Хранитель (СИ)

Волхова Ульяна

И все это с горящими глазами и оооочень говорящим лицом… Распиналась я долго, очень долго… Под конец что-то пнула(вроде слегка). Это что-то полетело, попало в те стенды, что еще стояли, чтобы «палатка» развалилась окончательно.

Это меня утихомирило: я просто стала оседать, но тут открылся портал — и я оказалась в объятиях Элориэля на пороге собственного дома.

Прижалась плотнее к эльфу и просто заревела. В перерывах между потоками слез спросила:

— Эл, ты же знал, что так будет?

— Догадывался. — мне спокойно ответили.

— Почему не остановил?

Почему не заткнул? Почему раньше не перенес? Ты же знаешь, какая я в состоянии аффекта! Эл, я такого наговорила…

— И пропустить такое представление?! Малышка, да теперь мне вдохновение на несколько новых песен хватит!

Я думала: он друг! А он… Я зарыдала громче.

— Малышка, кончай плакать. Не выношу слез. Что хочешь сделаю!

— Все-все?

— Да, только кончай завывать!

— Тогда идешь на свидание с моей подругой!

Посмотрев на приунывшую мордочку, плакать расхотелось. Ой, надо же предупредить Марисоль.

Влип ты, гад эльфийский!

Я на ковре у декана… Передо мной была наша потрясающая Ольга Николаевна…

Я молчу… Стыдно. Нет, не за ярмарку(Мы с ребятами старались, и здесь стыдится банально нечего). Мне стыдно, что я сорвалась. Вот это уже было не достойно…

Тем не менее, стою и думаю, как в случае чего отмазать ребят…

— Я слушаю вас, Алена Земская.

Что сказать? Что сказать.

— Казимир Модестович, я… Простите, пожалуйста. Ребята очень старались. Но руководителем этого, как выразилась Ольга Николаевна, безобразия и балагана была я. Ребята ни в чем не виноваты. И, если кого-то наказывать, то только меня…

Казимир Модестович усмехнулся:

— Алена, а вы в курсе как изменились списки абитуриентов?

— Нет.

— А что с финансовой стороной дела?

— Нет.

— Тогда я вам расскажу. Так вот, поток желающих поступить на наш факультет увеличился в пять раз. И это притом, что вступительная кампания даже не начиналась! К нам готовы поступить необычайно большое количество знатных бездельниц, готовых платить за обучение… Но это было вполне ожидаемо. Но что я лично понять не могу, так это то что поступали заявления от молодых людей с весьма неплохим магическим потенциалом.

Далее, финансы. После вашего незабываемого представления нашлась масса спонсоров и меценатов, желающих направить деньги на развитие нашего факультета. И за что вы извиняетесь, Алена?

— Прежде всего, за не самое достойное поведение в конце. Я не должна была. Это не позволительно, так говорить с наставником, особенно при его начальстве…

— А вот оно что… Так я вам скажу: вы защищали то, что вам дорого. Это произвело огромное впечатление на наших гостей, а то что поставили на место одну вздорную бабу… Так это приятный бонус, уж поверьте для всего нашего факультета. — улыбнулся декан.

У меня отлегло от сердца.

— Это означает, что практику мы с ребятами уже отработали и можем договариваться о досрочной сдаче экзаменов?

— Не совсем. Ребята могут, а вы — нет.

Мое сердце екнуло. Как же так? Но тут декан наклонился, чтобы взять что-то из ящика стола. После этого Казимир

Модестович выпрямился и протянул мне папку с моими документами… Среди них был диплом. Диплом на мое имя.

Ничего не понимая, испуганно посмотрела на декана.

— Пожелания, хотя я бы сказал приказ, личного советника короля после того, как он переговорил с вашими преподавателями, Алена.

Ничего не понимаю! Более того, мне страшно!

— Ваши преподаватели не имели к вам никаких претензий. Да вы и сами знаете, что являетесь одним из сильнейших студентов на потоке.

— Но зачем все это?

Декан вздохнул:

— После ярмарки на мое имя пришло масса прошений с просьбой отправить вас на трудоустройство именно к ним. Были письма от самых различных контор и организаций. В том числе, что меня поразило, от дирекции королевского театра!

Но среди писем было одно весьма непростое. Письмо советника, на которое я просто обязан был ответить положительно, даже без вашего согласие. Вы нужны личному советнику на должность, которую он обозначил как личный помощник.

— Что?! — сказать, что я была в ступоре, ничего не сказать.

— Вы будете входить в свиту советника и присутствовать на всех важных мероприятиях, также вы будете находиться в отряде сопровождения важных гостей, но ваши прямые задачи мало чем будут отличаться от нормальной работы хранителя. Пожалуй, кроме одного момента: вам будет позволено прямое вмешательство, ведение переговоров, общение. Но разумеется в пределах этикета и здравого смысла.

— Но почему я? Нет, это, конечно, мечта всей жизни. Но это идиотизм брать на эту работу совсем зеленого!

— Вы правы, опыта у вас нет, но знания достаточные. Но здесь другое: у вас нет предубеждений к другой расе, а этим, увы, грешат многие.

— Все равно, бред какой-то.

М-да, пахнет не хилой такой подставой.

— Алена, советник, прежде всего, обратил на вас внимания из-за вашего, если можно так сказать, дара. Поэтому он начал наводить справки — и только когда все сошлось, вам предложили это место.

— Секундочку, что за дар. Можете рассказать?

— Не дар, особенность. В отряде сопровождения, на переговорах, при заключении договоров хранитель должен быть, но там мы гарант и вряд ли можем повлиять на ход событий, если все по правилам. Но вы особый случай. Вы та, кто умеет заставлять не только слушать, но и слышать.

Ничего. Ничего. Ничего не понимаю!!!

— Алена, когда появились первые хранители?

— Лет триста назад.

— Кем они были?

— Магами, утратившими свои способности. Попросту говоря, перегоревшими.

— Все верно. Триста лет назад наше королевство находилось в постоянных войнах. Постоянная борьба, постоянное напряжение приводило к тому, что многие маги не справлялись с потоком колдовства и самоуничтожали свои способности. Среди них были и весьма могущественные волшебники, которые после потери магии становились обычными людьми, но они не смирились. Учились, если не использовать магию, то хотя бы ее определять и чувствовать. И таким образом, появились хранители.