Хранители миров
Шрифт:
– Привет, ты кто?
– Поинтересовался Джимми, с трудом сумев подавить очередной зевок.
– Я... я Фэстильо.
– Затараторил парень.
– Можно я...
– Заходи, Фэстильо.
– Юный император втащил парня в комнату и захлопнул дверь.
– Рад познакомиться, а меня Джимми зовут.
– Я знаю, - заулыбался парень, - Я фэстильо, фэст, фанат Ласточек... А зовут меня Тони.
– Фанат? Это как, болельщик что ли?
– Джимми подошел к столику, взял еще одно яблоко.
– Будешь? Бери, угощайся.
– А можно я спрошу?
– Можно.
–
– Но лучше давай хвали меня... Какой я виртуозный игрок, и все такое... А я пока, если не возражаешь, вздремну.
– Я вот, что хотел узнать, - снова затараторил Тони, - перед твоим попаданием в команду, ты дрался на гладиаторской арене... ну это все знают, это неинтересно, а вот дальше, мы... ну то есть фэсты, мы прошли по следам твоего грандиозного шествия! И мы выяснили все: как ты пытался бежать из тюрьмы, элегантно расправившись с целой армией стражников, как вырвал оковы вместе со стеной и смертельно испугал своих сокамерников, как...
– Продолжай, Тони, продолжай.
– На лице Джимми появилась сладкая улыбка.
– Как ловко ты разметал весь бар, уничтожив дерзких наглецов в лице нескольких стражников... кстати, все очевидцы, теперь узнав кем ты был, ходят с выпученной грудью и демонстрируют свои ушибы, а вдовы погибших охранников просили непременно поблагодарить тебя, потому как с твоей легкой руки они не только избавились от своих вечно пьяных и небритых семейных тиранов, но еще и получили награды от городского правления, как жены великих воинов, павших в битве с самим легендарным Джимми!.. Мы также разыскали тех двух нищих, что увидели тебя первыми. Ублюдки зачем-то ляпнули, что хотели убить тебя и ограбить. Мы разорвали их на клочья, но перед этим совсем позабыли спросить, а с какой стороны ты вошел в переулок, и, соответственно, не знали, куда нам двигаться дальше. Мы обыскали весь город, но так больше и не нашли твоих следов. Откуда же...
– Издалека.
– Джимми окончательно закрыл глаза и забросил руки за голову.
– Так можешь всем и передать. Больше вы ничего не узнаете, и не старайтесь.
– Вот это да! Какая таинственность!
– Руки Тони задрожали.
– Я вот еще зачем пришел, Джимми... Хочу предложить тебе свои услуги.
– Хочешь что-то для меня сделать?... Валяй, я не против.
– Да, можно я буду твоим слугой? Я хочу выполнять все твои приказы, я буду все время ходить за тобой и выполнять все поручения...
Блаженная улыбка на лице Джимми стала немного меньше - в пробежавших пред глазами воспоминаниях из детства не нашлось ничего интересного, что бы наводило на слово "слуга".
– А еще я буду твоим самым верным рабом!
– Продолжал Тони.
– Я хочу ползать у тебя в ногах, когда ты будешь гневаться. И если тебе захочется кого-нибудь ударить сапогом в нос, я всегда буду рядом...
Джимми открыл удивленные глаза. Улыбка исчезла.
– Я буду твоей половой тряпкой! Я всегда рядом! Я буду кормить тебя с ложечки, чтобы твое величие не напрягалось, буду причесывать тебя и одевать! Ну и, конечно
Бонхо поднялся по винтовой лестнице и завернул в нужный коридор. Около стены, прямо возле двери в его с Джимми комнату, спокойно сидел немытый четырнадцати летний подросток.
– О боги!
– Капитан Ласточек закатил глаза.
– Ты что здесь делаешь, Дин? Как ты сюда пролез?!
– Бонхо!
– Глаза мальчишки зажглись радостным огнем.
– Можно я...
– Нельзя! Я спрашиваю, что ты здесь делаешь?!
– Я жду здесь Тони, сейчас...
Договорить он не успел. Дверь резко открылась и в коридор с грохотом вылетела чья-то фигура - Тони прокатился кубарем по гладкому полу и треснулся головой о стену.
– Пошел к черту, ублюдок!
– Из дверного проема показалась разгневанная голова юного императора с покрасневшим лицом.
– Еще раз мне на глаза попадешься, кадык вырву!
И Джимми с такой силой захлопнул дверь, что с потолка посыпалась штукатурка.
– Ну как?
– Дрожащим от нетерпения голосом спросил парнишка.
– Он трогал меня, Дин, трогал!
– Тони развалился на полу с безумной улыбкой на устах.
– Я теперь два месяца мыться не буду, а эту одежду повешу на стену и буду молиться!
– Везет!
– Просиял Дин.
– А я видел его с двух метров! Это божественно!.. Пожалуй, я тоже не буду мыться, за компанию.
– Вот психи.
– Буркнул капитан Ласточек.
– Бонхо!
– Тони только сейчас заметил гигантскую фигуру своего идола.
– А можно...
– Нельзя!
– Бонхо зашел в комнату и тоже не пожалел сил, закрывая за собой дверь.
На это раз с потолка отвалился целый пласт штукатурки, полностью накрывший двух развалившихся на полу подростков.
– Во кайф!
– Простонал через несколько секунд Тони.
– Божественно!
– Закончил Дин.
Так Джимми узнал, что такое настоящие фэсты.
...А что такое настоящие болельщики, он узнал, когда вышел вместе с командой на освещенное ярким сиянием магниевых прожекторов поле. Поле стадиона красавца. Матч проходил вечером, что придавало ревущей арене дополнительную грандиозность. Заполненные до отказа бело-золотые трибуны вели себя так, будто это был главный матч в их жизни. Воздух гремел от многотысячного скандирования названия любимой команды, которое плавно перешло во всеобщий распев какой-то прославляющей Ласточек песни. Такое нельзя описать. Такое нельзя увидеть. Надо просто там быть.
Все, кроме Джимми, выходили на поле с дрожащими ногами, ибо правила были ужасны. По словам Бонхо, подобное выпадало раз в сто лет. Побеждал тот, кто уничтожит всех врагов. Да, и еще... это был бой с оружием.
Форма команды поменялась на сказочной красоты доспехи, закрывающие все тело сплошным слоем золотой брони с белоснежными вставками неизвестного металла. Не единой щели не оставили мастера кузнечного ремесла в непробиваемой защите, так что, если и стоило о чем-то заботиться, так это совсем о незначительной мелочи - отсутствии шлема...