи эти Первые Учителя, и примут нас в какой-нибудь звёздный кооператив. Бесспорно, мы окажемся в самой захудалой конторе по переработке вторсырья. В том интеллектуальном коллективе, в котором занимаются проектированием, детализацией и прочими премудростями, создавая невероятно сложный дешифратор тайн Вселенной, для кроманьонцев, кем мы по сути до сих пор являемся, рабочих мест нет. Возможно, Учителя позволят самым смышлёным людям разносить по многоярусным лабиринтам цехов пиццу, пончики и кофе. Не более того… Ладно. Меня интересует вот что: ты можешь послать к чёрту этого Гросса вместе с его дурацким генератором?
– Увы, нет. Во-первых, я привык держать данное слово. Во-вторых, меня одолевает чувство сопричастности. Как ни крути, одним боком я всё-таки адмирал Эстабат. Что-то шевелится в душе…
– Это шевелится твоя бесшабашность.
Вздохнув, Всеслав продолжил:
– В-третьих, у меня нет уверенности, что я имею право капризничать. Кто для них Всеслав Шадрин? Примитивный моллюск, внутри которого скрывается ценная жемчужина. Пока, как я понял, они, будучи цивилизованными гуманоидами, вступили со мной в переговоры. Но, если я не захочу по-хорошему, они наверняка применят силовые методы. Я не смогу им противостоять. Меня не выручат ни нокаутирующие удары, ни удушающие захваты. Я знаю, что говорю, потому что несколько раз во сне видел в деле их трёхметровых штурмовиков – андроидов. Эти парни, не напрягаясь, вытряхнут меня из постели и, держа за ухо, как непослушного ребёнка, переправят на Луну, стоит только подать им соответствующую команду. «Нордам» нужен Эстабат, и они его получат. Знаешь древнее римское изречение: «Пожелания императора равнозначны приказу»?
– Ещё как знаю! Дома общаюсь с «императором» каждый день. И сплю с
– У вас проблемы?
– Нет, что ты! Всё отлично! Мы с Катенькой живём душа в душу. Иногда, крайне редко, не шумно и не зло спорим, как все нормальные молодые люди во время притирки характеров. Это у тебя проблемы. Продолжай.
– Похоже, я обязан сделать, как говорят, хорошую мину при плохой игре. В этом случае у меня будет больше шансов вернуться домой с тем мозгом, к которому я привык, а не с манной кашей в голове.
Игорь угрюмо смотрел на Столпы Творения. Он видел этот плакат много раз, но никогда прежде на его лице не появлялось выражение крайней неприязни. После долгого молчания сказал:
– Да-а-а! Отвратительная ситуация. Единственное, что у нас есть – надежда. Можно было бы тебя спрятать, я знаю по-настоящему укромные места на Тамани и в предгорьях Кавказа, но это не сработает. Если их средства поиска настолько совершенны, что способны «прощупать» всю галактику, найти субъект на отдельно взятой планете – для них совершенный пустяк. Вот чёрт! Будет ужасно, если, потеряв кузину, я потеряю и тебя. Короче, я никуда не уйду до полуночи. Позвоню Кате и скажу, что мы напали на след грабителей. На Луну полетим вместе.
– Нет, Игорь!
– Да! Когда всплывёт правда, надеюсь, Катя…
– Послушай, Игорёк, – заговорил Всеслав. – В твоей семье скоро появится малыш. Катя будет крайне недовольна, если узнает правду. К тому же, мне нужен надёжный тыл. Ни у кого нет такой деловой хватки, как у тебя.
– Я принял решение: на Луну полетим вместе. Возможно, моя деловая хватка там очень даже пригодится. Думаю, после «разбора полётов» до развода дело не дойдёт. Без шума, я уверен, не обойдётся, но в конце концов Катя меня поймёт… У тебя есть таблетки от головной боли?
– Цитрамон, аскофен, анальгин.
– Давай цитрамон.
Запив таблетку, Игорь несколько минут сидел, глядя то на Всеслава, то на аквариум, затем полез в карман за телефоном. Нужно было срочно действовать.
– Никуда не нужно звонить, – сказал Всеслав. – Ты останешься в городе, и будешь решать важные проблемы.
– У меня нет более важных проблем!
– Есть. У тебя появились зацепки, которые, возможно, помогут поймать тех, кто ограбил музей.
– Это ты о чём?
– У меня официальное заявление, Игорь Леонтьевич!
На лице Игоря появилось выражение крайнего удивления. Рука с телефоном застыла в воздухе.
– Какое заявление, Славка?
– Ты уже знаешь, что по ночам моё сознание улетает в космос. Верно?
– Если ты говоришь, что улетает, значит, улетает. Чёрт бы побрал этого неженку Гросса! И что?
– Прошлой ночью мы с Эстабатом провели несколько часов на какой-то планете в укреплении, похожем на бункер. Проверили боеприпасы в крюйт-камерах, состояние андроидов, обследовали несколько помещений, в которых стояли металлические ящики с отверстиями, пролетели над палубами с массивными орудиями, заглянули в одну комнату с хрустальными стенами и потолком, в которой спал на ворохе сена и невероятно громко храпел тип, похожий на панду. И надо же! Только что, задремав, я видел погружённую в багровый сумрак планету, дворец и именно этого гуманоида-альбиноса. Ещё выстрелы… – Всеслав сделал паузу. – У меня складывается впечатление, что последовательность событий нарушена, всё собрано в кучу. Ладно, не это главное. Затем мы с Эстабатом полетели на Землю. Кстати, на нашем пути оказались Столпы Творения. На самом деле звёздный ветер заметно их деформировал. Телескоп «Хаббл» видит их такими, какими они были около семи тысяч лет назад.