Хранилище
Шрифт:
Но как выяснилось было одно интересное противоречие: процесс сдачи экзаменов прерывать нельзя. А так как я собирался сдавать экзамены всё равно, то почему бы не убить двух зайцев одним выстрелом? А мне ведь за это филю обещали, да и пополнить свою коллекцию чумадец, как мне думается, вовсе не откажется.
Я бы и ещё полежал в этом удобном саркофаге, размышляя о своих ближайших планах, если бы прямо над моим ухом не проскрипел сварливый голос Голоса:
– И долго ты тут ещё прохлаждаться думаешь? Здесь тебе не ночлежка! Статус гостя ещё не
Хиыкнув, я встал и поплёлся к выходу. Чумадец неторопливо двигался за мной. Почему-то сегодня он был молчалив. Или это я молчалив? Впрочем, неважно. За дверью меня поджидал Лицо.
– Ну, наконец-то! Я уж думал, ты там уснул! Чего тебя там эти старики так долго терроризировали?
– Ты не поверишь, но я действительно уснул.
– Как? – глаза эльфа грозили покинуть своё привычное место обитания и убежать в район лба или даже выше, – Как ты мог банально уснуть на приёме у спящих? Ведь они во сне к тебе и являются.
– Видно, они не смогли пробиться, пока я спал. А уж потом мы немного поговорили.
– Ерунда какая-то… Ты меня разыгрываешь, да?
– Нет.
– Хм… Ладно, пошли к твоим друзьям, а то они тебя уже заждались.
Конечно же мне опять завязали глаза и повели меня петлять по пещере. Лицо рядом скакал, изображая неправильного кузнечика. Видно Степашка гонял эльфов на совесть, и они расслабляться не желали. Хорошо хоть меня прыгать с закрытыми глазами никто не заставляет.
– Что, расслабился? – вкрадчивый шёпот Лица раздался в самое моё ухо, – А мы прыгаем… А потом и ты будешь прыгать… Ты же не забыл, что ты ученик одного весёлого тролля. А ещё ты МОЙ ученик! – слово «мой» он произнёс с такой интонацией, что мне резко расхотелось быть его учеником. Впрочем, эта секундная слабость быстро прошла.
– Не напугал.
– Посмотрим, – эльф, прыгая, потянул меня вперёд.
Сдаётся мне, что ближайшее время пребывания в игре надо бы немного подсократить… Или много, или даже совсем до минимума снизить… Опять же реальность надо вспомнить, пожонглировать, потренировать вестибулярный аппарат. Что-то у меня сразу столько дел организовалось…
– Возьми свой рюкзак в руки, я не собираюсь следить, чтобы он не потерялся.
Последовав совету эльфа, и, подозвав Чумадца, подхватил того на руки. Он это воспринял, к моему удивлению, опять же молча. Его словно подменили. А может и правда?
– Чумадец, ты как себя чувствуешь?
– Спасибо, всё хогошо, только мне этот эльф не нгавится, да и вообще, знаешь ли, «огден спящих» – это не то место, где мне хотелось бы оказаться после многовекового заточения в их же хганилище. Мы можем отсюда поскогее уйти?
– Можем. Именно этим мы сейчас и занимаемся. Идём к моим друзьям.
Слова про моих друзей Чумадец комментировать не стал. Что-то он сегодня непривычно молчалив, не заболел ли? Кстати, а вот интересно, болеют ли живые артефакты?
Вскоре повязку с меня сорвали и заставили-таки прыгать
– Парни, зацените: наш глава явился! – пещера была отчего-то довольно ярко освещена многочисленными факелами – совсем неэкономно, что-то это на моих друзей непохоже. Обычно больше одного факела никогда не горело, а тут сразу почти десяток.
Меня схватили в объятья и тискали по очереди, словно не видели много дней.
– Славься, славься, – начал фальшиво потягивать Сирано, – наш глава православный, сильный, державный, оплот наших дум!
– Сирано, что это ты такое затянул? Вольные вариации на тему «Боже царя храни»?
– Как же мне не восхвалять нашего доблестного, смелого и удачливого главу, когда он, сам того не ведая, увеличил уставной капитал клана до полумиллиона золотых.
– Как это? – только и смог проблеять я.
– Видишь ли в чём дело… – излагать историю про деньги начал Бармаклей, Сирано же лучился словно начищенный золотой, видно он сыграл тут первую скрипку, а потому не торопился излагать сам, – Ставки на тебя были примерно один к трём. Ну, что тебе удастся пройти это хранилище. Но Сирано сразу ставить не спешил. Хотя уже можно было неплохо приподняться.
– Я знал, я верил, – Сирано всё-таки не выдержал и подключился к изложению, – Что ты отчебучишь что-то такое, после чего ставки взлетят до небес и можно будет неплохо навариться.
– Ага, и ты таки отчебучил… Вот ты мне ответь, каким местом ты думал, когда запулил каменюкой в стеллаж хранилища? Это ж каким долбодятлом надо быть? И главное: зачем? Зачем ты это сделал?
– Меня словно что-то заставило. Кстати, знакомьтесь: Чумадец! – я показал рукой на спрятавшегося за моей спиной своего нового друга.
Все мои друзья принялись разглядывать мой приз из хранилища, а тот же внезапно подал голос.
– Ты это, хозяин, извини… Это из-за меня в общем. Это я немного надавил на твою волю, заставил тебя кинуть тот камень, чтобы книгу выманить, уж больно она хитгая, никак не попадалась. А перед волей хганилища ей было не устоять, я это точно знал. А вот, что у меня непегеносимость живых людей внутги, этого я не знал. Да и потом, мне бы и в голову не пгишло самому глотать людей. Зачем бы мне это понадобилось?
– Мда… Хорошо, что хоть сам признался…
– Кто признался? В чём? – все глаза были обращены в мою сторону.
– Чумадец.
– Ты что, ещё и с ним говорить можешь? Ну ладно с животными, я уже почти не удивляюсь этому факту, но чемодан?
– Не чемодан, а Чумадец.
– Спасибо, хозяин!
– Блин, количество бреда вокруг леса стремительно увеличивается. Не удивлюсь, если скоро он с каждым булыжником говорить будет, а те ему ещё и задания раздавать начнут, типа: «Перенеси меня на ту сторону дороги, оттуда лучше вид открывается!» А сам на ровном месте будет опыт грести.