Храм Теней
Шрифт:
Лошади попятились, и Таэн, боясь, что они могут вырваться, стала гладить их блестящие от пота шеи, ласково уговаривая успокоиться… Но тут к Анскиере присоединился Джарик. Подняв до самых небес пламя, которое он вывел из леса Сейт, юноша распалил его так, что огонь с оглушительным ревом озарил почти всю долину.
Конь Анскиере рванулся прочь, и Таэн не смогла его удержать. Ее мерин и кобыла Джарика бросились в разные стороны, и, боясь, что ее разорвут на части, Таэн выпустила поводья.
В следующий миг Джарик и Анскиере объединили свои силы, и
Магическое могущество двух волшебников осветило и землю, и небо, залив поле боя ослепительным сиянием.
Упав на колени на мокрую траву, Таэн увидела, как над холмом магия Повелителя огня соединилась с магией Стража штормов — и воющий циклон, окутанный огнем, устремился вниз, в долину, чтобы уничтожить восставших мертвецов.
Всадники не сумели сдержать коней, в панике ринувшихся прочь от огня, пешие солдаты последовали за кавалерией. Даже отряд Килмарка отступил, хоть и в полном боевом порядке, — но мертвецы по-прежнему шагали вперед, и пламя захлестнуло их с ревом штормового прибоя.
Тысячи зомби вспыхнули, как сухой хворост; сжатое в их костлявых кулаках оружие нагрелось добела, а потом расплавленным металлом потекло на землю. Черепа, подскакивая, катились по земле; из их глазниц летели искры; деревья горели как факелы.
Огонь рвался вперед, уничтожая все на своем пути — и живых и мертвых, и людей и животных. Бушующее пламя растекалось по долине до тех пор, пока вся она к западу от Красной реки не стала ало-золотой.
Только тогда огонь погас, и на землю снова упала тьма.
Ярость магии утихла в мгновение ока, и земля, по которой только что маршировали ожившие мертвецы Маэлгрима, стала черной, как погребальный покров. Над ней качался тяжелый дым, в воздухе летал пепел. Больше не осталось трупов, которые могли бы восстать и убивать, и песня гиерджей превратилась в беспомощный затихающий скулеж.
На вершине холма Анскиере погасил сияние своего посоха и оглянулся через плечо.
— Давай, Таэн!
Внизу, в долине, уцелевшие бойцы уже начали праздновать победу, с истерическим весельем колотя мечами по щитам, но сновидица не могла разделить их ликование. Она погрузилась в глубокий транс, чтобы окончательно одолеть Темного сновидца, лишившегося поддержки своих гиерджей.
Таэн безошибочно нашла логово Маэлгрима в смотровой башне Морбрита и, глядя на башню с головокружительной высоты, невольно задрожала. Она чувствовала затаившееся в замке зло и сквозь сбивчивый пересвист гиерджей слышала тихий перезвон, и послуживший ей ориентиром. А потом она увидела брата.
Темный сновидец Храма Теней стоял у окна и рассеянно теребил свои браслеты из серебряной проволоки. Таэн показалось, что черты его лица заострились, а глаза под ровными дугами бровями были огромными, непроницаемыми и абсолютно нечеловеческими.
— Здравствуй, сестра. — Маэлгрим отвесил изысканный поклон, которому научился при дворе Кисберна. — Кажется, ты встала на защиту Корлина слишком… рьяно.
Таэн не обратила внимания на насмешку. Она попыталась заглянуть
Таэн почувствовала головокружение и тошноту.
Отделить разум Темного сновидца от разумов демонов, дававших ему силу, девушка не смогла; Маэлгрим уже давно не был человеком, а его связь с гиерджами сделала его еще более чуждым всему людскому.
Но Страж штормов и Повелитель огня пошли на огромный риск, чтобы дать ей шанс встретиться с врагом лицом к лицу. Ради них, ради Корлина и ради того, в чьих жилах все же текла ее кровь, Таэн должна была попытаться.
— Мальчишка, которого ты звала Эмиеном, был просто жалок — он боялся всех, а больше всего самого себя!
Прочитав ее мысли, Маэлгрим улыбнулся, и эта знакомая улыбка ранила девушку в самое сердце.
— Значит, у меня больше нет брата! — ответила Таэн и, боясь, что противник что-то замышляет, начала искать его уязвимые места.
Маэлгрим не мешал ей прощупывать свое сознание, что еще больше встревожило Таэн. Очень быстро девушка поняла, что Темный сновидец все еще слишком силен для нее и что ей надо возвращаться, иначе она подвергнет опасности не только свою жизнь.
— Слабовата твоя защита, сестра. — С этими словами Маэлгрим опустил руку, и браслеты на его предплечье, тихо звякнув, упали к кисти.
Этот звук как будто послужил сигналом для гиерджей, распев которых выровнялся и набрал силу.
Сновидица и не заметила, когда демоны успели оправиться, — и вот теперь их пение становилось все громче, атакуя ее разум, угрожая погасить рассудок.
Таэн приготовилась к отступлению, как вдруг, в самый последний миг, нашла в разуме Маэлгрима то, что искала. И тотчас ее самые худшие подозрения подтвердились: верный слуга Храма Теней собирался уничтожить двух людей, способных помешать демонам покорить Кейтланд, — Анскиере из Эльринфаэра, а потом и Джарика, сына Ивейна.
— Нет!
Таэн знала, что ей не победить в этой битве, и все же нанесла удар.
Маэлгрим легко отразил его и ударил в ответ.
Магическая мощь пронзила сознание девушки и отбросила ее прочь, как могла бы ладонь небрежно смахнуть назойливую муху; Таэн погрузилась во тьму. Загнанная в угол ударами брата, которому не терпелось увидеть ее поражение, она торопливо окружила себя жгучими защитными заклинаниями, но Маэлгрим только смеялся.
Этот издевательский смех все еще звучал в ушах Таэн, когда ее вдруг швырнуло на каменистую землю.
Девушка попыталась устоять на коленях, и ее поддержала рука Джарика. Освещенный красным отблеском своего светящегося меча, юноша сидел рядом со сновидицей на вершине холма под рассветным облачным небом.
Таэн встревожено огляделась:
— Где Анскиере?
— Там, внизу. — Джарик мотнул головой, указывая на долину, где возле гаснущих костров собрались выжившие воины.