Хранитель нагорья

Мэйхью Мелисса

Добраться до поместья Сисл-даун раньше Рамоса и того, кто приедет вместе с ним, было практически невозможно. Лучшее, на что он мог сейчас надеяться, - это не опоздать окончательно и успеть предотвратить катастрофу.

Лучшее, чего он мог желать, – закончить свою миссию, не жертвуя Сарой.

Три сорок пять. Еще пятнадцать минут. Заканчивая красить ресницы, Сара заметила, как дрожит рука.

Тихая музыка заполнила коттедж вместе с ароматом томящейся в духовке

лазаньи. Стол был накрыт, кухня убрана. Но все равно не удавалось полностью избавиться от чувства обреченности, которое после вчерашнего телефонного разговора засело внутри.

– Идиотка.

Ну что такого ужасного могло случиться? Могла, например, подгореть еда. И все-таки худший вариант – это если какой-нибудь астероид сменит траекторию, столкнется с землей и уничтожит все живое.

Взяв помаду, Сара улыбнулась своему отражению в зеркале. «Кто-то слишком много смотрит Научный канал». Вариант с астероидом был сразу же исключен.

Но она не могла так просто избавиться от непонятного страха и нервозности, которая его сопровождала. Поэтому отложила помаду, отдав предпочтение капле прозрачного блеска. Лучше обойтись вообще без цвета, чем выглядеть так, словно лицо ей размалевал сумасшедший ребенок.

Критически взглянув напоследок в зеркало, она выключила свет, закрыла дверь и направилась в кухню, чтобы проверить лазанью. В конце концов, вариант со сгоревшим ужином никто не отменял.

Все выглядело превосходно. Сара выключила духовку, оставив форму внутри, чтобы блюдо оставалось теплым.

Спустила рукава и застегнула пуговицы на запястьях. Она готова настолько, насколько это вообще возможно.

Что-нибудь еще? Снова бросив взгляд на стол, она подумала о красивых хрустальных бокалах, которые видела в шкафчике над холодильником. Пододвинув стул, Сара взобралась на него и достала два изящных бокала.

Рамос сказал, что захватит с собой бутылку вина.

Едва закончив вытирать только что вымытый хрусталь, Сара услышала негромкий стук в дверь.

– Открыто! – крикнула она, направившись к двери и все еще держа в руках бокалы. – Только посмотри, что я нашла в… - слова застыли у нее на губах, когда она подняла взгляд.

В дверях стоял хмурый Рамос. Но именно от вида сопровождавших его людей Сара замерла и позабыла обо всем на свете.

С обеих сторон от него стояли Рейнард Серванс и Николь Таннер.

Хрупкий хрусталь выскользнул из Сариных рук и разлетелся вдребезги на полу.

Три сорок пять. Йен посмотрел на часы на приборной панели и молча выругался. Минут двадцать он сражался с пробками, пока гнал домой. С такой скоростью и при благоприятных обстоятельствах это займет как минимум еще минут сорок пять. Он открыл сотовый и снова набрал Генри, ощущая тревогу, сравнимую по силе лишь со снедавшим его нетерпением.

Четыре гудка. Пять. Где же они могут быть? Шесть. После двух звонков никто так и

не снял трубку.

– Резиденция Маккаллоу.

– Марта. Слава Богиням судьбы! – Его затопила волна облегчения, оставив после себя тяжелую усталость. – Чем ты была так занята, что не могла поднять чертову трубку?

– Простите, сэр, но прямо сейчас здесь никого нет. Его светлость на какое-то время уехал в Лондон, а мистера Генри нет дома.

– Это я, Марта. Йен. – Женщина что, лишилась рассудка?

– Да, да. Я знаю. Но с этим вы должны разобраться сами. Здесь все заняты. До свидания!

Последующий щелчок прозвучал зловеще.

Тишина в телефоне давила на Йена, а от страха сжимались внутренности. Что-то было неправильно. Очень неправильно.

Опасаясь, что уже слишком поздно, Йен вдавил педаль газа в пол.

– Ma petit cadeau de la f'ee! – улыбнулся Рейнард, подойдя к Саре. – Какая жалость. Ваш чудесный хрусталь погублен.

– Что вы здесь делаете? – От реакции Сары сомнения внутри Рамоса окрепли.

– Вы меня пригласили. Разве вы не рады снова меня видеть? – Рейнард схватил Сару за руку и притянул к себе.

Стоило отцу сжать посильнее ее руку, на лице женщины отразился страх. Рамос пожалел, что не воспользовался шансом спросить у Сары, что она почувствовала в Рейнарде. Внезапно ему показалось крайне важным узнать, почему она так бурно отреагировала на прикосновение его отца.

– Отец. – Рамос не думал, что в голосе так явственно будет слышаться упрек, но его беспокойство крепло. Все шло совсем не так, как он ожидал.

Рейнард вскинул голову. А когда опустил руку, в его глазах плескалось раздражение.

– Прекрасно. Как пожелаешь. Пока что.

– Рамос, что происходит? Почему с тобой эти люди? – Сара отступила от Рейнарда, потирая рукой то место, где он ее касался.

Рамос подошел к ней и положил руки ей на плечи, при этом осторожно втиснулся между ней и отцом.

– Позволь мне объяснить.

– А происходит то, – вмешался Рейнард, – что у нас с тобой, ma petite, есть одно незаконченное дельце.

Сара его проигнорировала. Рамос, пожалуй, впервые видел, как кто-то так явно пренебрегал его отцом.

– Начинай объяснять с того, что здесь делает она, – сказала Сара слегка дрожащим голосом и повернулась к Николь. – И скажи, что с ней не так.

Рейнард настоял на том, что смертных, путешествующих с ним, нужно держать под принуждением. По дороге сюда Рамос безуспешно спорил с ним на эту тему. «Простое принуждение, Рамос. Им это совсем не вредит, зато дела идут еще успешнее», – заявил Рейнард. Рамоса беспокоило, что отец и не думал о свободной воле и о значении, которое придавали ей смертные.