Храм Теней
Шрифт:
— И как мы поймем, что случилось? Таэн сейчас не в силах прочесть сознание даже мыши. А если ты станешь вынуждать ее снова пойти на риск, тебе придется иметь дело со мной.
Анскиере устало вздохнул.
— Я хочу связаться с ллонделями, которые живут в пещерах в Морбрите. — Сияние вокруг его посоха медленно угасло, и он добавил: — И не мог бы ты наконец вложить меч в ножны? Сталь мешает гиерджам набрать силу, а наших сил и без меча хватит, чтобы в случае опасности удержать крепость.
В верхней комнате северной башни Храма Теней стены были завешены шерстяной тканью,
Вот фитиль зашипел и почти угас — это повелитель демонов Скайт распахнул дверь и шагнул в комнату.
— Морригиердж уже начал шевелиться, — прохрипел голос из самого темного угла.
Это было сказано на языке, неизвестном людям. Сами же демоны прибегали к такому способу общения лишь тогда, когда по каким-то причинам не хотели напрямую передавать мысли собеседнику.
Скайт замер.
— Вот так?
Он прищурил злобные глаза в ожидании ответа.
— Я знаю точно, — продолжал собеседник владыки демонов — его шелестящий голос звучал еле слышно сквозь завывание ветра за стенами башни. — Гиерджи Маэлгрима сбежали, потому что их призвал настоящий хозяин — морригиердж. Последствия этого непоправимы. Твой Темный сновидец умирает, и Храму Теней грозит ужасная опасность.
Новый порыв ветра раздул пламя в фонаре, оно залило комнату красноватым светом. На тростниковом топчане у стены лежал, тяжело дыша, молодой тьенз с бирюзовой кожей. Скайт узнал этого демона, связанного с сатидом, который некогда контролировал ведьму Татагрес. Когда Эмиен, сын Марла, украл у колдуньи кристалл, жизнь юноши стала неразрывно связана с жизнью юного тьенза. Старейшина, ухаживавший за больным, — сморщенный и жуткий, с пожелтевшими от возраста клапанами жабр, сидел на подушках в углу. Его руки и ноги украшали почетные браслеты — знак высокого статуса, в его черных глазах-бусинках не было видно ни капли смирения.
Скайт почувствовал вызов во взгляде и в поведении демона, и гребень владыки Храма Теней немедленно встал дыбом.
— Покажи мне!
Старый тьенз нарочито помедлил.
Когда Скайт отдал Темному сновидцу двенадцать гиерджей, он тем самым подверг опасности жизнь молодого тьенза, связанного с тем же сатидом, что и Маэлгрим.
Вот почему старейшина не шевелился, гневно глядя на повелителя, а сквозняк тем временем снова притушил фонарь, и комнату накрыла тень.
Скайт опять вздыбил гребень, отвечая на молчаливый вызов презрительной злобой.
— Да, твоих соплеменников поубавилось. Но ни одна жизнь не была потеряна напрасно. Повелитель огня, Страж штормов и сновидица, а также убийца тьензов по имени Килмарк сейчас в Морбрите, верно?
Старый тьенз сделал утвердительный знак. Скайт взмахнул рукой.
— Так вот. Пока Маэлгрим жив, он — наш слуга. Вместе с ним мы сумеем погубить наших врагов!
Старый демон подумал и нехотя согласился.
Поднявшись, он подковылял к больному товарищу и присел рядом, прикрыв глаза веками без ресниц. Демон на лежанке вздохнул, слабо зашевелился на подушках, и Скайт нетерпеливо переступил с ноги на ногу, но старый тьенз и не подумал торопиться. Он снял почетный браслет и надел его на запястье больного. У того даже не хватило сил отреагировать на такой знак почести, и повелитель демонов заколебался: похоже, состояние Маэлгрима
Наконец старейшина поднял глаза.
«За гибель врагов!» — мысленно проговорил он и провел перед фонарем маленькой рукой. Когда он соединил свое сознание с сознанием юнца, воспользовавшись связанным с Маэлгримом сатидом, над ярко вспыхнувшим огнем замерцала картина: глазами Темного сновидца стал виден главный зал далекого замка Морбрит…
За высокими сводчатыми окнами стояла черная беззвездная ночь. В свете единственного горящего в зале фонаря с лиловыми стеклами опрокинутая мебель напоминала сломанные кости драконов.
Для человеческого зрения подобный свет был непривычен, но среди тех, кто стоял рядом с Темным сновидцем, были не только люди: из тени глубокого капюшона сверкали глаза демона-ллонделя.
Килмарк застыл чуть в стороне, сжимая в руке длинный меч. Даже в лучшие времена он не доверял чужакам, а присутствие демона, которого ему представили как союзника, и вовсе не радовало его. Король пиратов настороженно наблюдал, как самка ллонделя придвинулась ближе к трону и положила шестипалые руки на лоб Темного сновидца Маэлгрима.
Брат Таэн даже не вздрогнул от этого прикосновения. Его мозг был серьезно поврежден, к тому же он страдал от внутреннего кровотечения.
Вскоре ллондель убрала руки и мрачно повернулась к людям.
«Он умирает, этот порабощенный Храмом Теней человек», — мысленно обратилась она к волшебникам, девушке и Килмарку, и те почувствовали гнев и глубокую горечь демоницы.
Болезнь Маэлгрима была следствием его связи с гиерджами: демоны в Храме Теней прекрасно понимали, насколько опасна будет для юноши полученная от гиерджей сила, но это нимало не тревожило их. Уже не в первый раз они использовали людей таким образом, и когда их жертва погибала, они просто находили другого человека ему на замену… И демоны союза будут поступать так до тех пор, пока у них не иссякнет запас украденных у ллонделей сатидов.
Ллондель мысленно выразила людям свое сожаление: ведь разумные кристаллы попали на Кейтланд благодаря ее сородичам, а теперь сатидов использовали злобные твари из Храма Теней, чтобы порабощать людей, так, как поработили Эмиена, а до него — колдунью Татагрес.
Килмарк крепче сжал рукоять меча. Таэн закрыла лицо руками, и Джарик обнял ее.
Но когда Страж штормов поднял голову, его лицо было сосредоточенным и суровым, а голос — резким и холодным:
— Почему гиерджи покинули Темного сновидца, раз демоны Храма Теней наверняка не успели еще осуществить задуманный план?
Ллондель печально свистнула и в ответ на вопрос показала образ гладкого сферического предмета, который парил в воздухе на высоте ее плеча. Он был тверже скалы, защищен смертоносными энергетическими сетями, и внутри него зрело мыслящее существо. В будущем окружающая сферу энергия заискрится и вспыхнет, и тогда гиерджи, слуги создания, зреющего внутри, объединятся под его началом, чтобы завоевать и опустошить весь Кейт ланд. Под властью морригиерджа их разрушительная мощь станет беспредельной. Даже союз в Храме Теней страшился тех сил, которые могла вызвать к жизни песня гиерджей, когда их объединит их ужасный повелитель.