Хранитель вечности
Шрифт:
Можно подумать, что запретного можно провезти на планету, на которой разрешено все то, что запрещено на родных планетах туристов? А вот есть что. На планете, например, запрещено было вести аудио и видеозапись. Все произошедшее во время отпуска должно было остаться в памяти гостя и больше нигде. Также возбранялось брать с собой любые коммуникационные устройства и средства доступа к галактической сети. Кроме того, с собой не разрешалось провозить домашних питомцев, детей, электронных компаньонов и помощников. И далеко не все готовы были расстаться со своими любимцами на целых несколько часов или даже сутки.
Запрещалось
Как-то раз немолодой насекомоподобный шхаф-дги попытался провезти с собой на планету своего невылупившегося внука. Альберу пришлось отправить его обратно на свою планету. У таможни не было необходимого оборудования и квалификации, чтобы высиживать чужие яйца.
Еще был случай, когда кзингар с планеты Кзинг по какой-то причине не захотел брать с собой чемодан и весь перевозимый багаж поместил прямо в себя. Он просто проглотил все вещи и перевозил их в желудке. Альберу пришлось вежливо попросить его опустошить желудок, а потом минут тридцать копаться в вещах, покрытых вязкой пищеварительной слизью. Весь день после этого он мечтал поскорее оказаться в душе.
Еще был рой манталоров. Они прилетели на планету группой, состоящей из нескольких тысяч особей. Чисто технически она считалась единым организмом, так как все они были связаны между собой и по отдельности не могли считаться разумными. Но по случайности (а, может, и нет) они захватили с собой одного лишнего члена. Пришлось в срочном порядке покупать для него пропускной билет.
Альбер просматривал воспоминания о работе в таможне с улыбкой на лице. Та работа по-настоящему ему нравилась. Однако он не понимал, что именно он должен был отыскать в этих воспоминаниях. Пока на экране не появился он.
Прямо через восемьдесят восьмой терминал, который обслуживал Альбер, прошел, семеня своими четырьмя щупальцами, Фонокс. Его можно было узнать по походке. В отличие от других фландрейцев, которые с трудом удерживали тяжелую голову на тонкой шее и часто склоняли ее в сторону, Фонокс держал спину и шею прямо, как будто проглотил черенок от швабры. Он подошел к таможенной кабинке, где сидел Альбер, и вежливо поздоровался так, словно они никогда ранее не встречались. Альбер из прошлого не обратил на него особого внимания. Для него он был всего лишь очередным пассажиром в бурном потоке туристов и их багажа. Единственное, что при взгляде на его щупальцы, его лицо начинало непроизвольно морщиться.
Он просканировал его чемодан рентгеновскими очками и не обнаружил ничего запрещенного.
– Я могу открыть ваш чемодан и осмотреть его содержимое?
– Да, конечно. Если у вас получится, - его
Альбер направил на него рентгеновские очки и также не обнаружил ничего запрещенного в составе его тела. В действительности подобная техника была и не нужна. Все содержимое фландрейцев можно было увидеть невооруженным глазом. Если бы он проглотил что-то твердое, оно бы встряло колом в его пищеводе. Их внутренности были не предназначены для твердой пищи. Всю жизнь они питались одним только жидким Лимбусом.
«Очередной умник, который считает, что его мудреный замок невозможно взломать».
Чемодан был закрыт сферическим замком, грани которого вращались вокруг внутренних осей вверх-вниз и влево-вправо. Что-то вроде усложненной версии кубика Рубика. Чтобы открыть замок нужно было сложить из букв правильное слово на передней поверхности шара. Сложность состояла в том, что Альбер не знал нужного слова. А даже если бы и знал, ему потребовалось бы несколько лет, чтобы подогнать грани сферы так, чтобы сложился пароль. Но то, что было недоступно простому человеку, было возможно сделать при помощи профессионального взломщика замков. Альбер достал из ящика стола устройство, напоминавшее шар на четырех длинных ножках и активировал его. Устройство запрыгнуло на замок, его тонкие ножки вцепились в грани и принялись вращать их с околосветовой скоростью. Как и Альбер, взломщик замков не мог знать нужный пароль, но мог испробовать все самые популярные и не очень варианты в несколько мгновений.
Что-то пошло не так в этот раз. Взломщик замков вращал грани дольше обычного. Фонокс, судя по всему, чувствовал себя крайне удовлетворенным в тот момент. Восемь его верхних щупалец переплелись и ощупывали одна одну.
Через полторы минуты замок, наконец, щелкнул и открылся. Взломщик замков самостоятельно влез в ящик и закрылся изнутри. Ему нужно было время, чтобы прийти в себя. Альбер мог его понять.
В чемодане не оказалось ничего необычного или запрещенного. Взгляду не за что было зацепиться. Альбер потрогал вещи электронным щупом и услышал какой-то хруст в складках ткани.
– Можете приподнять ткань?
– Конечно, офицер, - Фонокс приподнял ткань. Под ней лежал растрескавшийся квартон.Неужели это Альбер повредил его своим щупом? Он принялся извиняться.
– Простите, пожалуйста, я не хотел повредить его.
– Не извиняйся ты перед этим прохвостом, он явно все подстроил.
– Не переживайте на этот счет. Квартон был сломан задолго до того, как вы до него дотронулись.
– Хорошо, я рад это слышать. Простите за любопытство, но разве вам нужны квартоны для хранения воспоминаний? Мне казалось, что фландрейцы справляются и без них.
– Так и есть. Этот квартон я записал для одного своего знакомого в качестве сюрприза.
– Вот оно что. Видимо, там что-то важное, раз вы решили поделиться своими воспоминаниями с другим существом.
– Безусловно. Вот только сломал его случайно пока путешествовал.
– Вы можете обратиться в свой банк памяти, они вам бесплатно сделают новую копию и вышлют галактической почтой.
– Да, да, конечно. Мне об этом известно. Но там просят код-доступа. А я свой позабыл. Помню лишь первое слово «Вселенная». И дальше ничего.