Храм Диониса
Шрифт:
— Если тебя, Харитон, и будет кто разыскивать, так это автоинспекция, — заметил Георге.
— Кстати, Георге, в больших городах уже штрафуют за преуменьшение скорости, — парировал Хари. — Ну что, наследнички, осмотрим родительские апартаменты?
«Груша» подползла к стоящей на берегу пруда финской бане, из-за которой выглядывал хвост белой «Волги».
Апостол был в бане один. Обливаясь потом, он подбрасывал в печь дрова и следил за ртутным столбиком термометра на стене, который полз вверх к стоградусной
— Спокойно, — внушал себе Апостол, — спокойно.
Раздался громкий требовательный стук в дверь. Прервав сеанс самовнушения, он швырнул в дверь полено и снова зашептал:
— Спокойно. Гриша, все хорошо, все славно, лучше не бывает…
Постучав еще раз, архитектор отошел от двери.
— Сейчас мы его оттуда выкурим, — сказал водитель «груши», — не будь я сыном ювелира!
Огромный металлический шар блеснул на солнце и стал медленно приближаться к трубе сауны, откуда валил дым. Еще мгновение, и шар совершил мягкую посадку на трубу. Дым прекратился. Через несколько секунд— двери распахнулись, вместе с клубами дыма оттуда вывалилось что-то большое и черное и полетело в воду. Вынырнув, оно превратилось в Апостола.
— Ты что, под суд захотел? — отфыркиваясь, заорал он на водителя.
Тот подошел к берегу:
— Если вы найдете хоть одну трещинку в трубе, пойду. А вот этому гражданину, который хочет новые дома ломать, — кивнул он на архитектора, — не мешает побывать на курорте. Строгого режима.
Водитель сплюнул и полез в кабину «груши». Шар поднялся над трубой, освободив дымоход. Машина развернулась и двинулась к дороге.
Апостол лег на спину и, покачиваясь, лениво шевеля руками и ногами в воде, заговорил:
— Спокойно, архитектор. Сломать мы всегда успеем, а вот построить… Ты знаешь, сколько я с этой сауной возился? Больше года. А какой-то старик с негнущейся шеей за одну ночь воздвиг целые хоромы. Учиться у людей надо, перенять все новое, передовое, а уж потом ломать…
Он говорил все тише и реже, пока не умолк, блаженно закрыв глаза.
И в это время спаренные мегафоны взорвались девичьим криком:
— Папа, к нам едут туристы!
— Какие еще туристы? — не открывая глаз, лениво крикнул он.
— Какие туристы, Зина? — переспросили мегафоны голосом водителя Васи и ответили голосом Зины:
— Иностранцы!
Апостол мигом перевернулся на живот и поплыл к берегу, гаркнув:
— Какие иностранцы?
Из «Волги» высунулась голова Васи:
— Снова переключатель заклинило!
Апостол вылез из воды, отряхнулся и увидел архитектора. Тот сидел метрах в двадцати под плакучей ивой и удил рыбу, точнее, смотрел на поплавок. Рядом с ним лежал открытый футляр, в котором, как оказалось, кроме проекта, хранился небольшой набор снастей для рыболова-любителя.
Апостол подошел к нему, спросил заинтересованно:
— Успокаивает?…
Архитектор взглянул на него с любопытством:
— Языков я ихних не знаю, начнут лопотать, а я ни бум-бум.
— Так переводчики для этого есть.
— Не верю я им. Во всем нужен контроль, правильно? А как я могу проверить, что они там переводят?
Архитектор пожал плечами.
— То-то и оно, — заключил Апостол и пошел одеваться.
— Прошу всех сюда! — позвал Хари. С молотком в руках ан стоял перед фасадом нового дома. Когда подошли остальные, он пробасил на поповский манер:
— Нарекаю сей храм имени отца нашего Диониса и его тезки, бога вина и веселья! Амен!
Хари сделал шаг в сторону, и на фасаде показалась картонная табличка:
— Ты полагаешь, что этого достаточно? — насмешливо спросил Георге.
— Нет, можно еще вырыть противотанковый, точнее противогрушевый ров и превратить сей храм в неприступную крепость. Но лучшей защитой все же является наступление. Итак, генплану я противопоставляю свой, извините, гениальный план. Наступление будем развивать по трем направлениям. Федя берет на себя председательского шофера Васю, Георге — его новую жену, о которой ходят нехорошие слухи, что она обожает поэзию, я — его юную дочь. Мирчя будет прикрывать нас с воздуха. Атаку предлагаю начать немедленно.
Хари завел свою «семерку» и с ревом вылетел за ворота.
— Трепло, — сказал Георге.
— Харитон дело говорит, — возразил Федор.
–
Я Гришку Апостола знаю, он упрямый как мул. Так что надо жать на все педали.
— Я.тоже пойду, — сказал Мирчя; — прикрывать вас с воздуха.
— Смотри, Мирчя, ты там не очень, — предупредил Федор.
— Не беспокойся, Федя, я только сделаю ему тонкий намек.
По дороге шла белая «Волга». Апостол кричал в радиотелефон:
— В том-то и дело, что я не знаю когда! И сколько их будет, тоже не знаю!… Давай на сто персон!… Ты когда-нибудь в приличном ресторане был?… Вот в таком духе, чтоб каждому, значит, нож, вилка… Как нет ножей? Из-под земли достать!… Это не наш брат, шницель зубами они рвать не будут!… Как нет шницелей?… А что есть?.
Над «Волгой» низко пролетел вертолет и сел посреди дороги, преградив ей путь. Мирчя подбежал к машине, взял под козырек:
— Товарищ председатель, имею честь представиться, Мирчя Гуцу, брошен о ваше хозяйство для борьбы с плодожоркой.