Хранитель
Шрифт:
– Еще бы. Вот в этом топоре, - кузнец кивнул головой на Лоттана, - упавшее железо использовано.
Так кузнецы называли железо, получаемое из свалившихся с небес кусков метеоритов. Изделия из него получались особо прочными и стоили приличных денег. А если к ним прикладывали руку гномы, то цена взлетала до небес. Лоттан покрутил в руках топор, посмотрев на него уже другим взглядом. У него есть засапожный нож из небесного металла, который он купил на ярмарке в столице королевства Бангол-Боре. Ему сносу нет. Режет и не тупится. Даже гвоздь им можно перерубить, а лезвию все ни по чем.
– Хватит трепаться, - сказал Маро. – Постового я оглушил и связал. Теперь нужно разобраться
– А может подмогу позовем? – спросил Лоттан.
– Сами управимся, - отрезал Маро. – Пока кому-то объясним, орки разбегутся. А нам нужно понять, что они тут забыли.
Парни переглянулись и крепко сжали свое оружие. Им не приходилось принимать участия в настоящих сражениях. На праздниках ходили стенка на стенку, но там смертоубийства редко были. Теперь же им предстоит встретиться лицом к лицу с настоящим врагом, с которым воюют не один век.
Маро осторожно взял оглоблю, которой Лоттан подпер дверь, взял ее наперевес и ввалился в кузню. Шарившие там орки не ожидали нападения, поэтому удивленно замерли, увидев ввалившихся людей. Маро, воспользовавшихся замешательством орков, первым ударом по голове свалил на пол ближайшего вора и бросился к следующему, но с ним такой трюк не удался. Орк швырнул в кузнеца первым попавшимся под руку предметом (это было ведро, в котором остужали заготовки) и выхватил короткий кривой меч. Но кузнец имел преимущество в силе и длине своего оружия, и следующим ударом по плечу вывел орка из строя. Со сломанной ключицей сильно не повоюешь. Хоть кузня и была приличных размеров, но для такого количества тел в ней было тесновато. Орки, чтобы не поранить своих товарищей, быстро ощетинились своим оружием и стали продвигаться к двери, хищно зыркая на замерших людей.
– Что вы сделали с Лахашем? – прорычал один из орков, судя по всему старший, лицо которого было больше других покрыто шрамами.
– Если ты о вашем горе-постовом, то мы его … усыпили, - сказал Маро, поводя обломком оглобли из стороны в сторону. – Плохо парень знает свое дело.
– Если вы его убили, то я с вас шкуру на ремни порежу, - процедил сквозь зубы орк. – Бей! – крикнул он своим подельникам и кузне начался хаос.
Если бы не Маро, то оба парня уже давно б легли под умелыми ударами орков. Было понятно, что это закаленные в боях воины, прошедшие не одну битву. Они сражались слаженно, но Маро сводил все их атаки на нет. Он вовремя подставлял по их удары, которые могли бы быть фатальными для Лоттана и Станта, огрызок своей оглобли, умудряясь и отвести удар, и нанести свой. После первой стычки на полу осталось три орка, один из которых вряд ли вообще когда-либо встанет. Пораженные результатом атаки, оставшиеся на ногах два орка, один из которых был со шрамами на лице, забились в дальний угол кузни, ощетинившись оружием. В глазах их читалась решимость дорого отдать свою жизнь. Но и у людей было не все хорошо. Стант получил удар по руке, и она плетью висела вдоль тела. Маро понял, что кость перебита, но смерть сыну не грозила. Лоттан получил несколько глубоких порезов на ноге, кровь стекала по штанине и противно хлюпала в сапоге. В общем, помощниками они изначально были так себе, а сейчас на них вообще было жалко смотреть.
– Лоттан, - сказал Маро, перетяни ногу выше колена, чтобы кровь остановить. Не хочу, чтобы Ларгус меня пришиб из-за тебя. А ты, Стант, стой сзади и не пускай орков мне за спину.
– Па, - сказал Стант, с благоговением взирая на кузнеца, - а где ты так научился драться?
– Позже, - отрывисто ответил Маро. – В следующей атаке чя доберусь до вас, - обратился
– Ты оттуда, с пограничья, - сказал старший орк, немного опуская свои кривые мечи. – Ты сказал «Слово». И ты его не нарушишь. Ты отпустишь нас?
– Шутишь? – удивился Маро. – Орки пробрались почти к столице королевства, шарят по деревенской кузнице, рискуя своими жизнями. Скоро тут будет вся деревня. И слух о вашем нападении дойдет до Тайной канцелярии короля. Через день тут будут дознаватели. Потом святые отцы пришлют своих инквизиторов. Они с меня все жилы вытянут, если узнают, что я вас опустил.
– Но мы могли с боем уйти, - возразил орк.
– Могли. Но мою клятву, которую я дал, когда был пограничным егерем, никто не отменял.
При этих словах у Станта и Лоттана глаза полезли на лоб. Оказывается, Маро служил в самом элитном подразделении королевских войск, и никто об этом не знал.
– Я сказал, что потом все объясню, - сказал кузнец ребятам, когда увидел их вытянувшиеся лица.
Орк расслабленно опустил свое оружие, и его напарники сделали тоже. Когда их руки безвольно повисли, вожак резким движением вогнал один меч в одного своего подчиненного, а другой, соответственно, в другого. Потом он выхватил кинжал и добил раненного, лежащего на полу. Выронив оружие, он поднял руки вверх, увидев, что Маро собирается броситься на него.
– Я все расскажу, только пообещайте сохранить жизнь моему сыну. Мы последние в роду Черных Росомах. Вождь знал об этом, но все равно послал меня с сыном в этот поход.
– Слово, - сказал Маро, поднимая вогнутую в локте правую руку.
Орк присел на край верстака и принялся рассказывать. На сборе шаманов орочьих племен во время камлания было видение, что нужно отыскать и собрать как можно больше небесного металла, который поможет создать оружие, с помощью которого орки вернут свои земли. У гномов этим заниматься было бесполезно, так как все их запасы этого металла хранятся под землей в их мастерских. А людские запасы более доступны. Были разосланы группы, которые продвигались в глубь всех королевств в поисках небесного металла. Некоторые группы удачно справлялись с заданием и возвращались домой с хорошей добычей. Некоторых постигала такая же участь, как и группу орка из рода Черной Росомахи.
– И сколько нужно этого металла собрать? – спросил Маро.
– Шесть тысяч фунтов, - ответил орк.
– Ого. А сколько собрали.
– Я слышал, что половину.
– И что же будут делать с ним шаманы?
– Не знаю. Нам, простым воинам, об этом не говорят. Помни, кузнец, ты обещал мне. Я свое слово сдержал.
– Не сомневайся, - ухмыльнулся Маро, - твой парень будет жить. А теперь, протяни руки, я тебя свяжу.
Орк криво улыбнулся, схватил свой кинжал, быстро приставил его на уровне сердца и упал на верстак, лишая себя жизни. Маро бросился к нему, но конвульсии тела орка дали понять, что он ушел к предкам.
– Да, - хмуро сказал кузнец, - старой закалки воин. Что ж, так всем и расскажем. Пришли, сражались, погибли.
– А как ты его сына не отдашь в руки Тайной канцелярии? – спросил Стант.
– Я все-таки пограничный егерь, хоть и на пенсии. Но у меня есть право брать все, что я возьму в бою. Этого орчонка я пленил. Вы тому свидетели. О, на улице уже совсем рассвело. Нужно идти к старосте, и все ему рассказать. Стант, сгоняй к нему. А мы тут с Лоттаном приберемся чуток.
Когда Стант убежал выполнять поручение отца, Маро кивнул Лоттану на лежащих на полу орков, и, перетаскивая их за руки и ноги, кузнец и сын мельника сложили трупы в ряд около кузни.