Хранители миров
Шрифт:
– Добрый вечер, дорогие любители острых ощущений, мы начинаем наш головокружительный репортаж о четвертьфинальном матче Дикого, нет, я бы даже сказал, дичайшего турнира! Для вас сегодня работаю я, то есть Койс, и мой почтенный коллега, то есть Фрацгейр... Слушай, что вообще должно упасть на голову родителям, чтобы они вдруг назвали своего сына такой аброй-кадаброй?
– Спроси это у родителей Безжалостного Гырдыбыра... хм-м, если, конечно, успеешь открыть рот, прежде чем они тебя проглотят.
– Спасибо за совет, но фэсты Чародеев уже давно сделали это за меня. И, что удивительно,
– А вот, кстати, появляется и сам виновник наших дебатов. Не волнуйтесь, та мелюзга, что крутиться вокруг него, вовсе не десерт, а всего лишь остальные игроки Чародеев из Горфиса.
Джимми повернул голову в сторону надвигающейся угрозы. Облаченный в черные доспехи монстр просто ужасал!
– ...Так мы, собственно, почему потратили так много вашего бесценного времени, дорогие друзья, на рассказы о Гырдыбыре... Да потому, что дальше о нем не будет сказано ни единого слова.
– Дальше речь пойдет только о Джимми!
Трибуны разразились довольным ревом.
Юный император застенчиво улыбнулся и помахал своим поклонникам рукой.
– Давай, парень.
– Бонхо положил ему на плечо свою тяжелую длань, которая, как он ни старался, все равно немного подрагивала.
– Сегодня нам нужна не просто красивая игра, сегодня решается судьба Ласточек, и она в твоих руках... Жить нам или умереть!
– В таких схватках не умирают, а погибают смертью великих воинов!
– Гордо поправил своего капитана Джимми.
– Так что обещаю, долго еще будут слагаться легенды о доблестной смерти Гырдыбыра!
– ...такой популярности не было ни у одного игрока вот уже пять тысяч лет, с тех самых времен, когда в одну из команд тайно внедрился молодой закройте уши, нервные.. Хранитель Миров.
– Краз Гэлиант, так его звали. Уделывавший всех соперников с удивительным милосердием, в конце концов, он не удержался и использовал магию. Целая армия была послана на поимку ненавистного шпиона, так что пришлось народному любимцу быстренько разметать ее и ретироваться на свою родину... Эту красивую легенду, а проще говоря, байку знает каждый младенец, Койс! С чего это ты решил вспомнить историю о "Разящем Милосердием"?
– Да так, не с чего... Я просто хотел сказать, что наш Джимми блеснул всего лишь на одной игре и, думаю, очень скоро станет еще попопулярней всяких там героев из детских сказок... прошу извинения у всех любителей статистики, что называю их ремесло сказкой, но... пять тысяч лет - есть пять тысяч лет... также извиняйте живые свидетели. Моему дедушке всего лишь девяносто два, а он уже не понимает, где находится... Да, так разве я не прав?!
– Ну кончено же прав! Скоро Джимми уроет всех этих героев древности, как младенцев!... Кстати, у нашего любимца до сих пор нет достойного прозвища.
– Да, дорогие друзья, нами и вами уже было придумано великое множество нарецаний для этого великолепного игрока, но, к сожалению, все они не прижились.
–
– Вы ждете рекламу?... Хочу вас обрадовать, сегодня ее не будет! Наш главный спонсор, сеть магазинов "ярый фэст" дарит вам целый матч без единой рекламы, а также сообщает, что "вы всегда можете приобрести у нас отличные флаги, плащи, бисер, шляпы с плюшевыми крыльями ласточек. Разумеется, вся продукция с изображением Джимми"...
Глупый треп комментаторов сменился коротким пронзительным гудком. Матч начался.
Не замечая других соперников, которые предусмотрительно держались от него подальше, Джимми медленно пошел на встречу пытавшемуся понять, где та популярная букашка, что надо раздавить в первую очередь, Гырдыбыру. Конечно, можно было и пробежаться, но тогда бы матч закончился уже через десять секунд, а юный император уважал своих болельщиков.
Трибуны на мгновение затаили дыхание - расстояние между красотой и уродством сократилось до вполне боевого; панически ахнули - Безжалостный направил свою гигантскую дубину прямо в голову вселенского любимца; и взорвались овациями - развернувшийся в прыжке Джимми подскочил вплотную к неповоротливой куче отсутствия мозгов и, сверкнув Джаром, полоснул ее по лицу.
Мерзкая кожа монстра оказалась достаточно грубой, чтобы не дать голове развалиться пополам, так что, пустившейся в пляс арене предстояло увидеть еще один великолепный росчерк острого меча, если бы... если бы, наконец, ни случилось то, о чем Нэйт вдалбливал в бестолковую императорскую голову целые три года, о чем предупреждалось сотни и сотни раз, и чего Джимми в глубине души всегда боялся - Джар превратился в гигантский молот, ни поднять который было невозможно, ни, стуча трое суток по столь крепкому черепу, как у Гырды, убить эту тварь.
Джимми еще пытался справиться с неприподъемным оружием, а вражеская дубина уже неслась к его крохотному тельцу. Трибуны ахнули и тут же вздохнули - юный император успел откатиться в сторону, хотя и не без труда. Джимми сумел увернуться еще от нескольких ударов, прежде чем пришла паника. Нет, конечно, неповоротливую кучу мускул нельзя было сравнивать ни с быстротой Нэйта и Фарх-Харада, ни с их злобой, но продержаться против такого града ударов целую минуту, казалось задачей довольно нереальной.
– Оружие!
– Завопил Джимми, укрываясь от очередного стокилограммового вихря.
– Кто-нибудь, дайте меч!
По ахающим трибунам на мгновение пронеслись радостные вопли, видимо, как догадался Джимми, кто-то из Ласточек заколол своего спаринг-врага. Юный император сделал несколько быстрых кувырков назад и, выполнив подъем с земли с передним сальто, нашел время, чтобы обернуться - счастливый игрок стоял совсем рядом и вполне мог одолжить свой меч.
– Оруж...
– Возглас застрял в горле у Джимми. В глазах удачливого коллеги читалось явное колебание. Отдав своего стального друга, он непременно становился бы жертвой для освободившихся от спарринга врагов, а такие были (несколько Ласточек лежали на песке, ухватившись за раненые конечности).