Хранитель трона
Шрифт:
Лисита посмотрела на это с легким беспокойством:
– Гартош, Гвала кормит Лиситу сырым мясом, не повредит ли это нашей дочери?
– Не беспокойся, у Гвалы прекрасное чутье, она лучше нас с тобой знает, что можно нашей малышке, а что нет. Думаю, если бы у нее были хоть малейшие сомнения, она не кормила бы Милену.
Словно в подтверждение этим словам, Аруш – безволосый и гладкий как тюлень – вытащил из моря осьминога, величиной с половину себя самого. Осьминог отчаянно сопротивлялся, и все норовил опутать голову неожиданно свалившегося врага. Но
– Видишь? – приобняв жену сказал Гартош. – Гвала прекрасно понимает, что сырое мясо осьминога нашей дочери не подойдет, так что не переживай за них. Лучше пойдем, прогуляемся, вон к тем скалам.
– Зачем? – удивленно приподняла брови Лисита.
Гартош выразительно посмотрел на фигуру жены, плотно облепленную мокрым платьем для купания, и сохранившую прекрасные формы, даже несмотря на рождение троих детей:
– Осьминога будем ловить.
Лисита порскнула в кулак:
– Так уж и осьминога. Осьминога с одним щупальцем не бывает.
– Тогда морского змея, – тут же нашелся Гартош.
– Разве что змея…
Гартош вскочил на ноги и легко, словно пушинку поднял жену. Полуобернувшись, он выкрикнул распоряжение:
– Аруш, Гвала, присмотрите здесь пока. Мы скоро вернемся.
– Вы куда? – всполошился каррлак, заподозрив, что может пропустить интересное приключение. Но Гвала укусила его за бок, и оборотень понятливо крикнул вдогонку. – Не беспокойтесь! Можете не торопиться! Занимайтесь своими делами! Но к вечеру мы вас ждем! Или хотя бы к утру!
Осколы уже скрылись за скалами, но их все еще нагоняли напутствия Аруша.
…Лисита и Гартош освободились намного раньше, чем к вечеру. Возвращаясь к детям, они брели по самой кромке воды, взявшись за руки и загребая ногами ласковые языки волн. Идиллия. Неужели все это может кончиться? У Гартоша сжалось сердце, и так же непроизвольно сжались кулаки.
– Что случилось? – взглянула на него Лисита, уловив изменения в настроении мужа.
– Так, подумалось… Не хочется, чтобы вся эта благодать закончилась.
Лисита прижалась к мужу:
– Мы совсем справимся, не сомневайся. Примерно так, как Аруш с Гвалой справляются вон с той рыбой, – и Лисита со смехом указала на каррлаков.
– Слушай, похоже, что пока нас не было, каррлаки выловили все съедобное в этой бухте!
– Похоже на то, – согласилась Лисита.
Супруги подоспели к тому моменту, когда оборотни дочищали хребет полуторашетовой рыбины.
– А быстро вы! – аппетитно чавкая, заметил Аруш.
– Испугались, что вы выловите в море все живое, – объяснил Гартош.
– Не переживай, здесь на всех хватит, – беспечно отозвался каррлак и тяжело поднялся на ноги. – Ого! А эта рыбка действительно оказалась лишней!
– Рыбка, – хмыкнул Оскол.
– Ладно, верну то, что осталось морю, и на сегодня, пожалуй,
Аруш затащил хребет и голову в воду, и, вернувшись, тяжело плюхнулся рядом с супругами:
– Хорошее здесь место, рыбное. Надо было, когда давали, дворец поближе к морю выбирать.
– По-моему, в Коньсуре, ты тоже находишь кого сожрать, – ответил Оскол.
Аурш не ответил, а почти сразу захрапел.
– Пойду искупаюсь, – поднялся Гартош. – Ты идешь?
– Нет, – Лисита улыбнулась. – Я немного устала и отдохну. А ты иди, я за тобой отсюда понаблюдаю.
С улыбкой взглянув на толстопузого каррлака, Гартош зашел в воду. Теплая прозрачная вода приняла командора ласково, словно родное дитя. Гартош не спеша зашел в поглубже и нырнул. Нырять он любил, ведь под водой находился свой мир, обитатели совсем не боялись пришельца. Маленькие разноцветные рыбки безбоязненно подплывали к человеку, тыкались в живот и ноги, словно норовя попробовать новенького на вкус.
– «Рановато меня кушать», – улыбнулся рыбешкам ныряльщик и вынырнул за новой порцией воздуха. Он помахал рукой жене и детям, и снова погрузился в бирюзовый мир. Мир зеленых, красных и желтых водорослей, мелких любопытных рыбешек, лениво плывущих мимо медуз, ползающих по дну крабов и солнечных зайчиков над головой.
Любопытные рыбешки остались на месте, но теперь они были не одни. Между дном и поверхностью застыла русалка, восторженно рассматривая человека огромными, слегка раскосыми глазами. Неожиданное появление морской обитательницы ошарашило Гартоша, хотя и ненадолго – подсознательно он ожидал такой встречи, и, в глубине души, надеялся на нее. И вот она, морская красавица, с божественной фигурой, нежной кожей, идеальной формы грудью, пухлыми губками. Оскол вдруг вспомнил, что нужно дышать, и судорожно заработал конечностями. Вылетев на поверхность, он поспешно наполнил горящие легкие свежим воздухом. Лисита стояла на берегу, встревожено всматриваясь в море – то ли муж долго не всплывал, то ли почувствовала что-то.
На поверхности русалочье наваждение прошло и захотелось на берег, к жене и детям. Гартош сильными гребками устремился подальше от глубины, с ее соблазнами, опасаясь, что хозяйка морской пучины не пожелает так просто отпустить человека, и станет хватать его за пятки. Но русалка не задерживала гостя, хотя он чувствовал, какое нею овладело разочарование.
Лисита зашла по колена в воду, и с тревогой в голосе задала вопрос:
– Что там случилось?
– Где? – попытался прикинуться дурачком Гартош.
– В море! – уже сердито уточнила Лисита.
– Ничего. А с чего ты взяла, что там что-то случилось?
– Да так, почувствовала кое-что. Да и выглядишь ты… чересчур возбужденным.
– Тебе показалось, – буркнул Гартош, и ступил на песок.
– Без меня больше купаться не пойдешь! – решительно заявила Лисита.
– Да я вообще больше купаться не пойду, – ответил муж и пошел одеваться.
Явно почувствовав что-то женским чутьем, Лисита посмотрела на море уже не столь дружелюбно.