Хранитель понятий
Шрифт:
– Обычно нейтрализовали, мочегонное в йогурт капнули, – пожал плечами Волчок и продолжил: – В четырнадцать тридцать пять икс вызвал служебную машину и покинул кабинет. После него на столе осталась бумажка, на которой крупно было написано одно слово: «Списки!».
– Так и знал, что у него! – промазал пустивший шар от двух бортов Шрам.
– Далее объект икс направился прямиком в Большой дом. Проследить его удалось до кабинета одного из замов начальника двенадцатого отдела.
– Это у нас че? – как менее по возрасту подверженного склерозу спросил
– Мошенничество, антик… Я уже говорил, что Фейгин не быкует, но крут по-своему. Вокруг него полно отставных и действующих силовиков.
Шрам пронаблюдал, как старичок загнал в лузу всего один шарик, а мог бы, двинь потише, и оба. Кстати, кое в чем предъявы к жизни у Шрама с Вензелем совпадали. Оба предпочитали русский бильярд американскому, который надуто обзывался пулом. Пул этот дешевый явняком изобрели тупые и ленивые янки, которым, типа, некогда мудохаться, надо бежать делать свой бизнес, поэтому эти хитрованы замастрячили лузы размером с крокодилью пасть, куда и безрукий не промахнется.
– Сами менты и впутаны в списковый вопрос? – хмыкнул Вензель. – А что? Все гениальное просто. Кто-то грохнул фотографа, но не успел заначить списки. На место преступления прибыли менты и случайно откопали волшебные бумажки. Самим использовать ума не хватило, и позвали опытного товарища в компанию. А он развел служивых, заставил под свою дудку канканы дрыгать. – Вензель наклонился над зеленым сукном, отводя кий. И киксанул.
Даже сиамского котяру, вылизывающего себя в корзинке-переноске, казалось, разочаровал бильярдный ход хозяина.
– При проверке также выяснилось, – переступил с ноги на ногу Волчок, – что у этого музейного долгоносика Ледогостера в записной книжке был телефон Фейгина.
Вензель бросил кий поверх стола и залился скрипучим смехом:
– Ах он, гнилая фрикаделька, прикинулся кроликом. А оказывается, маячком бултыхался. Типа, только кто в Эрмитаж рыпнется, сразу Фейгину колокольчик… Интересно, что этот канцелярский клоп успел растрезвонить?
– Также при негласном обыске в домашнем сейфе Фейгина обнаружены материалы, свидетельствующие, что это его люди пасли полковника Холмогорова.
– Я и так уже давно въехал, что вместо невинного ерша мы подцепили пиранью. Давай дальше, – зло прошипел Вензель.
Забрал со стола кий и махнул Шраму рукой – бей, мол, чего сопли жуешь?
– Из Большого дома Вейгин позвонил по телефону 987-64-53 и сказал фразу «Возьми сто». Через полчаса в этот же кабинет прибыл человек с «дипломатом». Причем удалось установить, что «дипломат» был тяжел, но металлических предметов внутри не содержал. Из кабинета неизвестный человек вышел уже без «дипломата» и предпринял такие меры защиты, что мы не рискнули продолжить слежку.
– Короче, вы его прошляпили? – Вензель скривился, глядя, как Шрам непринужденно засаживает в лузу «своячка».
– Мы не рискнули продолжать слежку, дабы не быть обнаруженными. – Волчок отступил, пропуская Шрама, выискивающего
– Ладно, к этому пункту еще вернемся. Давай дальше.
– В без пяти шестнадцать икс отбыл в Управление Адмиралтейского района.
– Какое Управление? – не въехал Шрам.
Поскольку счет партии был семь – семь, каждому до победы оставалось по шарику, Сергей не стал торопиться с ударом, когда в разговоре наклюнулся напряжный акцент.
– УВД, конечно. Все его дальнейшие тусовки приходятся на адреса УВД.
– И много он успел адресов покрыть?
– На данный момент семь.
Вензель присвистнул.
– Что он все по ментам да по ментам? Нажимал бы по спискам, чтоб должность в Смольном сохранить. – Шрам отхлебнул из фужера кальвадос. Чем хорош бильярд: нужен тайм-аут – легко берешь, закуривая или отхлебывая. А Сергей сейчас еще и закурил. – Когда этот козел наконец начнет давить на замазанных списками людей? Он больше никуда не звонил?
– По дороге из «Волги» объект позвонил по телефону 987-53-64 и отдал распоряжение: «Перетрясти квартиру и офис Шрама и изъять все бумаги».
– Не понял! – очень удивился Шрам. – И это его главный ход?!
– Выйди, Волчок, – вяло процедил Вензель.
Волчка он выставил, потому что тот не был широко посвящен в тайну списков, так – сбоку припека. И, может быть, еще и для того, чтобы пацан не видел даже бильярдного поражения пахана, если суждено сдуться.
– Я не говорил, что у него в натуре есть списки. Я предполагал, что они у него могут быть, – сказал Шрам, твердо глядя в глаза Вензелю, почти реально зыря, как старец превращается в скелет с занесенной косой.
– Ладно, усохни. – Вензель устало махнул рукой. – Тут уже проблема в другом. Этот псих погнал волну. Небось и далее собирается ставить ментов на уши. У нас только один способ сбросить пар.
Шрам же внимательно изучал положение шаров на столе. При таком раскладе можно выиграть партию, но еще легче проиграть жизнь. Если списки улетучиваются в необозримое будущее, Вензелю становится без нужды нянчиться с Серегой. Остается только отнять разномастную собственность, а для этого достаточно грубой силы – Вензелевы торпеды слишком здоровски наблатыкались пытать.
Был только один способ выиграть время.
– Это моя ошибка. – Шрам отложил мелок, которым щедро намелил кончик кия. – Я не учел, что Фейгин может предпринять, если окажется не при делах. А ведь я должен был помнить, что он псих. Только псих может пытаться тебя мочкануть три раза подряд за вечер. Я согласен, что есть только один способ снять волну. Нет идиота, нет проблемы. Кстати, пора Фейгину тройной должок вернуть. Вот таким макаром.
Шрам выбрал между простым карамболем и двойным – двойной карамболь. Сложно, но Шрам верил в себя. Шарики столкнулись, подлетели, и один, сучара, перемахнул за борт. А второй, скотина, подкатился к лузе и завис над лузой, дунь – и свалится. Не свалился. Его завалит Вензель. Такую подставу и пьяный малолетка загонит.