Хранители крови
Шрифт:
— Где ты этому научилась? — Гарри все еще смотрел туда, где несколько секунд назад мерцала магическая нить. Приближаться и пробовать ее в действии не хотелось, он почему-то был уверен, что подача сигнала — не единственное, на что способна эта безумно красивая штучка.
— В горах, — охотно отозвалась Луна. — Мы с папой охотились на горных гномов, знаешь. Очень шустрые существа, за ними не так-то просто уследить.
Гарри вспомнились гномы в саду семейства Уизли. Безобразные маленькие человечки, которых Рон с близнецами с отвращением отправляли в полет через ограду.
— Брустер еще не убрал ловушки из кабинетов и библиотеки, — сказал он, чтобы отвлечься от игры воображения.
Они направились по коридору к лестнице.
— Мы только заглянем и сразу назад, — предложила Луна.
У подножия лестницы остановились. Лестница упиралась в распахнутые двери гостиной. Гарри заглянул туда: пусто, шторы задернуты, и на них цветные блики от витражей. Направо вел еще один короткий коридорчик, а из него — несколько дверей, перегороженных ярко–желтой магической ленточкой.
— Лучше разделиться, — заметил Гарри. — Вы идите в библиотеку, а я осмотрю кабинеты. Их тут… — он быстро пересчитал, — четыре. Луна, помнишь обнаруживающие чары?
Девушка с улыбкой кивнула. Ее лицо — светлое, не замутненное ни единой мыслью — чуть было не заставило его передумать. Она справится. Гарри отвернулся, убирая ленточку. В конце концов, в Министерстве магии она дралась наравне со всеми. Она хорошо подготовлена к любым неожиданностям. И вовсе он за нее не переживает — что ему, переживать больше не о чем?
Гарри подождал, пока Луна и Блейз скроются за дверьми библиотеки. Несколько долгих мгновений стоял, прислушиваясь и борясь с желанием войти следом. Ему было бы спокойнее, если бы все они держались вместе, но… это всего лишь несколько комнат! Ты превращаешься в параноика, Поттер. Аластор Моуди — вот твое недалекое будущее. И далекое тоже. Это твое неизбежное и вечное будущее, Поттер.
Исполненный мрачной решимости, Гарри повернул ручку и шагнул в первый из кабинетов.
Пронзительная тишина. Тяжелый, спертый воздух. Серый утренний свет, пробивающийся сквозь высокое арочное окно, закованное в решетку с неизменными витражами: танцующая ведьма в длинном платье с летящими юбками и светлыми, почти белыми волосами, развевающимися за спиной; запрокинутое, смеющееся лицо, вскинутые навстречу небу руки. Странная немая картина — сказочная, волшебная. Гарри невольно залюбовался, очарованный и растерянный. Наверное, так выглядела Нарцисса в юности: невесомая, счастливая, окрыленная. Наверное, так же выглядела бы и Луна… попади она в эти удивительные витражи.
Крупные капли дождя вдруг забарабанили в стекло. Все быстрее. Ведьма прекратила кружиться и оглянулась, как будто могла видеть дождь. Капли поползли по окну, и каждое цветное стеклышко словно потекло, вытянулось: это намокли роскошные светлые пряди волос и обвисли шикарные юбки платья. Ведьма обхватила себя руками, подошла к раме и оперлась об нее плечом, опустив голову.
Гарри встряхнулся. Черт возьми,
Впрочем, на его счастье кабинет оказался пуст. Если кто-то в него и входил, то следов не оставил.
Гарри вышел в коридор, мысленно клянясь больше не глядеть на окна.
А глядеть и не пришлось. В следующей комнате окна оказались плотно зашторены. То, что внутри кто-то есть, Гарри не увидел — почувствовал. Его слух уловил отголосок ускользающего звука: шороха ткани, шелеста пергамента, тяжелого дыхания — и все замерло, кануло в гробовую тишину.
— Малфой! — требовательно позвал Гарри. — Я знаю, что ты здесь.
Если бы не жуткое нагромождение мебели: какие-то комоды, сейфы, серванты, — Гарри увидел бы его сразу.
— Стой, где стоишь, Поттер! — раздался из темной глубины резкий голос, потом вдруг хлюпанье носом. — Дважды не повторяю.
Гарри замер, лихорадочно обшаривая взглядом ближайшую мебель.
— Что ты сделал с Брустером? — спросил он и осторожно шагнул к краю комода. Если тихонько выглянуть…
— Ничего я с ним не делал… Ступефай!
Луч заклятия промчался мимо, едва не опалив волосы на виске, и Гарри шарахнулся назад, вжался спиной в комод. Луч врезался в стену и угас.
— Я предупреждал! — истерично выкрикнул Малфой и снова шмыгнул. — Лучше сгинь отсюда, Поттер, пока цел.
— Чего ты добиваешься? Хочешь нас всех перебить? Ты чокнулся, Малфой?
— Я мог бы чокнуться в министерских казематах, — огрызнулся Драко. Гарри слышал, как он возится: что-то двигает, чем-то гремит. — Но я все еще в здравом уме. И я никого не убивал, мне до вас нет дела, понял?
— Нотс мертв, Брустер в своей комнате и не отвечает…
— Ну, а я здесь причем?
— Ты украл палочку! — Гарри начал терять терпение. — Сначала у Луны, потом у Блейза.
— Не украл, а позаимствовал, — Драко нервно хихикнул и как-то совсем не аристократично подавился соплями. — Подумаешь, палочка. Это не доказательство.
— Мне достаточно. Брось палочку и выходи! Если выйдешь сам, я ничего тебе не сделаю.
— Вранье. У тебя который день руки чешутся меня прикончить.
— Чего? — удивился Гарри.
— Слушай, Поттер. Малфои дважды не повторяют. Сейчас ты развернешься и выйдешь отсюда тихо, мирно и без резких движений.
— Все, я понял, — Гарри осенило. — У тебя простудная лихорадка!
— Ме–е–ерлин, Поттер, оставь меня в покое. Добром прошу, уйди.
— И не подумаю. До тех пор, пока не расскажешь, зачем убил Нотса и что сделал с Брустером.
— Да сколько ж раз тебе говорить, не убивал я никого!
— Тогда кто? — не унимался Гарри. Звуки, долетающие из-за мебельных баррикад, ему активно не нравились: что-то постоянно падало, шелестело, хлопало и трещало. Не говоря уже о сопении и хлюпанье простуженным носом. Гарри крошечными шажками подкрался к самому углу комода и замер, собираясь духом.