Храм
Шрифт:
— Просто сделай так, чтобы вертолет парил немного выше, хорошо? Но не спугни его.
— Что ты делаешь?
— Вызволяю нас с этого камня.
Этого для Ван Левена было достаточно. Секундой позже, он выскочил из зарослей и направил на парящий черный вертолет град пуль.
«Москит» ответил тем, что поднялся повыше и сделал ответный огонь.
В это время, Рейс судорожно возился с крюком, разматывая веревку. Он посмотрел на вертолет.
— Подними его повыше! — закричал он. — Выше! Так слишком низко!
Рейс
Он еще немного размотал веревку, ослабив ее, чтобы, когда он ее закинет, она не запуталась.
— Кокрейн! — крикнул он. — Ты сможешь ходить с твоей раненой ногой?
— А ты как думаешь, Эйнштейн?
— Тогда ты мне не подходишь! — резко сказал Рейс. — Ты остаешься здесь. Ван Левен, прикрой меня!
Тогда Ван Левен выпустил еще одну очередь в вертолет, Рейс быстро выбрался из зарослей с крюком и одним плавным движением закинул его, помогая рукой, на левый полоз «Москит».
Как только он сделал, он понял, что идеально выполнил бросок.
Крюк пролетел в воздухе по направлению к вертолету и, описывая дугу, зацепился прямо за левый полоз «Москит», и затем, с металлическим лязгом, крюк дважды обернулся вокруг полоза, крепко удерживаясь на нем.
— Все в порядке, Ван Левен, пойдем!
Ван Левен отправил последний шквал пуль в сторону вертолета и подбежал в Рейсу к краю выступа.
— Хватайся, — Рейс отдал Ван Левену М-16. Оружие было привязано к веревке с крюком.
Ван Левен взял его и посмотрел на Рейса:
— Ты знаешь, ты намного храбрее, чем многие думают о тебе.
— Спасибо.
Так Рейс и Ван Левен оторвались от выступа и закружились над трехсотметровым ущельем, в чудесной величественной арке, подвешенные на полозе парящего боевого вертолета.
— Ублюдки... — сказал Баз Кокрейн, наблюдая, как двое удалялись через бездонное ущелье.
Рейс и Ван Левен перемахнули на тропу на другой стороне ущелья, и встали, Как только они поднялись. Рейс быстро отсоединил веревку с крюком от М-16 и отпустил ее.
Вертолет над ними, казалось, и предполагал, что они сделали — он просто кружил над ущельем, стреляя без определенной цели, во все и ничего, пока Рейс и Ван Левен взлетели с винтовой тропы, направляясь в деревню.
Генрих Анистазе держал в руках тряпичный сверток и затаил дыхание, разворачивая его.
— Да, — сказал он, доставая из ткани сверкающий черный идол. — Да.
Затем он резко развернулся и направился к восточному бревенчатому мосту.
— Группа уничтожения, — на ходу спросил он по-немецки, — хлорные заряды готовы?
— Еще три минуты, Herr Obeigruppenfuhrer, — отозвался человек рядом со взорванным вездеходом.
— Тогда вы задерживаетесь на три минуты, — рявкнул
— Да, Obergruppenftihrer.
Анистазе настроил свое радио.
— Herr Oberstgruppenfuhrer? Вы меня слышите?
— Да, — последовал ответ.
— Он у нас.
— Доставьте его мне.
— Да, Oberstgruppenfuhrer. Сейчас же, — сказал Анистазе, пересекая восточный бревенчатый дом и входя в тропический лес.
Рейс и Ван Левен бежали по винтовой тропе.
Они сошли вниз кратера, прошли в расщелину и стремительно пронеслись по ней. Затем по прибрежной тропе, с поднятым вверх оружием. Везде туман.
Когда Рейс бежал вниз по тропе, его радиопередатчик вдруг заработал: «... Ван Левен, доложите. Кокрейн, Рейхарт, Ван Левен, доложите».
Это был Нэш. Их радио снова работали. Вероятно, нацисты выключили свою систему, подавления сигнала, или, по крайней мере, вынесли ее за пределы действия.
Ван Левен говорил на бегу.
— Полковник, это Ван Левен. Мы потеряли Рейхарта, Кокрейн ранен. Но идол — у нацистов. Со мной сейчас профессор Рейс. Мы на обратном пути в деревню.
— Вы потеряли идола? — спросил Нэш.
— Да.
— Тогда верните его.
Рейс и Ван Левен подошли к западному бревенчатому мосту. Они осторожно взошли на него, подняв вверх оружие.
Деревня была пустынна, окутанная туманом. Ни нацистов. Ни рап.
Внезапно перед ними предстало темное очертание вездехода, перевернутого на бок. Слева в тумане виднелись различные постройки Вилкафора.
Ван Левен сделал шаг к вездеходу.
— Полковник? — сказал он.
Ему ответили пулеметной очередью: из G-11 по ним стреляли трое человек, которых оставили за деревней, чтобы установить хлорные заряды.
Рейс отшатнулся влево, Ван Левен — вправо, оба они подняли М-16, но без толку. Они ничего не могли разглядеть в этом тумане.
Рейс вскарабкался на ноги и увидел, как один из нацистских десантников вырвался сбоку от вездехода, нацелив свой G-11.
Затем внезапно — бах! — откуда-то сзади послышался один громкий выстрел, и голова нациста откинулась в потоках крови; все, что мог делать Рейс, это завороженно смотреть, как нападавший на него падает, мертвый, на землю.
— Какого... — он повернулся в сторону выстрела.
Вскоре из ночного тумана прямо перед ними выпрыгнула рапа, и ей в голову попала другая пуля, мгновенно убив ее. Тело большого животного застыло у ног Рейса.
Что происходило, черт возьми?
— Профессор! — сквозь туман прорезался голос Дуги. — Сюда. Быстрее! Я вас прикрываю.
Всматриваясь в туман, Рейс взглянул на крышу крепости, и там, возвышаясь над ней, со снайперской винтовкой, прижатой к плечу, был виден силуэт Дуги Кеннеди.