Хранитель
Шрифт:
– Уверен, Кирилл справится со своей задачей, – продолжил Александр, поглядывая на маму Алисы, словно она могла в любую мину вскочить и начать протестовать. – Если что-то будет не так, если тебя что-то будет смущать или не устраивать, приходи сразу ко мне, хорошо?
Алиса кивнула не в силах ответить. Прошло четырнадцать лет. Быть может, все поменялось еще сильнее, чем она думает? И все будет хорошо? Ну не будет же Кирилл, в свои почти тридцать, вести себя как десятилетний мальчишка?
– Кирилл? – позвал Александр.
Кирилл
– Вы правы. Выбор у Вас небольшой. Но я справлюсь. Это… честь для меня.
Грянувший вслед за белоснежной ветвистой молнией гром, заставив их вздрогнуть. Хлынул дождь. Александру пришлось прерваться, чтобы закрыть окно, в которое залетали крупные капли. Мама не сводила глаз с профиля Кирилла, пока глава не вернулся за стол.
– Что ж… – произнес он, растерянно оглядев документы. – Алиса, с переездом тебе поможем. И не затягивайте, потому что ученику нельзя ходить без наставника. Вообще теперь одна не ходи, только с Кириллом или кем-то из Хранителей. Это касается твоей безопасности…
Алиса коротко кивнула. Она знает. Ученики не должны покидать дом без наставника. Полгода на привязи. А может, год…
– За вами все еще закреплена ваша старая квартира, если хочешь вернуться туда… либо есть еще одна на третьем этаже у лестницы. Однокомнатная. Но там, кажется, жуткий беспорядок…
– Уберем, – подал голос Кирилл. – Не проблема.
– Отлично, – кивнул Александр. – Начинайте с чего хотите… Кирилл, я жду отчета от тебя каждую неделю… Давай установим понедельник, за двадцать минут до завтрака.
Хранитель пожал плечами, перевел скучающий взгляд на потолок. Мама все еще не сводила с него глаз. Александр задумчиво поглядывал на основание старой настольной лампы. Алиса помнила ее. Она стояла в кабинете на первом этаже около бардового дискового телефона и массивной хрустальной пепельницы. Вот там она смотрелась на своем месте…
– Саш, отпусти детей, – мама медленно повернулась к нему и улыбнулась одними губами. – Дальше разберутся сами.
– Да, – сдался глава. – Есть вопросы?
– Вопросов нет, – отчеканил Кирилл, расправляя плечи. – Могу показать Алисе квартиры? До ужина еще двадцать минут.
Александр отодвинулся от стола, выдвинул верхний ящик и протянул Хранителю две связки ключей. Кирилл взвесил их на ладони, учтиво склонил голову в знак прощания и обернулся к Алисе.
– Идем. Экскурсия!
Алиса кивнула, бросила неопределенный взгляд на Александра и маму, они тепло улыбнулись ей.
В коридоре пятого этажа она надеялась увидеть Артура и Тимура, но их встретила тишина, подсвеченная тусклыми желтыми люстрами под пыльным потолком.
– Ну… – Кирилл сунул руки в карманы и перекатился с пятки на мысок. – Поздравляю тебя. Наконец-то, да?
– Да, – отозвалась Алиса, поджав губы.
– Мы не очень-то хорошо ладили… – произнес Хранитель, потерев ладонью затылок. –
Алиса сжала губы, отвернувшись. Немного – это слишком мягко сказано, но сообщать об этом она не стала.
– Но я постараюсь тебя больше не обижать, – продолжил Кирилл, разглядывая ключи в ладони. – И я действительно рад, что Александр назначил меня твоим наставником. Я бы… хотел подружиться с тобой с самого начала…
Алиса долго смотрела на него, не зная, что говорить. Кирилл нервно улыбнулся в ответ, поднял ключи:
– Посмотрим квартиры? До ужина есть время…
– Посмотрим, – отозвалась она.
Квартира родителей располагалась на четвертом этаже. Ее личная кирпичная крепость, которая ни от чего в итоге не спасла. Кирилл долго копошился, подбирая ключ.
– Самый длинный, – подсказала Алиса, обхватив себя руками.
Дверь, обитая выцветшим дерматином, тревожно смотрела на нее слепым глазком. За ней пряталось дряхлое детство, припорошенное пылью.
Кирилл смущенно улыбнулся, отпер замок и пропустил Алису вперед.
Темный коридор пах затхлостью и сыростью. Под ногами скрипнул старый паркет. Слезы подступили к глазам.
Алиса осторожно переступила порог, машинально пошарила ладонью по стене в поисках выключателя.
– Лампочки, – прошипела она.
– Пробки, отойди.
Кирилл протянул руку к древнему дисковому счетчику и нажал белые кнопки на круглых пробках. Старая деревянная люстра под потолком вспыхнула желтым светом, осветив посеревшие от времени обои, отходящие от стен, черные нити пыли и потемневшее зеркало.
Ближайшая от входа комната принадлежала Алисе. Два больших окна, деревянные широкие подоконники, ее скрипучая кровать в нише, заправленная цветастым покрывалом, громоздкий диван у противоположной стены, детский велосипед, мягкие игрушки, зеленый ковер на стене. Все осталось таким же, каким было в день их отъезда. Словно сюда никто не заходил с тех пор как они с мамой бежали. Алиса осторожно погладила пластиковый нос кучерявого медведя, набитого опилками. Когда-то он был ростом с нее, а теперь казался слишком маленьким. Этого медведя папа подарил маме еще до рождения Алисы…
Родительская комната осталась нетронутой: диван собран и накрыт коричневым покрывалом из жестких толстых ниток, узкое кресло, в котором спала Алиса до пяти лет. На лакированной тумбе пылился пузатый телевизор с тремя кнопками и торчавшими металлическими штырями, которые папа крутил плоскогубцами, чтобы прибавить громкость. Рядом открытыми дверями встречал трехстворчатый шкаф на косых ножках, пропахший нафталином. У окна на столе все так же ждали фарфоровые статуэтки черно-белой сороки с отбитым клювом и белоснежного слона с поднятым хоботом. Брать для игры их запрещалось. Алиса мечтала о том, как вырастет и будет играть ими, сколько душе угодно.