Храм
Шрифт:
— Уже поздно, а ты только с дороги. Прости меня, чудака, — Сонный потянул охотника к выходу.
Молча они поднялись на жилой ярус, где расположились несколько общих спален. Сонный ушел к себе, а Свист остался слушать, как храпит Скальник, выводя носом замысловатые трели.
45
Пушистый зверек стремительно нырнул в спасительную тень, как только охотники показались из-за поворота тропы. Свист прикинул, сколько они успели пройти, и решил остановиться.
Он
— Дрозд, Скальник, нам сейчас предстоит подняться в Дом. Сторожа, скорее всего, попросят нас почтить Светоносца и все такое, — он строго глянул на охотников, — так вот, я хочу, чтоб с вашей стороны не последовало никаких эксцессов. Вы хорошо меня поняли?
— Конечно, Свист, — быстро согласился Дрозд. После недолгой, но обстоятельной беседы с Домовым парень стал куда спокойнее.
— Скальник?
Тот криво и несколько раздосадовано улыбнулся.
— Слушай, Свист, ты конечно… — начал, было, он.
— Конечно я, Скальник, кто же еще! Учти, станешь бузить – выкину обратно в лес и не посмотрю, что мы с тобой на одной стороне сражались.
Голос десятника как никогда звучал веско и уверенно.
— И что вы все ко мне привязались? Ладно, постараюсь не слишком громко смеяться над их шутовским кривлянием. Все равно завтра же уйду за мерцалами, а то я еще толком не успел вернуться, но меня уже тошнит от всего этого.
До Рассветного Храма оставалось меньше четверти часа неспешной ходьбы. Вскоре послышался мерный перестук топоров, а после Свист стал примечать свежие пеньки, оставшиеся от деревьев, некогда стоявших по обе стороны раздавшейся вширь тропы. По мере их приближения топоры стучали все громче.
Тропа вывела их на опушку. Лес отступил, от самой площади протянулась оскалившаяся пеньками проплешина, оставшаяся на месте тенистой рощи. В десятке метров справа от тропы валили лес незнакомые Свисту люди. Завидев пришельцев, лесорубы отвлеклись от своей работы, тревожно переглядываясь.
— Хвала Свету, — быстро нашелся Свист.
— Хвала Светоносцу, — ответил Светляк, покидая густую тень.
Они радушно приветствовали друг друга.
— Кто это?
Свист указал на лесорубов, вернувшихся к работе.
— Новенькие. Те, кого привел Шип перед тем, как мы ушли забавляться с еретиками.
— Ну а лес-то зачем валить?
— Дрова нужны, — уклончиво ответил паладин и указал в сторону площади.
Там, где начиналась мостовая кладка, на бывшей границе леса, возвышались поленницы. Почти в человеческий рост, аккуратные штабеля дров высились на равном расстоянии друг от дружки, образовав полукруг, отделяющий территорию возле пирамиды от всего остального пространства.
— Перед закатом мы зажигаем эти костры. Складарь как-то хитро, по–своему, разводит огонь, что тот порою горит до самого утра.
— Символ, — догадался десятник и красноречиво покосился на Скальника. Но тот изо всех сил делал вид, что равнодушен к происходящему.
— Именно он.
— Так ведь и лес однажды кончиться может, — полу в
Паладин ничего не ответил, только плечами пожал.
— Почему так долго? – Светляк оглядел отряд, будто ожидал увидеть еще кого-нибудь.
— Мы попали в засаду недобитых змеепоклонников, или может быть они просто возвращались откуда-то с далекого промысла, и нечаянно наткнулись на нас, — соврал Свист, следуя уговору с Орехом. – Все наши пленники разбежались.
— Мелочи, — отмахнулся Светляк, — одним еретиком больше, одним меньше – какая разница? Главное, что сами целы остались. Я очень рад, что ты вернулся из похода невредимым.
После этих его слов десятник почувствовал себя виноватым за ложь.
— Мы пойдем, — Свисту хотелось закончить этот, ставший для него неловким, разговор.
Скальник, только и ждущий формальной возможности, вальяжно двинулся по направлению к пирамиде, остальные охотники потянулись за ним. Только Свист задержался, вдруг ощутив исходящее от паладина чувство напряженного ожидания.
— Свист, — тихо сказал Светляк, — выдастся свободная минутка – давай поговорим.
— Да конечно, Змеерез, всегда к твоим услугам.
Свист в шутку назвал собеседника именем, которое тот получил после битвы за деревню; вопреки ожиданиям, тот даже не улыбнулся.
Десятник быстро нагнал товарищей. Обернувшись, он увидел, как Светляк возвращается к лесорубам, что-то им втолковывая. Паладин скорее охранял работников, нежели стерег их.
Веревочная лестница уже была спущена, и Свист подумал, что ее теперь и не убирают до самого вечера. Охотники поднялись в сторожку.
— Хвала Свету, — уже по привычке приветствовал всех Свист.
После недолгого разговора, в течение которого десятник вновь был вынужден повторить байку про нападение уцелевших дикарей, сторожа пропустили четверку дальше.
— Только сразу на обряд очищения, а то Светолюб нам головы снимет, — напутствовал их один из сторожей.
— Тотчас поищем Ведуна, — ответил Свист, даже не думая этим заниматься.
— Ведун не станет тратить на вас четверых время, идите сразу в молельню – там точно есть кто-нибудь из паладинов. Он вам поможет.
Когда они отошли подальше от сторожки, Скальник прошипел:
— Когда мне понадобится помощь одного из этих зомби – я спрыгну с обрыва, предварительно намотав свои кишки на ближайшее дерево.
Свисту нечего было ему возразить.
— Я не пойду, — заявил Дрозд. – Всему есть предел.
Они остановились на перекрестке. Десятник оглядел собравшихся, и сокрушенно покачал головой.
— Ладно, Змей с вами. Только старайтесь не попадаться им на глаза.
Со времен похода, Свист безошибочно чувствовал ближайших товарищей. Так и сейчас он знал, что стоит ему подняться на два яруса, а там пройти по коридору с разрисованными стенами, и чуть дальше, за поворотом он найдет Ореха. Поколебавшись немного, он решил сперва повидаться с воеводой, отложив другие дела и встречи на потом.